Ну же, Каччан, улыбнись

Имя: Мидория Изуку Возраст: на данный момент около 15-16 лет Мать: Мидория Инко Статус: неизвестно, пропал без вести. Последний раз был замечен в средней школе. Лучший друг: Катсуки Бакуго

***

Израненные руки уверенно перебирали серебряный нож в темноте так, как будто делали это всю жизнь, а не каких-то жалких полгода. Тонкие, но не менее израненные пальцы скользили по деревянной ручке, выделяя любимые надрезы на ней, а если находили какие-то колючки, сразу же избавлялись от них: на поле боя не будет времени на это Темная, пустая, не считая стола и, соответственно, стула, комната. Железный маленький столик, запачканный до неузнаваемости, с немного загнутыми, местами, обтесанными и порезанными краями — следы упорных тренировок с ножом. Стул тоже далеко не в лучшем состоянии: одна ножка кое-как прибита гвоздями, хотя, не сложно догадаться, что там, наверняка, какая-то трудная «конструкция», благодаря которой, это деревянное подобие стула, еще не развалились на части, а остальные ножки, либо были так же «профессионально» склеяны, либо доживали свои последние деньки. В углу стоял небольшой шкафчик со всякими плащами, перчатками и другими злодейскими принадлежностям, а рядом валялось что-то, отдаленно напоминающее школьный рюкзак: порванные лямки, вывернутые наизнанку карманы, а также, ранее желтая ткань, покрытая огромным шаром пыли и грязи, придавая коричневый, местами, даже черный оттенки. В общем то, в комнате можно было запросто включить свет. Это своеобразная тренировка «памяти и сообразительности», как назвал бы ее уже постоянный обладатель этой самой комнаты, поскольку хозяева менялись довольно часто, по крайней мере, до этого случая. Обстановка так успела въесться в память, что теперь, кажется, даже спустя много лет, знакомые стены будут отчетливо появляться перед глазами. Дверь скрипнула. В комнату просочилось немного яркого света, заставляя зажмуриться. Зеленые кудри упали на глаза, ограждая от противного свечения, доносящегося с коридора. Парень с рукой на лице, стоял в дверном проеме, пальцем маня подойти к себе, от чего юный, теперь уже, злодей, без сопротивления поднялся с противным скрипом, делая пару не очень то и больших шагов. —Тренируешься? —хриплый голос донесся до ушей, прерывая застывшую в воздухе тишину. Даже так, хоть та же самая рука и перекрывала почти все лицо светловолосого, не сложно было догадаться, что сейчас он, наверняка, расплылся в злобной усмешке. Обычный житель наверное, никогда не смог бы определить эмоции этого человека, но когда работаешь с ним столько времени бок о бок, начинаешь невольно привыкать. —Просил же не мешать мне, — голова отвернулась в бок от своего собеседника, видимо, демонстрируя недовольство. —Если бы не я, ты бы снова перетрудился, — «Опять разговаривает со мной как с ребенком, даже несмотря на то, что мы равны» —Тебе-то что с этого? Наоборот, под ногами путаться не буду, — злобно буркнул в ответ парнишка. Все это время он усердно тренировался сдерживать свои эмоции, стараясь не показывать слабости, поскольку, даже, так называемые, «друзья» в любой момент могут предать. Он знал каково это, и не хотел испытывать все «это» еще раз, скрываясь за, построенной собственными руками, стеной недоверия к окружающим. Сквозь нее мог пробиться только один человек — нынешний друг и, непосредственно, начальник — Шигараки Томура. Временами, ему, как и любому обычному подростку требовалось общение, но все это в прошлом. Он научился контролировать себя. Он стал лучше. И у него есть друзья… —Ладно-ладно, не ворчи, есть одно дельце, — слишком уж слащаво, и совсем не в его духе сказал Томура, затягивая гласные в некоторых словах. —Ну-ну, жду не дождусь, — безо всякого энтузиазма в голосе произнес парнишка. Честно, ему было по барабану, чего опять удумал этот сумасшедший, хотя он же и являлся, на данный момент, лучшим другом веснушчатого и тем, кто, фактически, спас его жизнь в тот день. Если бы Шигараки не послал тогда Курогири проверить это здание на наличие каких нибудь уцелевших вещей, возможно, подросток остался бы лишь красным пятном на асфальте. Но что-то подсказывало, что неспроста у столь ежедневно мрачного человека так и хлещет энергия, грозя расплескаться вокруг. —Тебе что-нибудь говорит имя Катсуки Бакуго? — довольно пропел злодей, заставляя своего собеседника немного вздрогнуть. Нет, не от страха, а от чрезмерного желания вновь встретится со своим «любимым другом». — Что же, я в деле, — изумрудные глаза злобно сверкнули в темноте, намекая, или же, скорее, приказывая покинуть комнату, оставляя обладателя темно-зеленых волос наедине со своими мыслями. «Это будет веселый денек»

***

—Тога, мать твою, где ты шляешься? Из-за тебя план чуть не сорвался, — разъяренный Курогири продолжал выносить мозг Светловолосой, хотя, у него уже давно были предположения, что его туда и не заносили. — О чем ты? У нас изначально не было плана, — чуть посмеиваясь ответила девушка, тыкая пальцем в сторону полуразвалившихся многоэтажек. — Посмотри, у него сегодня просто превосходное настроение, на кой-нам этот план? Курогири в очередной раз убедился в своей гипотезе, потому и не стал дослушивать остальные, пропитанные якобы влюбленностью, бредни, лишь осмотрелся вокруг. «Стоит признать, Тога права, этот парнишка сегодня в необычайно хорошем настроении, оно и понятно. Не каждый день выдается такая возможность…» Запах гари. Им пропитался каждый здесь присутствующий. По дорогам скользят какие-то тени, но кто сейчас придаст этому значение? Разрушенные здания, дороги, кричащие от страха люди, герои, пытающиеся их спасти, где-то глубоко внутри вопящие о том, что нужно скорее смываться отсюда. Но нет, они не покажут этого. Они — опора для людей, поэтому продолжают смело идти вперед, шагать навстречу опасности. Бред На крыше самого, на данный момент, высокого, и относительно целого здания, стоит человек, плащ которого развивается на ветру словно флаг, лицо закрывает зеленая маска с какими-то странными ушами. Выглядит в точности, как супергерой из комиксов, но и тут ошибка. Он больше не хочет стать героем. Он давно перерос эти детские мечты… Он… На улицах города стоит пыль, словно густой утренний туман, возможно, это чья-то причуда… уже не важно. Крики. Отчаянные и громкие. Люди пытаются спастись, никто и не думает, что героям, возможно, еще более страшно, чем им самим, ведь именно они должны жертвовать собой ради каких-то незнакомых им людей, которые, в прошлом, возможно даже были преступниками. Зеленовласый мальчишка усмехается, вот только никто этого не оценит. Он же не Всемогущий, который имеет право делать все, что только заблагорассудится, хотя герои, по сути, те же злодеи: так же используют причуды, убивают людей, которые им мешают, берут деньги за «подвиги», якобы защищая людей под кодовым названием «герой». Какова же цель злодеев? Мидория не раз задавался этим вопросом, и все же понял только тогда, когда испытал все на себе. «Самый лучший учитель — опыт». Сколько бы не было в мире хорошего — всегда найдется противоположность. Злодеи—не просто кучка людей, от скуки убивающая героев, как подумали бы многие. У каждого есть своя личная причина: печальная история, дорогой или же просто знакомый человек, жизнь которого не удалось спасти из-за того, что все были заняты очередными съемками вечеринки какого-то из героев, или же перечеркнутое счастье, из-за которого они были вынуждены слоняться по городу в поисках жилья, видите ли потому, что те самые герои «чуточку» не рассчитали силу и разрушили их дома. Герои же, просто продажные обложки из журналов, которые на самом деле, ни на что не способны, кроме как удирать от опасности. Злодеи, конечно же, тоже не пушинки, но хотя бы не корчат эту показушную вечно-счастливую мину. Так считал Изуку *** Битва подходит к концу. Множество героев пало, как и злодеев. Силы не равны. Злодеи явно проигрывают… Капли крови сочатся из открытых ран, глаза чуть приоткрыты, но даже так ничего не видно. Черный, в перемешку с красным мелькает перед глазами, иногда показывая «отрывки» реальности. Той реальности, которой, пожалуй, сейчас и не хотелось видеть: куча незнакомых, бездушных тел валяются рядом с телами знакомых, возможно, в какой-то степени, даже друзей, навсегда закрывших свои глаза, но, все таки, с, какой-никакой, ухмылкой на лице. Даже в последние минуты своей жизни они знали, что с их, почти безжизненными телами, они все еще смогут помочь своим товарищам, пусть не своими силами, пусть это уже будут вовсе не они, а тени, словно куклы подчиняющиеся приказам своего, так скажем, "кукловода". Эта мысль, в какой-то степени даровала им некое спокойствие за то, что они, возможно, не уйдут без следа. Ах, как жаль, что это не так Все прекрасно осознавали, что даже так, нисколько не спасут ситуации, что единственное благоразумное решение — сбежать, позорно скрывшись от оставшихся героев. Но нет, еще для одного злодея жизнь точно должна будет потерять краски. Равная плата Сзади слышно громкое рычание, а спереди чьи-то холодные руки держат шею. Даже не так, не холодные, они будто… прозрачные? Да, именно так, ведь это и есть причуда юного героя злодея, которая обнаружилась совершенно неожиданно: в какой-то темной подворотне. Flashback Тогда на него напали местные хулиганы, ну, или же, его одноклассники. Бывшие одноклассники. Парнишка просто зажмурил глаза, стараясь отвлечь себя, пытаясь убедить, что больно совсем не будет. Больно было. Но не ему. Веснушчатый приоткрыл правый, а затем и левый глаз, замирая в немом крике: по обе стороны от него лежали два человека, точнее, их тела. Грудь не вздымалась, теней не было. Стоп, нет тени? Темноволосый повернул голову в надежде найти хоть какое-то объяснение сему, возможно, над ним просто пошутили? Сзади что-то тугим узлом связало плечи, будто проникая сквозь них. Темные, дымящиеся руки обнимали подростка, а затем словно скрылись, не оставляя и следа своего недавнего присутствия. Следом, два, до сих пор валявшихся в каких-то кирпичах тела вздрогнули, вновь приходя в себя, тяжело восстанавливая дыхание, хватаясь за голову. А в общем то, дальше Изуку не интересовала их судьба. У него есть причуда. Она была у него все это время. Эта чертова причуда…

буквально отнимающая жизнь. End flashback Катсуки рычит, готовясь подорвать этого наглого злодея, убившего столько героев и даже простых, ни в чем неповинных людей, к чертям собачьим. В руках сверкают искры. Весь он в предвкушении. Что за наглая рожа посмела отнять у него выходной? Капюшон спадает с головы, «отпуская» на свободу зеленые, непослушные кудри. И вот уже повернутое в его сторону знакомое лицо смотрит на него необычайно счастливым, и одновременно печальным взглядом, проникая своими изумрудными глазами прямо в душу, царапая все изнутри. Черные руки все сильнее сдавливают его бледную шею, перекрывая путь к кислороду. —Пха, Деку, это серьезно ты? Так и знал, что ничего стоящего их тебя не выйдет.— врет Бакуго, прикусывая язык, чтобы больше ни единого похабного словечка не вырвалось с этих уст. Очень хочется оттолкнуть эти надоедливые, полупрозрачные руки, но одновременно с этим, собственноручно сомкнуть мощные пальцы, вконец лишая возможности дышать. Он только его. Но он стоит. Стоит и смотрит своему самому любимому и ненавистному человеку в глаза. В глаза, из которых готовы литься кровавые слезы. «Я дурак. Я з-знаю, Каччан… Я все знаю», — в голове шепчет Мидория, падая на землю. Немеют пальцы рук, ног, в глазах вновь темнеет. Чуть видно обеспокоенное лицо Каччана. — Ха-ха, до чего з-забавно, я разрушил все это, и забрал столько чужих жизней и даже своих друзей…вместе со своей, — хриплым голосом посмеивается Мидория, не в силах остановить свою же причуду. «Таков договор» Чужие тени мстят, постепенно сжимая кожу. «Мучительно. Как и ожидалось от моих подданных» — Деку, ты меня слышишь? — пару раз Мидорию встряхивают, пытаясь отстранить надежно приклеившиеся на шею руки, или ему кажется? — Ха-а, — выдох, вдох, —Н-ну же улыбнись, К-каччан, т-ты же х-хотел этого с с-самого начала. —тянет руку к светлым волосам, в надежде потрепать их, — Я л-л… — по щеке прокатилась последняя слеза. Рука замерла в воздухе, обессиленно падая вниз. Грудь больше не вздымается, темные путы рассеиваются, создавая впечатление легкого дыма возле костра. И больше никогда он не встанет, не улыбнется ему лучезарной улыбкой, смахивая свои очаровательные кудряшки со смешного личика. Больше никогда…