Волчица в львиной шкуре

      — Леди Санса? — мейстер вошел в ее солярий со свитком в руках, — Из Королевской Гавани прибыл ворон. Лорд Джейме сказал, что сегодня вы ответственны за письма, пока он на охоте с лордом Тирионом, — Санса кивнула, протягивая руку за свитком.              — Спасибо.              — От меня требуется какая-то помощь, моя леди?              — Нет, спасибо. Вы можете идти, — когда он вышел, Санса развернула свиток и увидела печать Ланнистеров. Видимо, письмо от Тайвина. Джейме не говорил ей, что она не должна читать какие-либо письма, так что она переломила печать, и ухмыльнулась тому, что разлом пришелся на шею льва. Санса развернула свиток.              Старк покинул Риверран. Хостер Талли мертв, и Старк направляется к Близнецам, чтобы извиниться за нарушение договоренности о женитьбе. Мой человек говорит, он хочет дать Фрею Эдмара Талли в знак примирения. Карстарк казнен, он убил двух пленных мальчишек Ланнистеров, вопреки приказу. Войско Карстарков больше не подчиняется этому выскочке. Мой человек уверяет, что война скоро закончится.              Санса перечитала послание несколько раз, ее сердце выпрыгивало из груди. Ее дед мертв. Это не было неожиданностью, Хостер Талли болел столько, сколько она себя помнила. Но все же ее грудь защемило, когда она поняла, что его больше нет. Но это ничего не значило по сравнению с тем, в какой опасности был ее брат. В его лагере шпион. Ее сердце бешено колотилось. Она должна предупредить его, отправить ворона при первой возможности. Если среди них шпион, Робб должен знать, что он не может доверять никому, кроме матери. Если уж Карстарки предали его, то он никому не мог доверять. Карстарки были знаменосцами их семьи веками, даже фамилия происходила от их собственной, они присягнули на верность отцу в тот же день, когда он унаследовал Винтерфелл. И теперь они предали ее брата, а лорд Карстарк был казнен. Она обязана рассказать Роббу, но для этого ей нужен ворон. Санса не была уверена, что сможет добраться до воронов, не попавшись на глаза мейстеру, но она должна была предпринять хоть что-то. Для начала ей нужно написать записку. Она может держать ее в кармане, пока не представится удобный случай, и как только у нее будет малейшая возможность, она немедленно ее отправит.              Робб! Близнецы небезопасны. Фрею не нужен наш дядя в качестве утешения. Джейме получил письмо — в твоем лагере предатель!! Не доверяй никому, кроме матери, услышь меня. Как бы меня не звали, я Старк по крови, и я предана своей семье. Не ходи туда! Санса.              Она свернула пергамент и положила в карман. У нее не было ни печати, ни ленты, чтобы перевязать письмо, и, если бы кто-то нашел его, она бы отправилась вслед за отцом на плаху. Тем не менее ей нужно было попробовать. Она свернула письмо Тайвина и отложила его, ей нужно было хоть как-то отвлечься, и она погрузилась в отчеты.              Отчасти это помогло, но она постоянно отвлекалась на мысли об этом проклятом письме. Она просто не могла полностью сосредоточиться на работе, зная, что в лагере ее брата предатель, шпион Тайвина Ланнистера. Она уже потеряла достаточно. Ее попытки спасти отца не увенчались успехом. И вот она практически в такой же ситуации, у нее есть информация, которая может помочь ее брату, но она даже не может ее передать. Хоть она и Санса Ланнистер, Леди Утеса, она не может спокойно отправить ворона.              Она могла использовать свое имя, чтобы избежать наказания, только если у нее будет чем торговаться. Она должна дать Тайвину наследника, которого он так хотел, им с Джейме нужно поскорее зачать этого ребенка. Как только у нее пройдет кровь, она должна заниматься с ним любовью настолько часто, насколько это вообще возможно. Если ее поймают, и она не будет беременна, Тайвин мгновенно избавится от нее. Но если она будет вынашивать ребенка, это обеспечит ей хоть какую-то безопасность. Тайвин не убил бы женщину, которая носит под сердцем его внука, особенно если этот ребенок — ключ к Винтерфеллу. Санса барабанила пальцами по столу. Она плохо старается. Что говорила Оленна? Попросить совета у шлюхи? Тогда эта мысль поразила ее, но сейчас Санса видела в ней разумное зерно. Шлюхи знают в этом толк. Они знают, что она может сделать для Джейме, что ему понравится. Оленна говорила, что, если мужу будет хорошо с ней, он даст ей все, что она попросит. Даже Серсея говорила, что главное оружие женщины находится у нее между ног. Да, во время Битвы на Черноводной, когда она назвала ее малолетней дурой за молитвы.              Малолетняя дура с глупыми мечтами. Дура. Полнейшая дура. Так, но разве она не поклялась себе показать им, что все, что они сделали, не повлияет на ее счастье? Кажется, пришло время показать Серсее на что способны малолетние дуры. Она заберет у нее Джейме. Она будет соблазнять его до тех пор, пока все его мысли не будут заняты ею. Серсея далеко, а она рядом, она будет заботиться о нем, будет активна в постели, и, со временем, он будет думать только о ней и хотеть только ее. Он полюбит ее. Почему нет? Кто сказал, что она не может забрать у Серсеи все, как та когда-то пыталась отнять у Сансы? Да, она это сделает. Но у кого спросить? Эх, если бы ей позволили взять с собой Шаю. Она догадывалась о ее прошлом. Кайлин милая, но Санса пока не доверяла ей настолько. Ей нужно в Ланниспорт. Хотя даже если она доберется туда и войдет в бордель незамеченной, Санса сомневалась, что у нее хватит смелости озвучить вслух, что ей здесь нужно. Нет, это просто смешно. Ей никогда не позволят поехать в Ланниспорт в одиночку.              Тирион вошел в ее солярий, она подпрыгнула от неожиданности и ударилась коленом, поморщившись.              — Санса! — она посмотрела на него.              — Лорд Тирион, — сказала она, улыбаясь, пока вставала, — Как охота? Успешно?              — Весьма неплохо, на мой взгляд, хотя, конечно, героем дня был Джейме.              — Что же сделал мой муж?              — Он подстрелил оленя. Вы попробуете его на пиру, когда он будет готов.              — Думаю, уже завтра. А где Джейме? — спросила она.              — Я оставил его с лошадьми, — ответил Тирион, махнув рукой, — Мне хотелось поговорить с тобой.              — Со мной?              — Да. У тебя есть вино, леди Санса?              — Не здесь, я редко выпиваю.              — Ох. Ну, мы же пошлем кого-нибудь? Я требую внимания от своей сестры, — она улыбалась, пока складывала в стопку свои бумаги и письмо из столицы. Санса чувствовала, что записка для Робба жжет ее карман изнутри, но теперь она должна оставаться там.              — Не нужно никого посылать, — сказала она, — Я попросила, чтобы графин оставили в наших комнатах на случай, если охотники будут умирать от жажды, когда вернутся. Но, если этого будет мало, нам принесут еще, разумеется. Вы проголодались, лорд Тирион?              — Пойдем, Санса. И хватит со мной церемонничать, зови меня просто Тирион, — сказал он, пока они шли по коридору в комнаты лорда. Солнечный свет наполнял комнату, а на балконе стояли не только вино и три кубка, но и блюда с пирожными, фруктами, и копченым мясом. Тирион улыбался, пока она складывала бумаги на стол Джейме, — Только посмотрите! — воскликнул он, — Ты идеальная хозяйка, — он отодвинул для нее стул и поклонился, — Моя леди, — сказал он. Санса рассмеялась, и села на предложенное место.              — Спасибо, — сказала она, — Вина?              — Нет, сегодня я за тобой поухаживаю. Боги, да ты хорошо относишься к гостям! Это белое из Браавоса?              — Из Пентоса, — поправила она, — Джейме купил его для меня, потому что мне редко нравятся красные вина, но если ты предпочитаешь их, я могу попросить горничную…              — Нет-нет, — перебил Тирион с улыбкой, — Ты очень добра, будешь продолжать в том же духе, и я не захочу возвращаться в столицу.              — Когда тебе нужно там быть?              — В конце месяца, — сказал он, — К сожалению.              — К сожалению? — у Сансы плохо получилось скрыть любопытство.              — Буду откровенен, Санса, мне не нравится быть при дворе. Эти интриги и политика раздражают меня. Мне нравилось быть Десницей, я мог править, я использовал свои мозги. Теперь этого нет, и я чувствую, что стою на месте.              — Возвращайся сюда? — спросила она, — Я знаю, что Джейме будет только рад.              — Берегись своих желаний, — рассмеялся Тирион, — Я ведь могу приказать, чтобы мои вещи перевезли, и вы уже от меня не избавитесь. Нет, Санса. Спасибо за предложение, но мне нужно быть в Королевской Гавани. Это настолько же полезно, насколько неприятно. Мой дражайший племянник обручен с Маргери Тирелл, и планирование их свадьбы требует присутствия Мастера над монетой.              — Мастера над монетой? — переспросила Санса, недоумевая, — А как же лорд Бейлиш?              — Ему были делегированы другие полномочия, — объяснил Тирион, — В том числе, брак с леди Аррен.              — С тетей Лизой? — мягко говоря, Санса была удивлена. Она не видела тетку несколько лет, брак с Джонном Арреном был причиной того, что она находилась на юге, так же как брак матери держал ее на севере, и такое расстояние между ними не способствовало частым путешествиям.              — Думаю, это его награда за долгую службу королевству, хотя, возможно, это все же наказание, — Санса фыркнула от смеха в свое вино. Прежде чем Тирион смог продолжить, в комнаты шумно вошел Джейме, меч стучал о кожу с характерным звуком, — Джейме, да ты сама грация.              — Привет, Санса, — он поцеловал ее в макушку, полностью игнорируя Тириона, — Как прошел твой день?              — Хорошо, спасибо. Я слышала, охота была успешной?              — Ооо, мы завалили огромного оленя. Сейчас его разделывают, и завтра на ужин у нас будет свежайшая оленина, тебе понравится.              — Звучит неплохо, — сказала она, — Был ворон — письмо на твоем столе, — Джейме быстро прочитал его и хмуро рассматривал сломанную печать.              — Ты читала?              — Да, — ответила она, глядя ему в глаза, — Ты против?              — Нет, — ответил он, но по его голосу и выражению лица было понятно, что это не так. Тирион смотрел на них нахмурившись, казалось, что он волнуется.              — Видимо, я допустила ошибку, — сказала она, поднимаясь на ноги, — Мейстер просто сказал, что оно из столицы. Он не сказал, что это личная переписка, он только сказал, что в твое отсутствие я должна заниматься почтой. А вообще, я думаю, что имею право знать о том, что мой дед умер! Что касается новостей о Роббе и Карстарке: слуги склонны сплетничать, рано или поздно, я бы узнала!              — Так! Отныне любые письма из столицы, любые письма с печатью Десницы или Ланнистеров, открываю я и только я! — гаркнул он, — И мне решать, какую информацию рассказать тебе, а какую нет, — добавил он уже тише, но его тон был очень сердитым. В глазах она заметила что-то, что напомнило ей о Джоффри, и это поражало. Раньше она его таким не видела.              — Как скажешь, — холодно ответила она. Санса снова села и оперлась на спинку стула, разглаживая платье, — Боги простят, но я всего лишь пыталась быть достойной женой, — Джейме покраснел.              — Мои соболезнования, — сказал он напряженно, — Мне жаль, что твой дед умер.              Он вышел, прежде чем она смогла что-то ответить, прежде чем Тирион мог что-то сказать им обоим. Он посмотрел на нее и встал.              — Я пойду к нему. Мне жаль, Санса, — она неподвижно сидела несколько минут, и внезапно осознала, насколько она рассержена. Она поднялась на ноги и вышла из комнаты в коридор.              — Где мой муж? — спросила она у охранника, который стоял в конце коридора. Тот указал на комнату Тириона.              — Он… он зашел внутрь, миледи, — Санса развернулась и пошла в том направлении, которое ей подсказали. Она не постучала, она просто распахнула дверь и вошла внутрь, проигнорировав Тириона.              — Как ты смеешь? — прошипела она, — Как ты смеешь говорить мне, что теперь ты решаешь, какие новости о семье я узнаю, а какие нет? Эти люди меня воспитали! Я имею право…              — Ты забываешься! — крикнул Джейме в ответ, и она фыркнула.              — Это ты забываешь, кто я! Я уже не ребенок, над которым издевались твоя сестра и твой король! Я не буду безропотно ждать, пока ты решаешь, что мне следует знать о моих родственниках, а что нет! — он подошел поближе, и она увидела, как его кулаки сжались.              — Ты, блять, моя жена! Не мой король и не мой лорд! Ты не будешь говорить со мной…              — Я буду разговаривать с тобой так, как посчитаю нужным, — отрезала она. Голос разума в голове твердил ей, что пора остановиться, но она продолжила, — Или ты последуешь примеру своей семьи и изобьешь меня за непослушание? — она раскинула руки, открывая свое тело для него, — Я же твоя жена! Игрушка для развлечений! Давай, ударь меня! Если это очистит твою голову от той дури, которая нашла на тебя на этой ебаной охоте, то ударь меня! Только имей в виду, как только ты это сделаешь, ты добавишь изнасилование в список своих грехов, потому что я даже близко не подойду к тебе по собственному желанию! — теперь в комнате стояла звенящая тишина, и паника накрыла Сансу. Боги, что она наговорила? Да еще и при Тирионе, — Это моя семья, — прошептала она, — Как бы теперь меня не звали, они всегда будут моей семьей. Пожалуйста, не лишай меня новостей о них, какими бы они ни были, — лицо Джейме прояснилось и его рука дрогнула, как будто он хотел протянуть ее к Сансе, но она уже выбежала из комнаты, возвращаясь в покои лордов как в убежище. Она забежала в его солярий, потому что там была единственная запирающаяся дверь.              Как только биение ее сердца перестало отдавать гулом в ушах, она поняла, что слышит их повышенные голоса.              — Побойся Богов, она не ребенок! Джоффри отнял у нее детство, когда отрубил голову Неда Старка прямо у нее на глазах!              — Да заткнись же ты! Я не могу думать, пока ты орешь мне в ухо!              — Седьмое пекло! Да что с тобой происходит? Думать? Тебе, блять, не нужно думать! Иди за ней! Извинись!              — Она только что сказала, что я такой же, как ее мучители! Ах да, это же моя семья, как она любезно напомнила! Ей не нужно, чтобы я приполз к ней!              — Твоя гордость…              — Да какая, нахуй, гордость у Цареубийцы? Как ты думаешь, что отец сделает, если узнает, что она прочла письмо вперед меня? Она знает, что у него есть ебаный шпион в лагере ее брата! — крики затихали, но она еще могла их слышать, похоже, они вышли на балкон. Санса подошла поближе к их собственному.              — Она бы и так узнала, возможно, она уже догадывалась, уж слишком хорошо наш отец осведомлен о передвижениях Старка, и он никогда не пытался этого скрыть. Джейме, послушай меня. Санса молодая, она красивая, она страстная, судя по тому, что я только что наблюдал, и она умная. Тебе позавидовали бы тысячи мужчин…              — Позавидовали бы? — переспросил Джейме. Она могла представить то озадаченное выражение лица, которое, судя по интонации, у него сейчас было.              — Да, позавидовали бы. Твоя жена — мечта для многих, а ее семья превращает Сансу в запретный плод, что еще больше должно будоражить кровь. Но ты, похоже, твердо настроен быть несчастным рядом с ней. Иди к ней. Извинись, объясни свою позицию и молись Богам, чтобы она все поняла. Не отдаляйся от нее, не скрывай от нее ничего, иначе ваш брак обречен, — они ушли с балкона, и подслушивать дальше не имело смысла. Она слышала лишь некоторые обрывки фраз и не могла уловить, о чем они разговаривают.              Санса отошла от занавеси, не хватало еще, чтобы они поняли, что она подслушивала, и вышла из комнат, направляясь в свой солярий. Она села за стол и бездумно перебирала свои бумаги, когда услышала шаги за дверью. Ну, если он хочет аргументированный спор, он его получит. Но несмотря на то, что она уже приготовилась к словесной битве, она почувствовала облегчение, когда вошел Тирион. Санса встала и опустилась в идеальный реверанс.              — Мой лорд, — сказала она холодно, — Я молюсь Богам, чтобы вы простили мне мое поведение. Я не имела права говорить с моим лордом-мужем в таком тоне.              — Хорошо, но, если что, я не буду бегать между вами, чтобы передавать извинения, — она не позволила себе улыбнуться, сегодня она и так показала слишком много эмоций, — Санса, ты имеешь право сердиться на него. И он не имел права так орать на тебя, и не имел право…              — Простите, лорд Тирион, но это мой муж. Он имеет на все это право. Я его жена, мой долг и моя радость заключается в том, чтобы поддерживать его.              — Ты не должна… — она опустила в новый реверанс и продолжила гнуть свою линию.              — Я верна своему мужу и его семье, — сказала она тихо, но твердо, — Я уважаю его мнение.              Тирион сдался, ему было нечего на это ответить. Он коротко кивнул, и как только за ним закрылась дверь, Санса обмякла в своем кресле. Она позволила себе расслабиться. Она позволила своей маске упасть, конечно, Санса могла бы оправдать саму себя, но факт оставался фактом. Она позволила задурманить свою голову красивым лицом, подарками и добрыми словами, но все это время он ничем не отличался от своей проклятой семьи. Она должна была понять это раньше, разве Джоффри не научил ее, что Ланнистерам нельзя доверять. Она была дурой, если считала, что ее муж был другим. Он отчитал ее как ребенка, а потом сказал, что теперь она узнает новости о семье, только если на то будет его воля. И она позволила своим эмоциям взять верх над разумом, она даже не беременна, ей нельзя допускать таких идиотских ошибок.              Санса не пошла на ужин в тот вечер. Она сослалась на головную боль, подождала некоторое время, чтобы быть уверенной, что все домочадцы в обеденном зале, а затем надела свое самое простенькое платье и накинула сверху обычный серый шерстяной плащ. Она путешествовала в этом платье из Королевской Гавани, и теперь оно было ей мало и неприятно давило, но выбора не было. Санса никак не могла скрыть свои волосы, поэтому ей пришлось натянуть капюшон поглубже и завязать плащ под горлом.              Санса догадывалась, где примерно могут находиться комнаты слуг на Утесе, в детстве они с Роббом, Джоном и Теоном играли в прятки по всему Винтерфеллу, и она понимала логику расположения помещений в замках. Она вошла в их коридор и с третьей попытки нашла комнату Кайлин. Ее служанка очень удивилась, когда поняла, кто стучал в ее дверь.              — Миледи!              — Могу ли я войти? — Кайлин сразу отступила и закрыла дверь за Сансой. К ее удивлению, она увидела, как сквайр Джейме натягивает штаны с посеревшим от страха лицом, она улыбнулась, впрочем, стоило догадаться по их постоянным смешкам в обществе друг друга, — Я не знала, что ты не одна, — сказала Санса, с трудом сдерживая улыбку, — Я прошу прощения, но мне нужно поговорить с Кайлин наедине, — он так нервничал, что не мог совладать со шнуровкой на одежде, и Кайлин погрузилась в настолько глубокий реверанс, что, глядя на нее, у Сансы заныли собственные колени.              — Миледи, я так извиняюсь, — пролепетала Кайлин, — Мы просто общались, ничего такого… — Санса подняла брови.              — Просто общались? Не знала, что тебе приятней разговаривать с голым собеседником. Перестань, Кайлин, я здесь не для того, чтобы читать вам нотации о ваших отношениях, — но служанка упала на колени.              — Миледи? Пожалуйста, миледи, не говорите об этом лорду Джейме. Он уволит Эдрика, я знаю, он уволит его, — Кайлин не двигалась, пока сквайр Джейме выходил из комнаты, и Санса приняла расчетливое решение.              — Кайлин, встань. Мой лорд-муж ничего не узнает об этом, по крайней мере, не от меня. Я пришла сюда сегодня не за этим, но мне нужна твоя помощь.              — Все, что угодно, миледи.              — Ты должна поклясться, что будешь молчать, — сказала Санса, — Независимо от того, кто платит тебе за информацию обо мне.              — Клянусь, — отчаянно выпалила Кайлин, и ее глаза выглядели честными.              — Моему мужу нужен наследник, — прямо сказала Санса, садясь на единственное кресло в комнате, — Очень важно, чтобы я забеременела и как можно скорее. Я неопытна и боюсь не удовлетворить своего мужа. Проще говоря, мне нужен твой совет, что я должна делать в постели, чтобы ему это нравилось.