Сладкие тернии

      Девушки едут вдоль опушки до ближайшего города. Карин не знала чего и ждать, а Йозури, похоже, прекрасно знала эту дорогу. — Откуда ты знаешь ее? — поинтересовалась Карин.       Под «её» она имела ввиду ту самую Икагуру, чье имя было никому неизвестно. — Это… сложно объяснить. Скорее, это она меня знает, — Йозури внимательно смотрела на дорогу, не желая сильно углубляться в эту тему. — Но почему ты не сообщила в полицию? — Карин-тян, мне правда жаль всех тех девушек, которые стали жертвами моей знакомой. Именно поэтому сейчас я не сбежала, — Йозури прослезилась, чувствуя отвращение к самой себе, однако, это нисколько не задело Карин. — Но ты собиралась. — Из того, что ты хочешь сделать ничего хорошего не выйдет. — Ты можешь просто показать мне где это место и возвращаться назад, — недовольно прикрикнула Карин.       В глубине души ей было жаль подругу, она и сама была не без греха, но тем не менее Йозури косвенно была виновна и в гибели Ицуки. Карин пыталась всячески не думать об этом в подобном ключе.       Девушки доехали до развилки. Одна дорога вела в город, а другая к частным домам. Йозури свернула на вторую дорогу, которая уходила вправо. Через пару километров машина, наконец, остановилась напротив одного из домов. На первый взгляд окружение дома выглядело довольно заброшенным, но, приглядевшись к окнам, можно было разглядеть новенькие шторы и уютную атмосферу внутри помещения. — Возьми, — Йозури протянула своей подруге тот самый пистолет, который стащила у нее ранее, — Надеюсь, он тебе не пригодится.       Карин ничего не ответила и лишь протянула руку, выхватив пистолет и поместив его во внутренний карман своего пальто. — Ты уверена, что это здесь? — уточнила Карин перед тем, как выйти из машины. — Д-Да… — в голосе Йозури чувствовался какой-то страх и волнение.       Девушки оставили машину у входа и прошли к дому. Без лишних церемоний Карин потянула за ручку входной двери, которая оказалась открытой, и вошла внутрь. Дом действительно выглядел ухоженным, но при этом по всем углам можно было разглядеть паутину. Пол под ногами то и дело скрипел, готовый вот-вот проломиться. А где-то спереди можно было разглядеть включенный свет в одной единственной комнате. Даже днем в этих помещениях было довольно темно. Пройдя медленным шагом в гостиную, Карин сразу же обратила внимание на единственного жителя этого дома — одинокую девушку, сидящую на диване и держащую в руках кружечку с чаем.       Длинные темные волосы, смуглое лицо и худоба. Девушка действительно была очень худой. Хоть они с Карин примерно одного возраста, но разница в телосложении была колоссальная. Глаза ее всегда были прикрыты, словно она наслаждалась чем-то. Карин подошла поближе, встав прямо напротив девушки и разглядывая ее лицо. Да, визуально она уже была знакома с ней. — Давно меня никто не навещал по собственному желанию, — отпив чая, произнесла хозяйка дома.       Карин лишь молча прошла к дивану, присев напротив. Она была готова к любому сюрпризу, держа наготове пистолет. — Йозури тоже пришла? — беззаботно спросила девушка.       Только после вопроса Карин она обнаружила: в комнату та вошла в одиночестве. — Осталась снаружи, — предположила Карин. — Я могла бы налить и ей чаю, — расстроенным голосом произнесла Икагура. — Я приехала сюда не за чаем. — Да, понимаю… — глаза Икагуры постоянно были прикрыты.       На столе, который стоял между двумя девушками, появилась фотография, на которой были изображены маленькая Ицуки и ее подруга детства. — Ты та самая, кто жил рядом с Шиори Ицуки в детстве. Та, чьи родители оставили на улице, а сами уехали на отдых. Та, кто потом устроила пожар, в котором погибли твои родители. И ты убила уже около пятнадцати девушек, если не больше, среди которых была та самая Шиори Ицуки — моя лучшая подруга! — выложила все Карин, — Это первый раз, когда я вижу тебя без маски волка, но я уже чувствую, что не ошибаюсь. — Жаль, что я не обладаю такой же способностью, — вновь грустным голосом произнесла Икагура. Глаза ее распахнулись, и в них совсем не было жизненной энергии.       С первого взгляда можно было определить, что девушка была слепа. Ее взгляд был направлен не на Карин, а куда-то в сторону, будто она лишь прислушивалась к окружающим ее звукам. — Присядешь рядом? Обещаю, я ничего не сделаю, — спокойным голосом произнесла Икагура.       Карин, не сбавляя бдительности, встала со своего места и присела рядом с девушкой. Почему-то сейчас она не ощущала никакой опасности, наоборот, почувствовала что-то родное.       — Я слышу… Твое сердце начало биться чаще, — с улыбкой произнесла Икагура.       Карин не желала признавать этого, но похоже чувства не обмануть. Сейчас она наблюдала знакомые эмоции, ощущала знакомый запах, словно вернулась назад в то время, когда проводила его вместе с Ицуки. — Наверно, у тебя ко мне много вопросов… — произнесла девушка, —…я чувствую, что ты запуталась в себе, — Икагура прикоснулась своей ладонью к щеке Карин.       Носик ее оказался прямо напротив шеи девушки, можно было почувствовать на коже ее дыхание, которым она пыталась прочувствовать аромат тела Карин. А затем девушка ощутила горячее прикосновение кончика языка, который начал массировать ее шею круговым движением в одной точке.       Карин, наконец, ощутила то, за чем так долго гналась. — Я все знаю, Шио, — томным голосом произнесла Икагура. — Прекрати… — Давай угадаю, — Икагура слегка захихикала, — На протяжении нескольких лет ты была влюблена в одну девочку. Но ввиду своей стеснительности не могла подойти и познакомиться. Тебе оставалось лишь наблюдать за девочкой со стороны, запоминать ее привычки, следить за ее манерами, принимать все ее слабости и секреты. А потом… — одна рука Икагуры обвилась вокруг правой груди Карин и с силой сжала ее, —…все разрушилось, когда ты узнала, что эта девочка была лишь подделкой. Все, что ты знала о ней, было поддельным, потому что та, в свою очередь, пыталась быть похожей на другую девочку.       Карин прикрыла глаза и стала шумно дышать. По телу прошелся жар, на лбу от волнения проступил пот, но рука в кармане продолжала сжимать рукоять стального оружия. — А когда ты потеряла подделку тебе захотелось встретиться с оригиналом. С той, в чей образ ты успела влюбиться на протяжении нескольких лет. Обо всем этом ты узнала из видео дневника той девочки, которая так и не смогла решиться двигаться дальше на пути к своей мечте, своему идеалу, — ладонь Икагуры гуляла по телу Карин, поглаживая ее плечи и бедра. — Я винила Ицуки в том, чего она не совершала. Но все это совершила ты, — пыталась вернуться в чувства Карин. — Мне кажется за эти пару лет ты смогла принять свою любовь, не обращая внимания на изъяны, — Икагура, наконец, приблизилась своими губами к губам Карин.       Эти сладкие ощущения, от которых все тело дрожало, но при этом обволакивалось теплом. — В отличии от твоей подруги, я еще в состоянии принять твою любовь, — произнесла сквозь тихие стоны Икагура. — Как… Как это… До этого дошло?! — Карин взглянула прямо в глаза своей собеседницы. — После пожара, который я сама же и устроила зрение стало с каждым годом ухудшаться, а вскоре и вовсе покинуло меня. — Зачем все это? — Прости, но человеческие рамки и морали для меня не существуют. Все живут в ограничениях, потому что видят страх, а у меня нет этого страха. Я делаю лишь то, что нравится мне. Ты думала, что есть какая-то определенная причина? Это была всего лишь моя прихоть. Все эти убийства, все эти детективные истории. Ты все двигалась и двигалась вперед вместе с читателем, думая, что это детектив? Какая жалость узнать, что во всем этом не было никакого смысла. — Это… отвратительно… — с сожалением произнесла Карин. — Но и это доказывает существование любви, верно? Каждый живет в ограниченном обществе, где любовь зависит от определенных критериев. Если ты не соответствуешь этим критериям — это считается чем-то ненормальным. Общество тебя отвергнет. Ты когда-нибудь видела, чтобы девушка влюбилась в бездомного? Или парня, который влюбился в бездомную? Но когда девушка влюбляется в убийцу, которому не свойственна мораль… Все рамки и ограничения рушатся. Видимо, это и есть любовь в твоем понятии? — У тебя какое-то извращенное понятие о прекрасном, — Карин едва сдерживала свою злость. — Я никогда не считала все то, чем занималась чем-то нормальным. И все возгласы людей во время казни в интернете. Всем хочется скинуть с себя оковы, которые они будут носить на протяжении всей жизни. Я наблюдала за всем этим со стороны. Это так прекрасно… и так отвратительно. Они завидуют, что я в состоянии сделать это, а они — нет! — Икагура поднялась со своего места, отчего кружка с чаем упала на пол. — Ты ведь никогда никого не полюбишь? — спросила Карин. — Я люблю себя. И в мире не найдется никого, кто мог бы стоять в одном ряду со мной.       Карин ощущала эту решительность, исходящую от девушки. Сейчас она видела в ней ту самую Ицуки, в которую была влюблена. Возможно, у нее хорошо получалось быть похожей на свою первую любовь. И, как и в случае с Ицуки, Карин влюбилась в того, кто никогда не сможет полюбить ее. Все то, о чем говорила Икагура еще сильнее разжигало в Карин страсть. Она уверена, что влюблена в эту девушку. И она хочет быть с ней всегда. Но могла ли эта любовь быть сильнее моральных рамок? Все эти мысли ни к чему не приведут. Этот диалог пора было заканчивать. — Убьешь в себе чувства? — улыбнувшись, произнесла Икагура. — Все, что ты говорила, это не любовь. Любовь не может быть односторонней. Я не хочу всю жизнь гоняться за идеалом, даже если появится еще десяток таких, как ты, — Карин достала из кармана пистолет, который уже был готов выстрелить в любой момент. — Пожалуй, это единственно-верный выход, — согласилась Икагура.       Пистолет был направлен прямо на девушку, которая уже прикрыла глаза и опустила голову к полу, улыбнувшись напоследок. «Я по настоящему влюбилась в тебя. И я приняла тебя такой, какая ты есть. У этой любви никогда не могло быть счастливого конца… Но я постараюсь сохранить эту любовь хотя бы в своем сердце.»       Хлопок раздался по всему дому. А затем наступила полная тишина. Карин, опираясь на стену, медленно шагала в сторону выхода, вот-вот готовая упасть. От дрожи она не смогла удержать в руках опустевший на один патрон пистолет, который с шумом упал на пол. Вскоре на него упала и девушка, прямо перед самой входной дверью. На глаза ее наворачивались слезы, и тогда она зарыдала, пытаясь вытереть их своим рукавом. В этот самый момент ее сердце окончательно почернело, не способное больше познать настоящую любовь. Сейчас ей хотелось просто закрыть глаза и погрузиться в сон, позабыв о реальности. Даже если все произошедшее останется позади… …       Карин взглянула на что-то, что лежало прямо перед входной дверью. Потянувшись вперед, девушка вытянула руку и коснулась предмета, оставленного здесь. Определенно она не видела его, когда заходила внутрь. Девушка со всей силы сжимала его в двух руках, пока не разразилась в истерическом смехе. Затем с яростью откинула его в стену. Этот предмет продолжал с насмешкой наблюдать за отчаявшейся девушкой двумя своими прорезями, предназначенными для глаз. А Карин продолжала хохотать, ожидая наступления того скорейшего дня, когда она окажется новой звездой очередного видео в интернете.