Покажите ребенку любовь.

На часах уже пол десятого, Дазай на ногах, вот только Ода спит. — Как же скучно. Может, повеситься, пока Одасаку спит? Нет, если он проснется, то я буду в углу стоять, — мальчик приложил пальчик к подбородку. — Точно! Я искупаюсь в ванной! Ребенок зашёл в ванную комнату, снял с себя одежду, на его теле ещё не было бинтов, потому что он наматывал их вместе с Одой, залез в ванну, включил воду и полилась слишком горячая. Дазай откинулся назад, потому что не до конца затянувшийся шрам сильно защипал. — Ой-ой! Как же больно! Он хныкнул. Дотянулся рукой до переключателя и включил холодную. Набрав прохладную воду почти до края ванны, выключил ее и лег полностью на дно, перед этим задержав дыхание. Он выдыхал, чтобы посмотреть на пузырьки. Осаму крикнул под водой, чем сделал самый большой пузырь. Вылез из воды и потряс головой. — Надо пену, чтобы она попала в мой прекрасный маленький нос, который Чуя мне сто раз на дню ломал, чтобы я задохнулся и сыграл в ящик. Мальчик взял большую бутылку с пеной и вылил всю в воду. — Та-а-ак! Ее должно быть мно-о-ого! Когда пена полезла на стену, ребенок убедился, что ее достаточно. Он нырял и раскидывал пену по всей ванной комнате. Взял пену на руку, прислонил ее к носу и вдохнул, после чего закашлялся. — Какой-то нерабочий способ. В пене было все: ребенок, пол, потолок, дверь, стены, зеркало, полки с разным содержимым. Дазай решил набрать ещё немного воды. Он отвлекся на всякие лосьены и баночки, начал мазаться ими. — Меня зовут Ода Сакуноске и прямо сейчас я бреюсь, — говорил он, понизив голос. Осаму взял бритву и порезал случайно указательный пальчик. — Ну что такое? Дазай почувствовал на полу воду, обернулся и увидел, что ванна уже переполнена. В дверь начал кто-то стучать. Он открыл дверь и увидел сонного и взволнованного Оду. — Что ты здесь устроил?! — спрашивает мужчина. — Э-э… Наверное, потоп. Одасаку взял его на руки, поставил на пол в коридоре, сказал, чтобы он сходил и оделся, выключил кран, вытащил затычку в ванной, чтобы спустить воду, и начал вытирать пол. Всегда мечтал с утра пораньше спасать квартиру от потопа. Вернулся Дазай. — Одасаку, тебе помочь? — Спасибо, ты уже помог, — выжимая тряпку, сказал Сакуноске. Ребенок чихнул. Ода медленно повернул к нему голову. — Ты сейчас… серьезно? Ты же не хочешь сказать, что заболел? — Может, это симптомы смерти? — Нет, не очень похоже. Подожди меня в комнате, я сейчас придумаю, что с тобой делать. Осаму побежал в комнату. Когда все было убрано, мужчина зашёл в комнату и посмотрел на ребенка. — Как ты себя чувствуешь? — Не знаю. Я хочу есть. — Держи градусник, а я пока сделаю тебе поесть. Он ушел на кухню, поставил чайник, сделал тосты с джемом, насыпал в свою чашку кофе, а в чашку Дазая положил пакетик. Через несколько минут он вернулся к другу. — Давай градусник. — Одасаку, только не ругай меня, — немного виновато сказал Осаму, протягивая градусник. Тридцать шесть и восемь. — Немного повысилась. Я надеюсь, завтрак поможет тебе. — Одасаку, а давай погуляем. Я буду хорошо себя вести. — Погулять хочешь? Я что-то волнуюсь, вдруг тебе станет хуже. Давай лучше дома останемся? Мы можем посмотреть какой-нибудь фильм, если ты хочешь. Мальчик вздохнул. — А давай расскажем друг другу о своих шрамах? — Какие у тебя темы… интересные. Хорошо, если это будет проходить в спокойной обстановке, то, думаю, все будет хорошо. — Что ты видишь сейчас? — мальчик выпрямился. Он видел искалеченное, изуродованное шрамами детское тело. — Я вижу… много шрамов, — выдохнул Сакуноске. — Слишком много, да? Мужчина кивнул. — Мори-сан часто зашивал мои раны, обрабатывал их, но… он просто выполнял работу врача, ни заботы, ни слов утешения, кроме как «до свадьбы заживёт», я не получал. — «Вот оно что. Не получал заботы. Вероятно, ему было грустно из-за этого. Бедный ребёнок», — подумал Ода. — Я стал прятать свое тело под бинтами всегда. Даже тогда, когда оставался дома один. Мне было не очень… приятно видеть свое тело. Дазай посмотрел на руку и провел по ней второй рукой, а после слегка сжал, будто от этого шрамы исчезнут. Но этого не произойдет. Он поджал губы. — Он соврал, когда сказал, что работа безопасная. — Дазай, — прошептал Одасаку, погладив ребенка по голове, — несмотря на эти шрамы, ты очень красив. Верь мне. Ведь я твой друг. — Я всегда тебе верю, Одасаку! Ты всегда честен со мной. И, кажется, единственный, кто меня понимает. — Знаешь, я тут подумал. Если ты хорошо себя чувствуешь, может, сходим всё-таки куда-нибудь? Куда бы ты хотел? — Давай сначала просто погуляем! А потом мороженое в кафе поедим! — Прекрасная идея! Одевайся! Они вышли из дома и куда-то направились. В окне кафе Дазай заметил босса, спокойно пьющего чай. — Знаешь, я прямо сейчас хочу в кафе, — хитро сказал Осаму. — Ты не наелся? — Мне хочется потрепать кому-нибудь нервишки. — Неплохая причина. Идём. — Мне так нравится, что тебе все равно. — А вот мне что-то не очень. Зайдя в кафе, мальчик сразу же подбежал к столу Мори и сел напротив него. — Добрейшего времени суток, Мори-сан! Успели соскучиться по мне?! — «Боже, нет, прошу, за что?!», — мысленно взмолился босс. — Что-то мне подсказывает, что вы молитесь! — Здравствуй, мой мальчик. Здравствуй, Ода Сакуноске, — Огай старался говорить спокойно. — Я увидел вас и решил поздороваться, не хотите, чтобы я составил вам компанию? — «Что-то не очень». — Конечно, не хотите! Но мне-то все равно. Я же ваш подопечный, как вы можете отречься от меня? Так старались меня удержать, а потом взяли и вернули обратно, как игрушку. — Да, извини, на то были причины. Кхм. — Да знаю я ваши причины! Я вам не по силам. О! А давай погуляем втроём? Весело будет. — Я представляю. — Ну? Так вы идете. — Вынужден отказаться. Мне ещё на работу надо идти. — Не врите! У вас сегодня выходной. — Но… как ты узнал?! — Скажу, если пойдете гулять! — «Что за ребенок, он таким не был». — И ваш ответ? — Хорошо, я иду гулять. — И это правильный ответ! Одасаку купил мороженое, вся компания вышла на улицу и пошла в парк. — Мори-сан, а вы не думаете меня забрать? — Честно? Нет. — А ведь весело нам было тогда. Может, сейчас искупнемся в реке? — Спасибо, откажусь. — Я думаю, не время для этого, — говорит Ода. — Ещё не лето. — Тогда я могу пробежаться немного? — Да, конечно. И Дазай побежал по дорожке, а потом куда-то резко свернул. — Ты не боишься его вот так отпускать? — спрашивает Мори. — Боюсь, — Одасаку соврал, он знал, что это план Осаму, ведь он хотел потрепать нервы наставнику. — Думаю, он сейчас вернётся. Минуты две они ходили по парку, но Осаму нигде не было видно. — Что-то мне это не нравится, — заволновался Огай. — Мне тоже. Ребенок сидел в кустах и тихо хихикал. — Глупый попечитель. Да я сам дьявол! Я прекрасный гений! — Нашел! — крикнул босс, появившись прямо перед преемником. — Вот черт. Контроль вышел из-под плана. — Иди сюда, негодник! — беря за ухо мальчика, ведет его к Оде. — Ай, больно! Отпустите! — А вот нечего убегать! Ты всегда должен находиться в поле зрения взрослого! Раз уж с тобой такое случилось. — Мори-сан, сзади человек с пистолетом в руках. — Что? — Мори повернулся, а Дазай в этот момент убежал. — Да чтоб тебя! — Одасаку! Одасаку! — Осаму обнял друга. — А Мори-сан грубый! Он схватил меня за ухо! Погладь меня и скажи, что я хороший ребенок! — Просто замечательный. — Я такой умный, я обманул Мори-сана. — Если я скажу, что ты молодец, то меня уволят, но знай всегда, что я горжусь тобой. Наставник прибежал к ним. — Да как ты смеешь заставлять меня бегать за тобой?! — злится он. — Я не заставлял. Вы сами себя заставили. А хотите истину? — Какую ещё истину? — Несмотря на то, что я делаю, Одасаку не выкинул меня, как это сделали вы. Как говорится, выживают сильнейшие. — Ты раньше не был таким. Что с тобой не так? — Я только внешне ребенок. — Вот, значит, как. Тогда, может, к работе вернешься? — Использовать детский труд незаконно. — Ну надо же. — Давайте уйдем! Хочу пройтись в другом месте. — Неугомонный. У какого-то магазина они встретили Чую и Акутагаву. — Чучело! Акутагавка! — крикнул ребенок, перебегая дорогу на красный. — Ну какого черта ты здесь? — раздражённо спросил Накахара. — Дазай-сан? Вы здесь один? — Нет! Не один! Со мной босс и Одасаку! Тут же ему прилетает подзатыльник. — Босс! Нельзя так с ним обращаться! — говорит Ода. — Он бежал на красный! А если бы его машина сбила? — Вы до сих пор верите, что это произойдет? — Мори-сан, а вы знали, что я утопил машину Чуи? — ехидно улыбается Осаму. — Да, вся мафия слушала его вопли. — Я не прощу тебя за это, — процедил Чуя. — А давай ты дашь мне свою шляпу, тогда я попрошу у тебя прощения. — А давай ты заткнешься. — Когда я стану боссом, я понижу тебя до уборщика туалетов. — Надеюсь, ты к тому времени откинешься. — Твои слова да богу в уши. Дазай осмотрел улицу. — Кто это там идёт? Анго? Анго! Сакагучи Анго! Анго Сакагучи! Я тебя вижу! Иди сюда! — Наконец-то кто-то нормальный. Хотя вряд-ли он соизволит подойти, — Огай посмотрел на подчинённого в очках, который уже подходил к ним. — Здравствуйте, — поправив очки, произнес Анго, — почему вы все здесь? — Потому что я знал, что мы все встретимся! Я гений! — крикнул мальчик и по-злодейски посмеялся. — Тогда я пойду по своим делам. — Давайте поиграем в семью! Одасаку мой папа, Мори-сан сворливый отчим, Акутагава его сын, которого я ненавижу и презираю, Анго мой дядя, а Чуя псина. — Почему это я псина?! — завопил обиженный Накахара. — Потому что я так сказал! — Боже мой, чем мы занимаемся? — прикрыл лицо рукой Анго. — Папа! Скажи своему брату, чтобы он не закрывал лицо рукой, мне не нравится! — Очень интересно, почему я отчим, а Ода папа. Тогда уж наоборот, — вздыхает Мори. — Нет, не наоборот. Вы, такой ехидный, хотели забрать меня у родного отца, а я, такой хитрый, красивый, хороший мальчик, не дал вам этого сделать. Я гений. И скажите своему сыну, что я не стану его братом. — Сын мой, Дазай не станет твоим братом. — Да, я уже понял. Весьма прискорбно, — сухо ответил Рюноске. — А давайте я буду боссом и буду вам приказывать? — весело спросил Дазай. — Мне кажется, нам лучше разойтись, а то его разнесет, — предлагает настоящий босс. — Дазай, я думаю, нам нужно домой. Там твой мишка, — гладя ребенка по голове, говорит Сакуноске. — Мой мишка! Бежим домой! Всем пока! Рад был вас всех видеть, хотя не очень! Мальчик хотел сигануть под машину, но Ода успел схватить его, попрощаться со всеми и наконец пойти на зелёный. — Дазай, а ты бы хотел ходить в школу? — Ну, если ты хочешь, чтобы там я со всеми дрался, вешался в шкафу у учителя, ел мел и разрушал… — Значит, не очень. Просто ты такой умный ребенок. — Вот именно. Зачем губить мой ум? — Наверное, ты прав. Они пришли домой, разложили всякие сладости на полу, купленные по дороге домой, включили фильм и очень спокойно провели остаток дня.