Холодный блеск стали...

Люди многое теряют и многое обретают. Но, что может обрести человек, который потерял самое главное в своей жизни? Мрак и тьма заполнили небольшое помещение. Капли воды по очереди стекали с разбитой старой крыши, однотонно раздаваясь в глухой тишине. Тяжело набрав воздуха, Аккерман стала приоткрывать свои глаза, что отдавали серым оттенком. Оглядевшись вокруг, она увидела просторное заброшенное здание, на бетонном полу которого блестели большие лужи. Окна были напрочь заколочены деревяшками, которые уже давно прогнили и покрылись зелёной плесенью. Белый свет проникал внутрь через небольшие щели. Какой-то зловонный запах резко ударил в нос девушке, заставляя дыхание сбиться. — Проснулась? — прошептал парень, таща деревянный стул по мокрому бетону и поставив его перед разведчицей, присел рядом. — Развяжи меня! Черноволосый недовольно цокнув, покачал головой. — Я во второй раз спас тебя, — тихо произнёс он, хватая девушку за подбородок. — А ты повышаешь тон. Сейчас их лица были очень близки, а свет освещал их. Аккерман удивлённо посмотрела на Ривая, заглядывая в его холодные серо-голубые глаза, что говорили о его решительности. Затем парень прислонил свои губы к шее азиатки оставляя небольшой засос, от чего та, резко вздрогнула, пытаясь вырваться. — Не волнуйся. Я не собираюсь делать ничего такого. Просто ты вкусно и приятно пахнешь. Леви отстранился, не отводя взгляда от брюнетки. Его чёрные волосы падали на лицо контрастируя с бледной кожей, что очень подчёркивало его цвет глаз. Микаса молчала, боясь нарушить тишину между ними. Опустив голову, она сделала ещё пару рывков в попытке вырваться, после чего вновь осмотревшись вокруг, прикусила нижнюю губу. — Почему я тут? Ты здесь живёшь? — Ну… На этот вопрос я не могу ответить. Конечно я не живу тут, а разве по мне это не видно? Кстати, какой нормальный человек станет приводить незнакомку в свой дом? — Ты имеешь в виду себя? Ты не можешь быть нормальным, ты… ненормальный. Отпусти! — Плохая девочка, — шепнул черноволосый, громко поднимаясь со стула и шагая из стороны в сторону, скрестил руки на груди. — Твоя рана… Тебе лучше? — спросил он, подходя ближе. «Черт, совсем забыла…» Брюнетка постаралась взглянуть на свою боковую сторону, дабы проверить ранение, но из-за того, что была связана, девушка плохо видела перебинтованую рану. — Если бы я оставил тебя там, ты бы умерла от кровопотери. Разведка появилась только под самое утро, а за это время ты знаешь, что могло произойти. Аккерман безразлично посмотрела на Равеля, и тихо рассмеявшись сказала: — Это значит, я должна отблагодарить тебя? — На твоё усмотрение. Так, что там насчёт мести? Капли воды надоедливо падали с крыши со звуком ударяясь о землю, что очень раздражало. Разведчица перебирала произошедшее, прокручивая в голове все события недавно прошедшего времени. «Точно, месть…» — Это значит, что ты убиваешь преступников? Ведь так? Ривай, усевшись на стул со сломанной спинкой, что-то пробубнил рассматривая свои руки, что облегали белые, бархатные перчатки. На парне было накинуто темно-зелёное, строгое пальто, под которым виднелся дорогой тёмный костюм. Белоснежный, недлинный платок, аккуратно свисал вниз, чуть собираясь складками. Сейчас убийца Джефф выглядел совсем иначе, чем вчера при той резне. — Да, я убиваю преступников, которых не может поймать эта чёртова военная полиция. Ладно… разведка… я понимаю, что их работа защищать человечество. Вылазки за стены и так далее, но даже они стараются что-то делать в отличии от тех свиней полицейских. Я мщю за мать… Её убили из-за денежного долга и за ту семью, которую прирезали ножом для разделки мяса. Знаешь, мне все эти годы было не с кем поговорить. Теперь твоя очередь рассказывать… — Я тоже хочу отомстить за своих родителей, которых убили на моих глазах. Я помню… Мы всей семьёй сидели за столом, а потом к нам в дом постучались. Отец… Открыл дверь, после чего его пронзили ножом. Их было трое… Трое, что превратили мою жизнь в ад! Я и моя мама сидели все так же, потому что нам пригрозили. Моя мать… помню, на последок сказала: «Беги Микаса», а после… схватив небольшой нож налетела на преступников, — холодно и безразлично говорила девушка, смотря в пол, — Один из них держал в руках, что-то типа топора и, повалив её на пол, разрубил голову! — не в силах сдерживать себя крикнула Аккерман, после чего слёзы невольно потекли по бледным щекам оставляя мокрые дорожки. Равель, опустив взгляд и приближаясь вплотную, прижался к девушке, крепко обнимая её. — А я уже совсем разучился плакать… Через время, Лефлейтер разрезал тугие верёвки освобождая черноволосую. Та начала растирать руки, что совсем затекли, дабы восстановить кровообращение. Медленно поднимаясь на ноги, которых она не чувствовала, азиатка чуть шатаясь направилась вперёд. «Что мне делать.?» — Думаю ближайшие два дня нам нужно залечь на дно, а тебе следует отдохнуть. Мы повязаны, попытаешься сбежать — верну через силу… И если я узнаю, что ты захочешь сдать меня разведке или полиции, я убью тебя, без колебаний. — Ясно, — проговорила девушка, но вдруг споткнувшись о что-то стала лететь лицом вниз. Леви, быстро среагировав, поймал азиатку, хватая за талию. — Тшш, — прошипела та, от боли, ведь с одного ее бока находилась глубокая незажившая рана. Ривай, не говоря ни слова, поднял разведчицу на руки и, подойдя к широкому столу, уложил её на мебель, застеленную прозрачной пленкой. — Что ты собираешься делать? — тихо произнесла Микаса, встревоженно приподнимая голову. Открыв пакетик с белыми перчатками, парень снял свои и одел новые, после чего распаковал стерильную вату и обмакнул её в спирт, а затем протер руку девушки в области вен. Набрав в такой же стерильный шприц раствор из неизвестной ампулы, Джефф вколол её содержимое под кожу Аккерман. — Не волнуйся, это чтобы не было заражения крови. Кто знает какие инфекции в твою рану могли попасть… Азиатка медленно закрывала глаза, стараясь не уснуть, но действие и сила препарата заставили её сомкнуть свои веки. — Набирайся сил, моя королёва по несчастью…