Холодный блеск стали...

Вновь солнце садилось за стены Роза. Прохладный ветер разносил лёгкие листья и с каждым днём холодало и холодало. Мокрые прозрачные капли падали на крышу, монотонно стекая на паркет в доме через разрушенный потолок. Микаса лежала на кровати, этот надоедливый шум разбудил её. Джефф перебирал бумаги, сидя около какой-то тумбочки, на маленьком табурете и иногда проглядывал на девушку. Вскоре, она в недоумении открыла глаза, не сводя с него взгляда. — Что произошло? — протянул напарник, записывая что-то на листке бумаги. — Ничего, — пробубнила она, отворачиваясь к стене. — Просто голова болит. Азиатка вернулась в исходное положение из-за недоверия к Риваю. Она понимала, что Леви может быть опасен, тем более, когда он в ярости, но этого не показывает. Однако разве он может причинить ей вред? Парень поднялся с мебели и аккуратно присел около брюнетки, поправляя одеяло. Его холодная рука коснулась её щёки, которая до сих пор была красного оттенка. Черноволосая вздрогнула. За окном ливнем проливался дождь, но чрезвыйный холод, что постепенно наростал, превратил капли в пышные хлопья. Снежинки быстро и уверенно ложились на землю, которая чуть успела подмерзнуть. Время приближалось к суровой зиме, холодным переменам, что скажется на состоянии и здоровье солдат разведки и простых людей. Двое, заметив это, начали неустанно глядеть, что творится снаружи. — Первый снег? — тихо прошептал Лефлейтер, а после поцеловал напарницу в лоб, чувствуя, как она горит. Сейчас его лицо недовольно скривилось, из-за чего Микаса вопросительно подняла брови. — У тебя жар, — прохрипел он, заставляя девушку откинуться на подушки. — Надо найти чем сбить. Равель удалился, а из других комнат начал раздаваться шум, что явно говорило о том, что брюнет переворачивает дом верх дном. Через время Ривай нашёл лишь марлю, которую намочил в холодной воде и приложил к лбу Аккерман. Девушка уже тяжело дышала, а её тело немного содрагалось. Прошло пару часов, азиатка уснула, но вертелась туда-сюда, истекая потом. — Чёрт, — вырвалось из уст Лефлейтера, который не мог избавить напарницу от температуры. — Надо что-то делать. Укутав больную в одеяло, он поднял её на руки, выходя на улицу в простой рубашке и костюмных штанах. Шагая по мягкогу снегу, что издавал приятный хруст, парень набирал скорость в передвижении. Сейчас он знал куда ему можно обратиться со своей бедой. В дали виднелся лес, а рядом с нею и небольшая деревня, где тускло горели немногочисленные огоньки. Ветер начинал дуть сильнее, появилась вьюга, которая закрывала взор. Ему пришлось вернуться обратно. Джефф прилег рядом Микасой, что мычала сквозь сон что-то невнятное. — Я рядом, — парень провел по её волосам, не открывая глаз от напарницы. Прошло немного времени и жар отпустил, из-за чего Аккерман спокойно открыла глаза, замечая что находится в объятьях своего союзника. — Мы уже об этом говорили, — тяжело выдохнув, пробубнила азиатка, цедя сквозь зубы. — Тогда, что это тёплое вот тут? — тот приложил руку девушки к своей груди, пристально смотря ей в глаза. Сероглазая протянула паузу, стараясь не смотреть в самую глубь голубизны глаз Леви, где в середине соединяются два цвета, один из которых есть у неё. — Это… Я не знаю, как ответить. — Не знаешь. Вот как, — сейчас казалось, что Равель рассмеялся. — Я люблю тебя. А ты, что чувствуешь ко мне? Брюнетка прекрасно осознавала то, что неравнодушна к убийце Джеффу с их первой встречи. Она прекрасно знала, что они могут быть вместе, но одна тайна просто не даст им быть счастливыми. Та тайна, что заставит его возненавидеть её всей душой. Лефлейтер ослабил хватку и навис над брюнеткой, наблюдая за её реакцией и движениями губ. — Ну… Ответь, или опять не знаешь? Микаса молчала, боясь что-нибудь сказать, ведь прекрасно понимала всю опасность своих слов. Брюнет настойчиво глядел на неё, делая вид, что не замечает сопротивление девушки, которая отталкивала его своими столь холодными руками. — Ладно, молчи… Леви, слегка приблизиашись, невесомо коснулся губ, нежно целуя, из-за чего азиатка не смогла сопротивляться столь приятным ощущениям. — Понятно… — черноволосый отстранился и слегка поцеловал напарницу в шею. — Я всё знаю. Микаса сжала зубы, непонимающе хлопая ресницами. — О чем ты? — Я не знал, что ты настолько глупая девушка. — Я действительно не понимаю, — разведчица слегка повысила тон, волнуясь из-за нарастающего давления. — Действительно, дура, — парень потер веки и прилег рядом. — Я знаю, что ты любишь меня. От услышанного брюнетка даже как-то обрадовалась, что её опасения оказались напрасными, но поняла, что радоваться нечему, как-никак всё тайное становится явным. Её губ коснулась улыбка и, чуть повернувшись на бок, она начала рассматривать черты лица Леви. На улице всё было покрыто снегом, что был достаточно сухим и рассыпчатым. Он вновь навис над Микасой, уже целуя уверенно и грубо, постепенно углубляя столь желанный поцелуй. Девушка от неожиданности, выставила руки перед собой, стараясь говорить себе нет, но тело непослушно перестало проявлять сопротивление. Воздуха не хватало, но черноволосый не открывался ни на секунду, давно заметив, что спутница всеми силами пытается набрать кислорода полной грудью. Их сердца бились с бешеной скоростью от столь страстного выражения любви друг другу. Лефлейтер вскоре разорвал поцелуй, вдыхая порцию воздуха, после чего не позволяя девушке отдохнуть, вновь поцеловал, но на этот раз нежно. Микаса старалась не думать, что будет дальше, а просто быть счастливой хотя бы на время… Хотя бы сейчас. Странное чувство, что разливалось в области сердца, заставляло обоих радоваться столь страшному миру. Что-то кололо в груди, что-то заставляло трепетать душу… — А если человек из твоего окружения тебя придаст, что ты сделаешь? — Убью его не раздумывая, — в один момент выражение лица Джеффа стало более угрюмым. Азиатка слегка отвела взгляд в сторону окна, но продолжила разговор: — А если это буду я? Черноволосый замолк, стараясь не отвечать. — Такого не будет. Я сделал свой выбор, о котором буду сожалеть меньше всего, — взгляд серо-голубых глаз упал на область деколте, после чего парень начал покрывать шею возлюбленной мимолетными поцелуями, щекоча кожу и чувствуя волнение по телу. Черноволосая закрыла глаза, чуть сжав зубы, чтобы не издать звук сладкого стона, который вот-вот пытался слететь из уст. — Чего ты такая скованная? — Н-не знаю, — выпалила она, чуть покраснев. — Не волнуйся, я буду осторожен, но… И груб тоже. Лёгкие прикосновения губами возобновились, попутно спускаясь ниже ключиц, оставляя небольшие засосы на бледной коже. Пусть Леви был слишком нежен, он легко расправился с рубашкой, которую отдал девушке после того, как они сбежали. Пуговицы полетели на пол в разные стороны, чуть нарушая тишину, как и штаны… Брюнетка тяжело сглотнула комок, что застоялся в горле чем-то тяжёлым, наблюдая, как Джефф уже расстёгивает свою одежду, оголяя торс и снимая брюки. Вскоре он вновь навис над Аккерман, наваливаясь на её тело всем весом и целуя страстно в губы. Дрожь и жар пробирались в самый низ живота, заставляя мечтать просто растаять от таких действий. Дикое желание охватывало с головой, из-за чего Лефлейтер немедля растегнул бюст, припадая к груди и лаская её. Микаса не могла сдерживаться сколько бы не старалась, после чего послышался громкий стон. Она слегка прикусила свою нижную губу, закрыв глаза от удовольствия, которое пыталась сдерживать внутри себя, но стоны продолжали вырываться. Брюнет слегка улыбнулся, продолжая ласки, но, остановившись, начал гладить азиатку по волосам. — Ты чего-то боишься? — Всё нормально. Сейчас двое находились на довольно большой, но старой кровати, которая постепенно начала издавать скрип при малейшем движении. Микаса заставила себя расслабиться и принять то, что происходит сейчас. Её руки неловко начали водить по телу Джеффа, когда тот снова поцеловал её в губы, углубляя поцелуй настолько глубоко, что их языки сплелись воедино… Тяжело дыша, парень взглянул на напарницу, нежно целуя в шею и лаская тело ладонями, явно указывая на разрешение в кое-чем. Азиатка всё так же была смущена, даже зная, что это их не первый раз и через время неуверенно кивнула…

***

Небо приобрело яркие оттенки, принимая краски оранжевого солнца. Разведчица давно проснулась и наблюдала за Джеффом, который мило и сладко спал, уложив свою руку на её бедре. Сейчас она чувствовала себя самой счастливой во всем человечестве, из-за чего ей просто хотелось крикнуть что-то на весь дом от радости, но так как её любимый спал, черноволосой пришлось просто улыбнуться. — Доброе утро, — слегка выдавил он, открывая глаза, замечая пред своим лицом Аккерман. — Доброе. Парень недовольно фыркнув, перевалил девушку на бок. — Я хочу продолжения. — Перехочешь. Лефлейтер скривил лицо, поднимаясь с кровати, бросая безразличный взгляд на возлюбленную. — Ладно. Сегодня мы возвращаемся в город. Есть пара мест, которые нужно проведать. Пока мы залегли на дно, но свою деятельность будем продолжать.