Запахи

POV Макс Он был абсолютно спокоен и слишком холоден, когда обрабатывал мою рану. Я понимал, почему он так себя ведет и пытался убедить самого себя в том, что это лишь панцирь, за которым он прячет свою боль и обиду на меня. Ему не все равно, - повторял я про себя снова и снова, пытаясь найти доказательства своим мыслям. Я старался встретиться с ним взглядом, но Витя избегал зрительного контакта. Он понимал, что в его глазах я смогу найти отражение его истинных чувств и боялся этого. Я надеялся, что всё обстоит именно так, как я себе это представляю... - Тебе не зачем было приносить мои вещи, - первое, что он произнес, после долгого молчания. - Родители бы забрали их, им всё равно в школу идти. Нельзя оставлять всё как есть. Я пришел сюда, чтобы поговорить с ним, чтобы узнать истину. Нет, я пришел, чтобы доказать эту самую истину ему. А смогу ли я сделать это? Я попробую - это самое большее, что я могу. - Я хотел поговорить с тобой... - протянул руку и коснулся его волос. Они немного отрасли и уже не так сильно торчали в разные стороны. Я заправил за ушко непослушную прядь, а он вздрогнул от неожиданности. Мы сидели на кухне, его взгляд был устремлен в пол, и он не видел моих движений. Наверно, он испугался, но достаточно быстро взял себя в руки. - Я тебя слушаю, - тихо сказал он холодным как лед голосом. И что мне сказать? Поговорить-то я хотел, но что я могу ему сказать? Ответ был очевиден - только правду. - Я действительно поспорил с Ником на желание, что соблазню тебя до конца учебного года, - нахлынула волна отвращения к самому себе. И как я раньше не замечал, что веду себя, как тупой скот? - Я и так это знаю, - кивнул он. - И прекрасно тебя понимаю. Тебе было бы скучно просто ходить в школу, а твой изобретательный друг... - Ник, - подсказал я. - Всё равно! - прошептал он. Похоже, ему становится сложно контролировать эмоции, но он хорошо держится. Витя сглотнул и продолжил прежним холодным тоном. - Твой друг придумал хорошее развлечение для тебя. Чтобы тебе было весело. Я понимаю, потому что мне самому было скучно. И в первую нашу встречу я обрадовался, что нашелся тот, кто сможет меня развлечь. Его руки трясутся, и мне это прекрасно видно. Он врет. Ну, или не говорит всей правды. Возможно, ему действительно было скучно. И он был рад при нашей первой встрече, но потом ведь всё изменилось? Или нет? Он сжал руки в кулаки, и костяшки его пальцев побелели. Он сделал глубокий вздох. Потом ещё один и ещё. О чём он думает сейчас? Не хочу, чтобы ему было больно. Безумно захотелось прижать это чудо к своей груди и успокоить. Зажечь улыбку в его глазах. Но как это сделать? Он не верит мне. Ни единому моему слову он больше не верит. Больно. В горле застрял ком, а грудную клетку сжало так, что стало трудно дышать. Я сглотнул. Надо всё исправить. Я положил свои ладони на его сжатые кулаки. Погладил нежную кожу и заметил, что Витя перестал дышать. Совсем. Знать бы ещё хорошо это или плохо. Если бы он посмотрел на меня...но его лицо по прежнему опущено, и я не могу видеть его глаз. Я взял одну его руку, поднес к губам и нежно поцеловал. Последовал судорожный громкий выдох. Он выдернул свою руку из моих и подскочил со стула. Подошел к окну и остался там стоять. Спиной ко мне. А я молчал. Просто не знал, что можно сейчас сказать. И как нарушить эту гнетущую тишину? Первым прервал затянувшееся молчание Витя. - Ты хотел сказать что-то ещё? - всё так же холодно спросил он. Конечно хотел. Только, он ведь не поверит мне. Тогда надо зайти с другой стороны. Так много есть вопросов, на которые только он может ответить. Но нельзя же так сразу...и я зацепился за его собственные слова. - Ты сказал, что твоим родителям нужно в школу, - конечно я знаю, что это может означать. Но я снова не могу понять, хорошо это или плохо. - Зачем? И опять молчание, приносящее лишь боль. Я тоже встал и подошел к нему. Обхватил руками тонкую талию, а голову положил на плечо, вдыхая такой неповторимый запах. И понял, что теперь не смогу его забыть. Всю прошедшую неделю я провел с ним. И подсел на него, как на наркотик. А сейчас я получил очередную дозу, и ситуация перестала казаться такой безнадежной. Всегда есть выход. Если он не хочет отвечать на мои вопросы, я отвечу сам. А ему лишь нужно будет подтвердить или опровергнуть. Хотя, дальше вопросы становятся действительно сложными. Получится ли? Я сделал ещё один вдох. Конечно получится! Ведь мы - пара. Мы простояли так минут пять, а Витя даже не попробовал вырваться из моих объятий. Вот это точно хорошо. Но нельзя же так вечно стоять, пора отвечать на вопросы. - Ты хочешь сменить школу? - на мой взгляд это самая адекватная и вполне обоснованная причина. Если бы ему было все равно, он бы не стал ничего менять. А этот шаг - это побег. Он бежит от меня и, надеюсь, от чувств ко мне. - Я уже всё решил, - лед дал трещину, и я смог услышать грусть в его голосе. Вот оно что. Значит, я прав, и он убегает. Впрочем, это не так уж и страшно. Я смогу убедить его остаться. Есть кое-что по важнее этого. - Кто такой этот Рекс? - прошептал я, потому что голос бы точно дрогнул. Рекс сказал, что Витя принадлежит ему. Но так ли это на самом деле? - Какая тебе разница? - спросил он. Для меня-то разницы нет, если Рекс ещё не пометил его, значит Витя никому не принадлежит. А это значит, что я могу за него бороться. Это дает мне шанс на победу. Но как считает сам Витя? Вот что для меня важно. Кто Рекс для него? - Мне очень важна твоя точка зрения. Кто он тебе? - молчание. Снова лишь тишина в ответ. Но на этот вопрос я уже не смогу ответить сам. Потому что нет очевидного ответа, для меня по крайней мере. - Расскажи мне. Прошу. Я прижал его ближе к себе, повернул немного голову и поцеловал в шею. Его реакция меня поразила. Стон. Приглушенный, хриплый стон слетел с его губ. Сомнений больше не осталось - он тоже чувствует это. Если отбросить неподвижность его запаха, можно с уверенностью сказать, что он ощущает то же, что и я. И я обрадовался - значит наш случай не безнадежен. Мне захотелось искренне улыбнуться. Всё будет хорошо. Но когда Витя заговорил, улыбка сползла с моего лица. - Рекс - мой жених. Мы поженимся после моей первой течки, - он вывернулся из моей хватки, повернулся ко мне лицом, и наши взгляды наконец-то встретились. Боль. В его глазах плескалось целое море боли. - Уходи, Макс. Я пропустил его последние слова мимо ушей. Не собираюсь я никуда уходить, когда он так страдает. Нужно выяснить ещё кое-что. - Ты его любишь? - голос дрогнул на последнем слове. Я перестал дышать - его ответ слишком важен для меня. Витя отрицательно качнул головой, и я не смог сдержать вздох облегчения. С Рексом я разберусь, это не помеха. Но как же я рад, что Витя ничего к нему не чувствует. - Тогда я тем более никуда не уйду! - я притянул его к себе и поцеловал. Так нежно, как только мог, пытаясь успокоить и уверить в том, что всё будет хорошо. А он мне ответил. Открылся для меня. Я был беспредельно счастлив - неужели он поверил мне? Но потом наш поцелуй приобрел солоноватый привкус. Я не успел даже подумать, как его руки легли на мои плечи и толкнули. Я отошел на шаг, Витя плакал. Лицо его было спокойно, но из глаз катились крупные слезы. - Уходи, Макс, - тихо сказал он. - Я тебе не верю. Ты просто используешь меня. Я взял его за плечи и встряхнул. - Дурак! Ты же чувствуешь тягу, я знаю! Не веришь мне, прислушайся к себе. - Я знаю, что я чувствую, - с грустью сказал он и горько усмехнулся. - А вот твои чувства ко мне - подделка. - Можешь не верить мне, но запах обмануть нельзя. Меня к тебе тоже тянет. Он скинул мои руки со своих плеч. - А я не чувствую запахов, Макс. Такая врожденная болезнь, понимаешь? Ничего не чувствую, поэтому не могу тебе поверить. Теперь всё окончательно прояснилось. Вот в чем причина его странного поведения. Поэтому его запах никак не реагировал на мой. Запах - это очень важная часть тебя самого, а Витя просто не ощущает эту свою часть. Я слышал об этой болезни, она встречается очень редко, а омеги и альфы, зараженные ею, очень сильно страдают. Витя стрелой вылетел из кухни. Я догнал его уже в прихожей, когда он одевал куртку. - Ты куда? - тупо спросил я. Это же его квартира? Тогда почему он уходит? - Я к Рексу, - сказал он, завязывая шнурки на кроссовках. - Его надо успокоить. Хотелось бы, чтобы тебя уже здесь не было, когда я вернусь, - он взялся за ручку двери. - Витя... - Будешь уходить - просто захлопни дверь. Я не успел никак среагировать, а, когда пришел в себя, Вити уже и след простыл. А я так и остался стоять в его прихожей, не в силах скинуть сковавшее моё тело оцепенение.