За закрытыми дверьми

      Зеркало, камера на мини-треноге, как раз на уровне его тела, смазка и чудо-коробочка "сладостей", что курьер доставил вчера вечером. Брайан внутреннее весь искрутился за ночь. Да, с Амелией они спали в разных спальнях, но он не чувствовал себя раскрепощено, зная, что в их просторном доме есть еще кто-то, помимо кота. Прошлым вечером он, приняв душ и вычистив себя, привычно уже вставил вибро-пробку и позволил себе немного пошалить. Вот теперь он один. В просторной ванной второго этажа, внимательно запертой. Окна закрыты, жалюзи опущены. Свет хоть и приглушенный, но Брайан видит себя в зеркале до мельчайших деталей. На полу, на мягком ковре, в расслабленной позе, у него крепко стоит, влажная головка бесстыдно выглядывает из-за резинки просторных коротких шорт. У зеркала камера, чуть в стороне ноутбук с тем видео на повторе, звук на 10%. Брайан смотрит на себя в зеркале, по его телу бегают голубые отсветы с экрана. Ведет по бедру пальцами, собирая эти отсветы. Заводит пальцы под ткань шорт, и не может сдержать тихого стона, когда задевает припухшие края своей дырочки. Ее почти разворотило за ночь, кажется, он все же переборщил с размерами пробки, но Брайан не мог не испробовать хотя бы что-то из посылки. Вчера он едва не кончил от одного только вида, как каплевидная, пошло-черная пробка проходит все глубже, растягивая блестящее от смазки колечко мышц. Пару дней назад его задницу продепелировали, и Брайан прекрасно помнил, как сгорал от стыда, услышав красноречивый хмык косметолога - девица сразу сообразила, чего у парня такая припухшая дырка. Но даже в этом он находил свое удовольствие. Знание, что его задницу дозволено ласкать только ему самому. Брайан огладил член сквозь тонкую ткань шорт, пачкая ее блестящими разводами смазки. Приласкал головку, и тут же закусил губу - попка рефлекторно сжалась, сдавливая пробку еще сильнее Пальцами по животу, щекотно приласкать пупок. Его отражение было бесстрастным. Пока. У него имелась целая коробка средств, чтобы свести себя с ума. По животу к груди. Обхватить пальцами сосок, легко покрутить чувствительную бусинку. Тихий вздох, и жаркое стыдное воспоминание, как во время съемок Детройта он лепил на соски пластыри, чтобы не торчали так пошло в обтягивающем костюме моушн-капчер. Стиснул пальцы сильнее, вспомнив как Клэнси обхватил его поперек груди во время сцены перестрелки, поднял и поволок за декорации, сдавливая крупной ладонью грудь Брайана, натертый сосок под самым центром ладони, а тот в панике завис, выдавая идеальный образ подвисшего робота. Пластыри эти он отдирал вечером медленно, вглядываясь в свое отражение, и едва слюной не капал, представляя, как за ним наблюдают и видят его таким возбужденным от легкой боли. Пластыри он носил до конца съемок, и незаметно терся грудью, обнимая партнеров-актеров, пряча свою стыдную жаркую тайну. Брайан плавно встал на колени - за последние две недели он приучился двигаться аккуратно. Неосторожное резкое движение - и пробка внутри бьет по простате, но Брайан не хочет, чтобы его поймали, когда он будет взвизгивать на людях, пачкая штаны. На коленях подобрался к зеркалу, коснулся стекла, огладил прохладную поверхность отражения, потом коснулся себя прохладными пальцами, и вновь вздрогнул всем телом. Время поиграть. И Брайан-из-фильма поднял бокал. Брайан достал первый дилдо. Не самый большой, может размерами с его собственный член, но с узлом у основания. Покрутил в руках, поглядывая на свое отражение, что подрастеряло свою холодность и теперь совсем легко задумчиво улыбалось. Брайан специально заказал все игрушки не-телесного цвета и не натуральной формы. Вкачал в дилдо смазку, белесую, вязкую, ничем не пахнущую. Поднес игрушку к лицу, лизнул головку, из щелки которой, повинуясь помпе, пролилось несколько вязких капель. Брайан задрожал как в ознобе, предвкушая, как его наполнит, как растянет. Но тут же осадил себя. Его отражение облизывало смазку с губ. Брайан плюнул на присоску игрушки и прилепил ее на зеркало. Стараясь не думать, сгорая от стыда, глядя в свое отражение, он обхватил навершие дилдо губами. Полизывал, посасывал, осторожно двинулся глубже и тут же поплатился за свою несдержанность. Отскочил кашляя и стискивая бедра - от резкого движения пробка ударила по простате, и ему понадобилось пару секунд чтобы взять себя в руки. Брайан-из-фильма расслаблено возлежал на кровати, и Брайана вновь скрутило сладким стыдом, что на него смотрят, видят, как его жадная дырочка едва справляется с крупной игрушкой, как его перетянутый член исходит смазкой и как искусственная смазка капает на грудь. Он зажмурился, ярко представляя, как сидит у ног себя самого и выпрашивает разрешения немного себя поласкать, снять часть напряжения. Открыв глаза, он вздрогнул, и по телу прошла сладкая дрожь. Его отражение просительно заломило брови. Сейчас... сейчас... Брайан повернулся задом к зеркалу и встал на четвереньки. Глянул на камеру, потом через плечо в зеркало. Нет, не так. Улегся на бок и стиснул бедра, так было удобнее и вид лучше. Он запустил пальцы в штанину шорт, почти насквозь мокрых от смазки, обхватил навершие пробки и попытался ее провернуть. Ахнул от резкой, но короткой боли. ...не спеши... ...сам виноват... Брайан продышался, вновь взялся за пробку. Чуть протолкнул ее внутрь и чуть обратно. Потрясающее ощущение растяжения пробежало по телу жаркой волной. Брайан легко накачивал себя, неотрывно вглядываясь в свое отражение. Губы приоткрыты, беззвучные стоны подступают к горлу, он иногда жмурится, останавливается, но тут же принуждает себя двигать сведенной от напряжения рукой. И почти кончает от своего вида, но вовремя стискивает член, не позволяет себе. Потом еще пару секунд сидит, прижавшись к прохладному стеклу виском. Гладит отражение, завороженный красотой своих рук и бедер. Пробку он вытягивает медленно, жадно глядя как покрасневшая дырочка тянется следом, не хочет выпускать. Брайан задирает шорты в сторону, жадно разглядывая свой вход, лезет туда пальцами, оглаживает нежные растянутые края. Щекотно! И пусто. Он смотрит на дилдо, потом на пробку - дилдо определенно уже, но гораздо длиннее, а ведь Брайан еще ни разу не вставлял в себя что-то крупнее пробки. Плевать! Он сделает это сегодня. Его отражение с вызовом смотрит в ответ. Брайан взял шприц, который шел в наборе с игрушками, вкачал смазки и вставил в свою дырочку... и практически не почувствовал его стенками. Только прохладу смазки, что растекалась внутри. Его дырочка практически не закрывалась, не стягивалась после двух недель "тренировок". Брайан вновь встал на колени, теперь Брайан-из-фильма был перед глазами. Задумчивый и скучающий он смотрел на чувственные мучения себя другого. Брайан неловко придвинулся к зеркалу еще, благо оно было узким и крепко крепилось к стене, можно было выставить ноги по бокам. Брайан пятился и пятился, чувствуя себя какой-то похотливой зверюшкой, что вымаливает у альфы прайда поскорее трахнуть его. Смазка щекотно текла по ногам, добавляя к образу течной суки раскрытую, готовую на всё дырку. Пятился, пока не наткнулся бедром на влажный дилдо, кренящийся под своим весом немного вниз. Брайан выпятил зад, прогнулся в пояснице. Отвел ткань шорт, обхватил головку, приставил к своей щелке и плавно двинул бедрами. Давил и давил, дилдо расширялся к основанию, и каждый сантиметр шел туже, с трудом. Брайан задыхался, мучительно постанывал, заставляя себя и свое тело принять до конца. До узла. Но узел был слишком крупным, боль стала слишком сильной, и Брайан уступил. Он лежал на мягком ковре, пошло вскинув зад, прижимался щекой к искусственному меху и тихонько хныкал. Было больно. Не так, как с самой первой пробкой, когда он расплакался и не мог успокоиться всю ночь, но ощутимо. Брайан-из-фильма задумчиво откинул голову назад, и Брайана пришибло высокомерием, холодной надменностью. На дрожащих руках он поднялся, качнул бедрами чуть вперед и снова назад, насаживаясь и стискиваясь от легкого жжения в кишках. Смазка разливалась внутри из игрушки мелкими порциями, но Брайан все равно чувствовал себя туго пришпиленной бабочкой, пробитой насквозь. По пылающим щекам текли слезы, с губ срывались жалобные стоны, но Брайан двигался, насаживался, приучал себя, ощущая, как это грязное действо заставляет твердеть его член и соски. Он стиснул тот натертый, и вспомнил, едва соображая, что в заказе были какие-то зажимы... Но нет, не сейчас. Он просто не выдержит чего-то, кроме дилдо. Брайан вошел во вкус, боль притупилась, и теперь каждое движение отдавалось где-то в глубине. Теперь ему точно не хватит пробок. Потрясающе-стыдное ощущение наполненности, еще немного и его разорвет. Но он двигался, жадно насаживался, торопливо и хаотично. Его член и поджавшиеся яйца туго дергались, зажатые тканью промокших насквозь шорт. Брайан смотрел на себя в голубых тонах фильма, дергал задом на крупный дилдо и почти ощущал грубую хватку на своей пояснице. Оргазм копился, шел дрожью по ногам к паху. Очередная мысль, что выкручивала внутренности - он сможет кончить, не касаясь члена?! Только от дилдака в своей заднице? Течной растраханной заднице. Как девчонка! Брайан со стоном двинулся грубее, будто спасаясь от стыдной мысли, и тонко вскрикнул - он насадился до основания, принял в себя узел. Брайан долго, болезненно кончал, сдернув нафиг шорты и выпустив член. Нажал на помпу игрушки. Вновь уткнулся в ковер лицом, стоны удовольствия переходили в хриплый надсадный крик. Дилдо выплескивал всю оставшуюся смазку, узел медленно рос и расширялся, заполняя собой все, растягивая до зубного скрежета. Брайан лежал на мягком ковре, с животом в собственной сперме, в слезах, с сочащейся слюной из уголка пересохших губ, и бездумно, обессилено улыбался. Брайан-из-фильма вновь поднимал бокал за его здоровье. Брайан смущенно всхлипнул и прикрыл глаза, чувствуя растяжение не только дырочки и жжение в кишках, но и тугую тяжесть в животе, которую он будет носить в себе до самого вечера. Если конечно сможет освободить свою задницу от узла дилдо.