помощь

      ерохин все чаще приходит к саше домой, пару раз даже засиживаясь до прихода станислава саломовича, который общению внука с врачом оказывается только рад. каждый раз александр обязательно приносит головину шоколадки, а в один день вдруг приходит с костылями. — это что? — недоумевает саша. — это на будущее, а сегодня просто попробуешь встать, конечно, с моей помощью, — улыбаясь, отвечает александр. — правда? — ну конечно, только сначала нужно мышщы размять, — ерохин присаживается на корточки перед сашей и аккуратно берет его ногу, массируя. — я все еще ничего не чувствую, — обреченно вздыхает головин. — не все сразу, — саша переходит к сломанной ноге, в одном месте специально сильнее надавливая. — ай! — вскрикивает головин, — ну поаккуратнее можно? — ты что-то почувствовал? — ерохин улыбается во все тридцать два зуба, глядя прямо саше в глаза. — еще раз сделай так! — волнуется и не может отвести взгляд от губ мужчины. больше всего ему хочется сейчас поцеловать их. саша не знает то ли это от переизбытка эмоций, то ли от того, что он каким-то странным образом за эти четыре с половиной месяца их общения успел влюбиться в своего лечащего врача, но поддается своим желаниям, тянется вперед, обхватывает лицо ерохина руками и неуверенно мажет губами по губам парня. александр теряется, забывая о том, что он должен ответить на поцелуй и замирает, продолжая держать сашину ногу в своих руках. через несколько секунд до него наконец доходит, что нужно что-то сделать, и он толкается языком в чужой рот, перехватывая инициативу. парни странно целуются и отстраняются друг от друга, только когда в легких заканчивается воздух, и дышать становится нечем, а губы начинают болеть. — с-с-спасибо, — заикаясь, произносит головин. — за что? — за то, что я теперь чувствую. — не стоит благодарностей. попробуем встать? — ерохин берет сашу за руку. — ты уверен, что получится? — получится. только не сразу самостоятельно. просто крепко держись за меня, и все будет хорошо, — александр невесомо целует головина в висок. — хорошо, — щеки парня начинают розоветь от смущения, он боится смотреть ерохину в глаза, поэтому отводит взгляд в строну, когда тот его обнимает. ерохин поднимает сашу с инвалидного кресла, притягивая еще ближе к себе. — чувствуешь что-нибудь? — александр беспокоится, что головину еще рано опираться на ноги, хоть со дня операции прошло уже много времени, но старается не показывать своего волнения. — я чувствую свои ноги! — кричит саша от радости, — понимаешь, я их чувствую! поверить в это не могу! это же значит, что я смогу ходить? — все, хватит для первого раза, — ерохин аккуратно сажает сашу обратно, — ну ты сам попробуй пошевелить ногами. — я пробую! ничего не выходит! — от отчаяния на глазах парня выступают слезы. — успокойся, — ерохин аккуратно берет правую ногу головина и ставит себе на колено, — попробуй еще. подумай о том, что ты опять можешь ходить. как до перелома. саша искренне пытается сосредоточиться на словах александра, но мысли в голове путаются. он думает о поцелуе, о том, что только что впервые за столько времени наконец смог почувствовать свои ноги, землю под ними, смог встать. и о том, что все это благодаря ерохину. — давай, у нас все получится. слышишь меня? — александр берет головина за руку. — у нас? — неуверенно спрашивает парень, думая, что ему показалось. — да, мы через все это, — мужчина указывает на прооперированную им сашину ногу, — прошли вместе, поэтому у нас все получится. попробуй еще, — ерохин выделает голосом это «у нас» и сильнее сжимает руку головина в своей. саша думает, что теперь должен ради них встать на ноги. он еще усерднее старается пошевелить конечностями, и наконец получается. правда происходит все очень быстро, головин даже сам до конца не понимает, почувствовал он что-то, или ему показалось, и одновременно причиняет безумно много боли. саша в этот раз все же не может сдержать слез, они тонкими струйками текут по щекам, оставляя неприятное жгучее ощущение на мягкой коже. — ну ты чего? — александр обхватывает лицо парня своими руками и нежно вытирает большими пальцами слезы, — получилось же! я рядом. все будет хорошо, слышишь? — поцелуй меня, — просит головин, у которого все никак не получается успокоиться. и ерохин целует. еще увереннее и нежнее, чем в первый раз. парни тонут в своих ощущениях. и хоть пока они точно не знают, что чувствуют друг к другу, оба уверены в том, что это правильно, что так и должно быть и нет ничего неестественного в поцелуе людей одного пола.       саши еще долго не могут перестать целоваться и наконец оставить губы друг друга в покое. дыхание они восстанавливают еще долго. а потом, по традиции, перемещаются на кухню, пьют чай. в половине одиннадцатого ерохин собирается уехать домой, чтобы не встретиться со станиславом саламовичем в столь поздний час и не выслушивать очередную лекцию про режим головина, полезность привычки всегда рано ложиться спать и про все остальное в этом духе. — ты... эм, не хочешь... остаться сегодня здесь? переночуешь в гостиной, чтобы не ехать так поздно домой, — неуверенно просит головин, очень сомневаясь, что александр согласится. — а как мы это саламычу объясним? — ерохин удивляется такому предложению от саши. — да неважно. я не хочу, чтобы ты... — мнется парень, стесняясь закончить просьбу. александр подходит к сидящему в коляске саше, наклоняется и целует. поцелуй успокаивает, саша смелеет, даже в какой-то степени наглеет, пытаясь перехватить инициативу и быть жестче. а ерохин позволяет, дает парню возможность почувствовать себя увереннее. — я останусь на ночь, — прямо в сашины губы говорит мужчина. головин недоверчиво смотрит на александра в ответ. вскоре с работы возвращается станислав саламович. сашка рассказывает дедушке о том, что сегодня впервые смог встать на ноги. «правда пока только с помощью александра юрьевича». черчесов искренне радуется за любимого внука, от всего сердца благодарит ерохина за помощь и, конечно же, не видит ничего странного в том, чтобы доктор остался сегодня у них ночевать. александр вполне помещается на большом удобном диване в гостиной, но не может заснуть, потому что каждый раз закрывая глаза, задумывается о том, как там головин в соседней комнате. он долго вертится, пытаясь уснуть, но сон никак не приходит, и ерохин решает пойти к саше. в комнату парня он заходит, не издав ни единого звука. головин же, замечая, что открылась дверь, подпрыгивает на кровати. — черт! не смей меня так пугать. чуть сердце не остановилось, — шепчет саша. — не спишь? — улыбается александр, пытаясь в темноте найти кровать парня. — не мог уснуть, — оправдывается головин, двигаясь к стене и уступая место севшему рядом мужчине. — я тоже, — ерохин принимает горизонтальное положение, притягивая парня поближе к себе. они лежат в тишине какое-то время, а потом александр слышит тихое сопение у себя под боком, смотрит на спящего сашку зачарованно, не может оторвать взгляд, медленно и аккуратно перебирает волосы на макушке, мягко целует парня в висок. — спокойной ночи, — шепчет он, и вскоре сам засыпает.