Счастье навеки

Гарри Поттер, тихо выругавшись, продолжал наносить краски на холст, держа кисть левой рукой. Он увидел, что погода сильно портится, но хотел зарисовать неистовство волн, с грохотом обрушивающихся на скалы, прежде чем начнется шторм. Окунув кисть в серую с голубым отливом краску на палитре, он продолжил работу. Когда в горах, позади него, отдались гулким эхом первые раскаты грома, его взгляд все так же быстро передвигался с холста на море и опять на холст. Такие сильные бури были редкостью в это время года на побережье Прованса. И если Гарри посчастливилось это увидеть, то он во что бы то ни стало перенесет всю ярость этого шторма на полотно. Но тут внезапно хлынул дождь. Он лил с неба сплошным потоком и мгновенно насквозь вымочил его измятую белую рубашку и перепачканные краской брюки. Но Гарри не обращал внимания на дождь. Он продолжал рисовать, зная, что дождь не навредит его масляным краскам. Ему бы еще хоть немного времени, чтобы поймать сущность шторма и перенести его на полотно. Закончить картину он мог и дома. Рисование было его хобби и помогало расслабиться. Вдруг стремительно прорвавшийся мощный порыв ветра швырнул на землю мольберт и холст. — Вот черт! Но было уже слишком поздно. Отбросив в сторону кисть, он с досадой смотрел, как дождь поливает картину, лежащую в грязи. Конечно, та теперь была испорчена. Гарри завернул испорченный холст в ветхую ткань, собрал кисти и краски, сложил мольберт и под дождем медленно побрел домой. Добравшись до вершины утеса, он приостановился. Перед ним была тропинка, которая, извиваясь вдоль заросшего сада, бежала к его маленькому домику, который был куплен почти сразу после войны. И Гарри часто уезжал сюда отдыхать, находясь в отпуске. Здесь он неожиданно увлёкся рисованием. Рон с Гермионой тоже часто приезжали сюда. И даже Джинни, с которой они давно расстались, бывала здесь два раза. Но чаще он ездил сюда один или со своим парнем. На данный момент Гарри ни с кем не встречался. И приехал в свой укромный уголок один, чтобы просто отдохнуть. Рон и Гермиона обещали приехать позже. Гарри ногой открыл калитку и направился к дому, не обращая внимания на хлеставший дождь. Вспомнив, что сегодня еще не ел, он остановился в саду. Бросив на землю свой испорченный холст и краски, Гарри начал рвать овощи для салата. У него все росло своё — миссис Уизли постаралась ещё весной. Правда сейчас все заросло сорняками — прополка Гарри не прельщала. Да и все равно было. Он еще не знал, что приготовить. Может быть, картофельный суп? Он мог бы приготовить цыпленка, если бы ему не было лень. Суп приготовить проще, тем более, что Гарри нравился свежий сладковатый вкус молодого картофеля. Он решил пройти еще несколько шагов в поисках укропа, когда его остановил тихий стон. Сначала Гарри подумал, что показалось, и не стал обращать внимания. Стон повторился, а с ним пришла тревога. Все еще сжимая укроп, юноша пошёл на звук, похожий на такой, как будто кто-то стонал от боли. И тут Гарри увидел парня. Он лежал на боку, неподвижно, в глубоком обмороке, в нескольких футах от него. Одна щека у него была испачкана грязью. Гарри замер, глядя на осунувшееся усталое лицо незнакомца. Выпрямившись, он подошел поближе и опустился возле парня на колени. На том была грязная одежда. Взгляд Гарри на мгновение задержался на его лице, скользнул вдоль его тела. Одежда, насквозь промокшая и прилипшая к его телу, подчеркивала болезненную худобу. Спутанные мокрые волосы были непонятного серого цвета. Что-то знакомое чудилось Гарри в лице юноши. Где-то он видел этот чуть заостренный подбородок, прямой тонкий нос, бледные впалые щеки, и ровно очерченные губы. Присмотревшись как следует, Гарри почувствовал, как земля уходит из-под ног. Несомненно, он видел этого парня сотни раз. Это был Драко Малфой. *** Гарри не слышал о нем ни разу после войны. И вот он лежит у него в саду без сознания. Гарри коснулся безвольно лежавшего запястья Драко. Пульс у того был слабым, но ровным, и дыхание, едва слышимое, тоже было ровным. Прикоснувшись к нему, Гарри понял, что у Драко жар. На бледном лице были видны следы страдания и страшной усталости. Гарри осторожно перевернул его на спину и поднял с травы. Драко снова тихо застонал. Он весил, кажется, не больше 45 килограмм. Гарри понёс его в дом на руках, опасаясь использовать магию. Сквозь мокрую одежду Драко, Гарри почувствовал лихорадящий тело жар, и испугался. Лечить, даже с помощью магии, он умел не очень хорошо. Гарри положил Драко на свою смятую неубранную постель и в отчаянии стал снимать с него мокрую одежду. Понемногу мокрые вещи были сняты и брошены на пол. Беглый взгляд, брошенный на Малфоя, еще раз подтвердил, что тот был очень худым. Гарри достал из шкафа тёплое одеяло, и свою новую пижаму, которую ещё не надевал. Он натянул пижаму на дрожащего Драко и, хорошенько встряхнув одеяло, накрыл им его со всех сторон, тщательно подоткнув. Бессильный сделать что-либо еще, он уставился на неподвижную фигуру. Потом Гарри стал думать, что ему теперь делать. Он понимал, что Малфой попал в беду, судя по его виду. Но не зная точно, что случилось, Гарри не хотел кому-либо рассказывать об этом. Хотя бы пока Малфой не придёт в себя. Возможно, он прояснит ситуацию, и все уладится. А пока Гарри наложил согревающие чары и стал рыться в аптечке, ища хоть какие-то зелья. Вдруг голова Малфоя судорожно дернулась на подушке, и он застонал во сне, будто от боли. Гарри наклонился, чтобы сдвинуть прядь волос, упавшую Драко на глаза. — Тише, тише, — прошептал он, проводя пальцем по впалой щеке. И вдруг, резко отдернув руку, повернулся и вышел из комнаты. *** … Над ним витало лицо ангела. Красивый золотоволосый ангел протягивал Драко руку, предлагая выйти за него замуж и улететь с ним на небеса. Но вдруг рука его стала двигаться все быстрее, и вот уже злобно смотрят его глаза, и нежное прикосновение превращается в страшный удар. <i>От <i>сильного удара голова Драко откинулась в сторону. Он упал на пол, свернувшись в клубок, почувствовав удар по почкам. Сжимаясь все сильнее и сильнее, Драко зажмурился изо всех сил. И все же остановить дикие, яростные звуки, раздававшиеся над ним, не смог. Второй удар по почкам заставил Драко закричать от боли. — Круцио! Третий удар был слишком сильным.Корчась от боли, Драко пополз на животе по сверкающему паркету. Он почувствовал, как руки схватили его, с силой придавили к полу, и он знал, что уже не скроется от этого кошмара, где дьяволы прятались за масками ангелов, а рай был сущим адом, а боль от заклинаний перемешивалась с избиением. — Круцио! Гарри видел, как в бреду Драко сползает на край постели. Он успел схватить его до того, как тот упал, оттащил его подальше от края и перевернул на спину. Драко замахал руками и, прежде чем Гарри успел поймать его запястье, ударил его по щеке. Гарри боролся с ним, пока он не затих. Тогда Гарри отошел, чтобы смочить полотенце в холодной воде. Отжав полотенце и положив его на пылающий жаром лоб Драко, он сел на стул у кровати. Драко тут же сбросил полотенце в сторону. Гарри не стал возвращать его обратно. Всю ночь Гарри просидел около Драко. Тот дрожал, вертелся и метался по кровати. Кажется, что-то говорил или кричал. Постоянно сбрасывал с себя одеяло, и Гарри снова накрывал его. Несколько раз за ночь Гарри пытался заставить его выпить воды, но Драко отталкивал его руку и он сдался. «Не Империус же применять в самом деле», — подумал он. Когда наступил рассвет, Гарри все же заснул. … Драко не мог скрыться от него. Почувствовав усиливающуюся боль еще от одного удара, закричал, моля о помощи, но все было впустую. Слуги никогда не заступятся за него. Никто не поможет ему, никто не защитит его. Стало понятно, что на этот раз он убьет Драко. Драко боролся, но противник был сильнее. Драко удалось ударить его в самое чувствительное место. Когда же он, скорчившись от боли, выпустил Драко, тот понял, что появилась возможность бежать. Но бежать было некуда. Увидев, что он пытается встать, Драко пробежал мимо него. Палочка. Придется достать палочку. Драко знал, где лежит спрятанная палочка. Рывком открыв ящик комода в спальне, Драко схватил палочку и, обернувшись, увидел, что он стоит в дверях и наблюдает за Драко. Высоко подняв голову, Драко вызовом ответил на его удивление. Выражение его лица менялось. Оно становилось мягче. Дьявол исчез, и его место занял ангел. Но Драко больше не проведешь. Драко поднял руку и выкрикнул какое-то заклятие, он упал. Кажется ударился об угол стола. Гарри резко сел, морщась от боли, — ныла шея. Естественно, стулья ведь не предназначены для того, чтобы на них спать. Дождь перестал, и яркий утренний солнечный свет заливал комнату, заставляя его щуриться. Что-то разбудило его. Гарри посмотрел на Драко. Тот поднял свою худую дрожащую руку и закричал. Но тут же рука безвольно упала, и он опять стих. И вдруг его стало колотить. Одеяло опять лежало у него в ногах. Гарри встал, накрыл Драко одеялом и потрогал лоб. Его все еще лихорадило. Задумавшись, он озабоченно почесал кончик носа. «Может быть, стоит вызвать врача? Или попробовать связаться с Мунго, или мадам Помфри?», — подумал он. Но, опасаясь навлечь беду на Драко (от кого-то он ведь бежал? Или от чего-то? А вдруг его ищут авроры?), Гарри все же решил ещё полечить его сам. Драко зашевелился, беспокойно замотал головой из стороны в сторону. Его отросшие светлые волосы спутались и были влажными от пота. Лицо было пепельно-серым, а кожа на ощупь напоминала пергамент. Сухие губы потрескались. И хотя сейчас он спал, выражение его лица не было спокойным. На нем видно было следы страха и напряжения. Он казался сейчас таким уязвимым. Гарри внимательно смотрел на него, думая о том, что же привело Драко именно к его дому и свалило от усталости и слабости в его саду? Что же случилось за время, пока они не виделись? Гарри отнес вниз на кухню грязную одежду Драко. Это была одежда аристократа, хорошо сшитая, хотя сейчас она и превратилась в лохмотья и была вся в грязи. В карманах Гарри нашел грязный льняной носовой платок и волшебную палочку, которую положил в ящик стола. Затем он выстирал одежду Драко и повесил ее сушиться на балкон, где было солнце. Осмотрев сад, он так и не нашел больше ничего. Потом внес в дом краски, которые оставил вчера вечером в траве, и с отвращением швырнул в угол кухни свою испорченную картину. Затем опять вышел в сад, но уже с корзиной для овощей и пряностей. Вернувшись в кухню, Гарри принялся готовить суп. Взяв пригоршню лука из корзины, он потянулся за ножом. Мысли о Драко не оставляли его. Внезапно он почувствовал острую жалость и опять удивился, почему это его беспокоит, и принялся с остервенением нарезать овощи, забрасывать картошку, лук, морковь и пряности в кастрюлю с водой. Когда суп закипел, Гарри поднялся в спальню, но Драко все еще спал. Гарри принял ванну, надел чистую рубашку и брюки. Потом решил покормить Малфоя. Но тот опять метался по кровати, размахивая руками в воздухе, будто сражаясь с воображаемым противником. Гарри попробовал покормить его с ложки, но Драко отказался есть. С большим трудом удалось влить ему в рот восстанавливающее зелье. Куда бы Драко ни бежал, он преследовал его. Когда бы Драко ни оборачивался, он был рядом. Снова и снова Драко выкрикивал заклинание и видел, как он падал. И снова он преследовал Драко. Неужели от него не скрыться? Драко опять почувствовал, что его руки касаются лица Драко, пытаясь открыть ему рот. Он силой заливает что-то в горло Драко. Уверенный, что он хочет отравить его, Драко выплюнул эту жидкость и оттолкнул его руки. Увидев, что вся его рубашка забрызгана супом, Гарри вздохнул. Он снова зачерпнул ложку супа, еще раз пытаясь накормить Драко. Три раза он выплевывал суп и отталкивал руки Гарри. — Ну же, Драко, — он зажал между пальцами его подбородок, повернул его голову к себе, — ты что, хочешь умереть с голоду? Драко смотрел на него невидящими глазами. И, воспользовавшись тем, что он открыл рот, как бы желая что-то сказать, Гарри влил ему в рот ложку супа. А потом силой закрыл ему рот и, стараясь не обращать внимания на слабые удары, держал закрытым, пока Малфой не проглотил суп. В перерывах между его протестами Гарри все же удалось накормить его. Три дня он кормил его супом и поил зельями и водой, протирал мокрое от пота тело мокрым полотенцем, стирал простыни чаще, чем когда-либо в своей жизни. Но было видно, что Драко хуже. Его лихорадило сильнее, чем обычно, он все еще бредил, бормотал какую-то чепуху об ангелах в аду. Иногда он забывался глубоким ровным сном. А порой, съежившись от страха под одеялом, он что-то шептал, и Гарри не мог понять, что же могло его так напугать. В конце концов, Гарри связался с мадам Помфри и рассказал ей все, скрыв имя Драко. Она дала ему лечебные зелья и расписала, как и что принимать. Помимо этого, Гарри вызвал и маггловского врача, который, получив деньги, выписал лечение без лишних вопросов. В результате всех усилий жар начал потихоньку спадать. «Скоро Драко придёт в себя, и все прояснится», — успокаивал себя Гарри.