Счастье навеки

Драко сидел, вцепившись в одеяло, и руки у него тряслись. «Найджел мёртв. Он не причинит мне вреда. Он умер», — успокоиться получалось плохо. Когда Драко наконец спустился вниз, Гарри не было. В кухне, на столе, он нашёл приготовленные для него гренки, колбасу и сыр. Под тарелкой была записка: «Поешь обязательно, Драко. Я скоро вернусь. Гарри». Отложив записку, он почувствовал облегчение. Ему не придется весь день со страхом смотреть на Поттера, чувствовать напряжение и смутную тревогу оттого, что в этом доме, кроме них двоих, никого больше нет. Драко сел за стол. Есть не хотелось. Он вяло пожевал кусочек сыра, и встал из-за стола, не зная, чем ему заняться. Читать не хотелось, а просто лежать он устал. На улицу выходить одному было страшновато. Выйдя на веранду, юноша сел в кресло. Было прохладно и очень удобно. Драко почитал, потом просто побаловался разными заклинаниями. Найджел был слаб, как волшебник, а потому часто запрещал Драко колдовать дома. На веранде было немного пыльно, и Малфой пожалел, что не знает бытовых заклинаний. Можно было убраться без магии — отработки в Хогвартсе не прошли даром — но сил не было. Он все ещё быстро уставал и вновь заснул. *** Только после обеда Драко обнаружил мастерскую Гарри. Это оказалась та комната, закрытая в прошлый раз. Сейчас она была приоткрыта, и блондин, не сдержавшись, заглянул в неё. Это была небольшая квадратная комната с двумя окнами. Сквозь стекла окон, независимо от времени дня, свободно струился свет. Драко медленно подошёл к столу, в беспорядке заваленному банками с краской, кисточками, альбомами и угольками для рисования. Под окнами, прислоненные к белым стенам, стояли картины. На стенах не было ни картин, ни рисунков. В углу, у одного из окон, стоял мольберт с наполовину законченной картиной, написанной маслом. Драко подошёл поближе, чтобы рассмотреть ее. Вокруг едва различимых под белыми парусами кораблей свирепствовало горящее море оранжевого, синего и черного цветов. Столбы дыма и языки пламени, кружась в неистовом водовороте, вздымались в серое небо. Драко не был уверен, что картина понравилась ему. Но талант у Поттера определённо был. Другие картины понравились ему больше. Два воздушных, лёгких пейзажа, в розовых, зеленых и голубых тонах. Один натюрморт. И портреты. Их было несколько. Портрет Грейнжер и Уизли, а также родителей Рональда. Ещё один маленький портрет мелкой Уизли. Насмотревшись, Малфой вышел, запоздало испугавшись, что Поттер рассердится, ведь Драко лезет, куда не следует. Он вернулся на веранду. Дом был тих и спокоен. Драко вспомнил, как еще сегодня утром мечтал провести день в одиночестве, но уже в середине дня понял, что очень хочет услышать звук голоса другого человека. Все-таки это лучше, чем сидеть одному. Он вспомнил, каким обеспокоенным был взгляд Гарри ночью, когда Драко испуганно отскочил от него. Дурные намерения, в которых он подозревал Поттера, даже не приходили тому в голову. Сейчас, когда Драко это понял, собственный страх показался ему глупым. Поттер не причинит ему зла. Наоборот, Драко показалось, что, когда Гарри нёс его в комнату, он был каким-то…. нежным с ним? Драко обвел веранду тревожным взглядом. Ему не хотелось думать о прошлом, хотелось что-нибудь сделать, хотелось быть полезным. Безделье и одиночество становились уже утомительными. Взгляд Драко упал на грязь на плите. На столе была грязная посуда, и он решил сделать уборку. И может, когда Гарри убедится в его искренности и трудолюбии, то разрешит остаться здесь подольше. А он отблагодарит Гарри за то, что тот приютил его, докажет, что еще на что-то способен. *** Гарри вернулся домой поздно вечером. Положил альбом и поставил пакет с продуктами на стол, огляделся и понял, что в кухне что-то было не так, что-то изменилось. Солнечный свет, пробивавшийся сквозь высокие окна, яркими бликами отражался на белой отмытой крышке стола и на безукоризненно чистом полу. Он сразу все понял. Кухня стала очень чистой. Все грязные тарелки были вымыты и расставлены по местам. Его забрызганная грязью картина аккуратно стояла в углу. Пол и стол сверкали чистотой. Нигде не было ни пылинки. На Гарри почему-то накатило раздражение. Всю прошедшую неделю он был уверен, что Драко очень болен, а он, не успев выздороветь, делает уборку в его доме. Гарри понимал, зачем Малфой делает это. Драко хотел отблагодарить его этим за приют. Но ведь Гарри ясно сказал, что Драко ничего ему не должен. Тем более, тот ещё не совсем здоров. Когда, Гарри вышел из кухни, чтобы найти блондина, он был уже охвачен праведным гневом. Он нашел Малфоя в гостиной. Тот стоял спиной к Гарри и протирал подоконник мокрой тряпкой. Рядом стоял таз с водой. Гарри нахмурился, глядя на него. Видя, что Драко вытирает пыль, как прислуга, и вспоминая, каким больным тот был всего несколько дней назад, Гарри рассердился. И когда он заговорил, голос его был резким и строгим: — Зачем ты это делаешь? Подпрыгнув от неожиданности, Драко обернулся и взглянул на него широко открытыми испуганными глазами. — Малфой! Разве я не провел около твоей постели целую неделю, чтобы вылечить тебя? — выкрикивая это, Гарри яростно размахивал руками, — сегодня лишь второй день, как ты выздоровел, а уже работаешь как настоящая прислуга! Драко не ответил, он лишь продолжал смотреть на него широко открытыми глазами. Гарри приближался к Малфою, а тот отступал назад по мере его приближения, и с каждым шагом его удивленные и испуганные глаза раскрывались все шире. Когда же Драко уперся спиной в подоконник и ему некуда было больше отступать, он опустил глаза и уставился в пол. — Извини, — едва слышно прошептал он, не решаясь взглянуть на Гарри. Гарри, не ожидавшего такой реакции, удивил его покорный ответ. Он думал, что Малфой будет спорить с ним, язвить и противостоять ему, совсем как раньше. Но заметил, как сильно сжимает Драко мокрую тряпку. Пальцы его дрожали, и это еще раз подтвердило вывод, к которому брюнет пришел, размышляя ночью. Малфой боится его. Поттер сложил руки на груди и нахмурился, глядя на него. Он был раздражен и в то же время охвачен тревогой: «Что с ним такое? Почему он такой запуганный? Кто с ним сделал это?» Драко слегка приподнял голову и посмотрел на него. В его глазах Гарри увидел страх. Это было так непохоже на прежнего Малфоя, что Гарри даже растерялся. Он стоял, глядя на Драко, и совсем не знал, что ему делать. Наконец, Гарри протянул руку и забрал у Драко тряпку. Тот вздрогнул, опустил руку, и отпрянул назад, к стене. — Драко, ну что ты? Прости, я не хотел пугать тебя. Просто я беспокоюсь, ты ещё слаб. И ты ничего мне не должен, зачем ты делаешь уборку? — Нет, Гарри… я… не потому, что должен что-то. Просто… совсем нечего делать… и скучно… вот… — А почему без магии? — Гарри уже улыбался. — Я совсем не знаю бытовые заклинания. А отработка в Хогвартсе… вот пригодилась. Филч ведь без волшебства заставлял… мыть разное… — Драко робко улыбнулся. — Оо, неужели ты тоже ходил на отработки? — Гарри засмеялся. — Ну… было пару раз, — пробормотал Драко. — Хорошо, давай сделаем уборку вместе, раз уж ты начал. Без магии. Филч точно оценил бы, — Гарри снова засмеялся — согласен? — Ну да, — и Драко тоже робко улыбнулся. Когда уборка была закончена, они вместе поели, и Гарри мыл посуду. Драко сидел на стуле тут же. — Драко, могу тебе предложить раскраски для снятия стресса. Будет не так скучно. А красок у меня много. И нервничать будешь поменьше. Это к тому же увлекает. — Ну ладно. А можно спросить… — Давай. — Ты давно рисуешь? Где ты так научился? — Прошёл магловские курсы. Это не слишком долго. Уже года два. Да это так просто, хобби. Но Гермиона взялась организовать выставку. Вот встречался с ней сегодня. О тебе я ничего не говорил, — торопливо сказал Гарри, увидев как вздрогнул Драко. — Ладно, идём спать, Драко, тебе отдыхать нужно, — Гарри погасил свет в кухне. — Не бойся ничего, ты в безопасности со мной. Отдыхай. Я завтра тоже рано уйду, — сказал Гарри, когда Драко подошёл к спальне. Драко снова чуть улыбнулся, закрывая дверь.