Гильдия "Чёрный череп"

POV Лаксус

В тот вечер, когда Ванзен лежала без сознания, я наговорил много не нужного, возможно, жалел, что не сказал самого важного, а может и был рад, что не сказал тогда. В общем. Я хочу, что бы Ванзен была только моей. Меня посетили эти мысли совсем не давно, когда она уснула рядом со мной. Да, Фрид мой друг и все дела, но как Ванзен может влюбиться в Фрида?! Почему не в меня?! Почему все бабы обычно мои, но только не она?! Что в ней такого особенного?! Меня долго терзали размышления в тот вечер, хотя задумываться об этом я начал после того, как она спустилась по лестнице в своей гильдии. Я видел и до сих пор вижу, как на неё смотрят окружающие. Меня это выводит. Ванзен определённо не обычная, но против Фрида я не пойду. Я и без того вижу, что они совершенно разные, долго вместе они не протянут. Я впервые так себя чувствую, это просто ужасное чувство выбора перед другом и девушкой. Точнее, я не выбирал между ними, а просто не мог понять, что мне делать и более того, стоит ли оно этого. Я проводил Ванзен до дома Фрида, и если честно, когда она рассказывала про свою любовь, внутри у меня что-то неприятно покалывало. Вот, я оставил Ванзен у двери, а сам отправился «куда глаза глядят», как однажды сказала мне Ванзен. Не знаю, куда я хотел идти и хотел ли я вообще. Одному ведь, долго не быть, хотя чаще предпочитаю одиночество. Я пришёл в парк неподалёку от дома Фрида и сидел на лавке. Смотря на эти ужасные влюблённые парочки, которые меня бесили. Я не выдержал и пошёл обратно к дому Фрида. Что-то меня беспокоило. Я стоял перед дверью и не мог войти туда, куда обычно входил без предупреждений и стука. «Яйца в кулак, Лаксус! Это просто дверь! Зайди и всё! Фрид всё равно тебе ничего не сделает», — думал я. — А от Ванзен и получить можно, — сказал тихо я и вспомнил тот инцидент в коридоре. «Странно, как может сочетать в себе столько личностей один человек», — я вспомнил, как она рассказывала про ребёнка и её выражение лица, когда она просила остаться с ней. Оно было каким-то другим, наверное, искренним, что так было не похоже на Ванзен. Я всё-таки вошёл и услышал то, чего я услышать никогда бы не хотел. — Давай, Фрид, сделаем это, — сказала Ванзен. Я не поверил своим ушам, но мой здравый смысл не дал мне войти дальше. Я просто вышел, громко хлопнув дверью. Внутри меня одолевало жестокое желание рвать и метать, даже заряды молний летали вокруг меня. Но почему-то я пошёл к окну в спальню. Окна были как раз на уровне моего лица, учитывая, что дом Фрида посажен высоко. Окно было зашторено, но кое-что я разглядел: лицо Ванзен с закрытыми глазами и приоткрытым ртом, по-видимому стонущим, а над ней Фрида, который вёл себя точно так же. Я видел только их голые плечи. Мне уже было нереально хреново! А тут они ещё и поцеловались, м-да… Так мне ещё никогда не было. Я, стиснув зубы, переместился к себе домой. Как только вошёл, скинул шубу и пошёл в гостиную. На столике стояла рамка с фотографиями, которую я со злости пнул в стену, и она разбилась на мелкие куски. «Как он смеет трахать её! Она должна быть моей!», — крутилось у меня в голове. В сознании всплывали эти картинки и её слова, а от этого огонь внутри разгорался всё сильнее, превращаясь в огромный пожар. Я не знал, куда мне девать эту неистовую ярость и я начал крушить дом. Я переворачивал столы, ломал стулья. А всё из-за чего. Я сам толком не понимал, ведь подобного со мной ещё не было. Я решил напиться, но в горло не лез алкоголь, да, и ничего в горло не лезло. В этот вечер нагрянул гром, в основном из-за меня, ведь так зол я ещё не был. Утро следующего дня для меня началось в час дня, так как я всё же умудрился напиться и уснуть почти в три, от своего дурного ощущения и одолевающей снова и снова злости. Я снова вспомнил о Ванзен и Фриде, поэтому моя любимая кружка, в которую я собирался налить кофе, тоже разбилась об пол. — Что я творю! — грубо говорил я сам себе. «Она не твоя, Лакс! Не твоя!», — где-то в глубине души раздавалось эхом. — Пока что, не моя, — сказал я и подмёл осколки от кружки. Я понял, что из мебели у меня осталось не так уж и много вещей. Мне пришлось переворачивать всё обратно. Я дошёл до первого разбитого мной предмета, и поднял фотографию. На ней были Громовержцы и я. Но приносит ли это мне счастье? Что я имею от этого? Да, они лучшие друзья, но чего-то теперь мне не хватало. Хотелось чего-то большего. Слова этого бармена из Чёрного черепа ударили мне в голову резвой молнией: «Все влюблялись без памяти, не знаю, как это работает, но даже я, когда вижу её схожу с ума». Вот чёрт! Неужели я клюнул на эту удочку, как и все! Что бы я — Лаксус Дреяр, потерял голову от какой-то там девицы! Да ни за что! Но только вот, она не выходила у меня из головы битые сутки. Вскоре ко мне пришёл Бикслоу. — Ё*аный в рот! Лакс! Выглядишь, будто был в недельном запое! У тебя по дому что, ураган прошёлся?! — просмеялся Бикслоу. — Так и было, — скептически ответил я и рухнул на диван. — Какой-то ты чересчур озадаченный, — заметил Бикслоу. — У меня какое-то дурное чувство, — сказал я. — А ты чего, собственно, пришёл? Я встал и начал подметать осколки от рамки, как вдруг Бикслоу сказал: «Прикинь, приходит Фрид сегодня, они короче с Ванзен переспали и он такой счастливый. Сказал, она сказала, что она его любит! Прикинь! Вот это страсти! Когда успели?!». Я кинул веником прямо в голову Биксу и раздался металлический стук о его доспехи. А кулаком я ударил в стену, так, что там осталась трещина. — Лакс! Ты чего! Совсем еб*нулся! — заматерился Бикслоу. — Не говори имени Ванзен при мне, — сказал холодно я. От него мне тоже было больно это слышать, меня, словно, втоптали в грязь. Казалось, я сейчас разорвусь изнутри. — Что б эту грёбанную Ванзен! Чего она так всем сдалась?! — грубо говорил я. — Да ты чего? Не кипятись, Лакс, — сказал Бикслоу, пытаясь меня успокоить. — Или ты ревнуешь? — подозрительно добавил Бикслоу. «Ревность!», — пронеслось у меня в голове. Нет, я не могу ревновать её к Фриду. Нет! Такого не может быть и в самом деле! — Не кипятись, в нашей гильдии всё равно любят тебя больше, — сказал Бикслоу. — Я и не ревновал, просто ненавижу её, — ответил я. «Хорошо, что он подумал не о моей ревности к Фриду, и вообще, к любой живой душе, а прежде всего обо мне и моём авторитете», — спокойно выдохнул я. Но только потом понял, что признал ревность ко всем подряд. Что я ревную Ванзен. И от этого только больше разозлился. — Что ещё Фрид рассказывал? — поинтересовался я. — Говорил: «Я не подберу столь нужных эпитетов к ней, ведь таких прекрасных слов не существует», — сказал Бикслоу. — Ну, Фрид и чудик у нас, — посмеялся он. — Ясно, — сказал я и вроде меня немого отпустило. — О, чуть не забыл,он ещё сказал, что Ванзен предложила ему войти в отношения с ней, — сказал Бикслоу. — Вот срань! — выругался я и снова отправил в полёт столик, что задел Бикса. — Слушай, раз ты не в настроении, я пошёл. Надоело мне получать, — пробурчал он и, попрощавшись, ушёл. Оставшийся день я и не знал, что мне делать, но потом уснул. На следующее утро я отправился на задание один. Которое должно было занять несколько месяцев.

Конец POV Лаксус

На следующее утро так и было, Лаксус отправился на задание, ничего никому не сказав. Но он думал, что это к лучшему, что ему надо развеяться и выпустить пар, уже не на своём доме. Ванзен и Фрид пока больше не виделись, но тот день намного сблизил их. Для Вантерхальтер это было неким толчком, а для Фрида просто сказочным блаженством, которое он не выкидывал из головы ни на секунду.

…Дом Ванзен…

К Ванзен пришла её команда, которая давно не видела своего предводителя. — Чего ты так светишься? — спросил Виланд, хотя по серьёзному и безэмоциональному лицу не скажешь, что бы она была рада чему-либо. — Давай, колись, — пихнула девушку в плечо Энеста. — Мы с Фридом переспали, — сказала Ванзен и самодовольно ухмыльнулась. — Чего бл*ть?! — вскликнула самая воспитанная Хельга. — Ни-хре-на! — в один голос протянули Виланд и Энеста. — Как он тебе отдался? — спросила Хельга. — Я думала, Фрид тебе не даст. Да, да, я думала ты ему не того! — Передо мной трудно устоять, — гордо сказала Ванзен. Все молчали и было как-то неловко нарушать эту тишину. — Ну и как? Впечатлил? — спросил Виланд. — Да, — ответила Ванзен. — И чем же? — спросила Хельга. — Он такой не обычный, такой робкий, чувственный и нежный, ах… но вот одно, у нас с ним немного пристрастия разные. — Ну-у-у... кхм, Ванзен ты уверена, что он тебе так нужен? Не разбивай ему хрупкое молоденькое сердечко, — сказала Энеста. — Я и не собираюсь, — ответила Ванзен. — Выбери Дреяра, — посоветовала Хельга. — Или меня, — предложил Виланд. — Нет! И вообще Лаксус не тот, кто мне нужен. — Я слышала, вы сблизились, пока ты находилась в гильдии, — сказала Хельга. — Есть такое, — ответила Ванзен. — Но это не значит, что он мне интересен. — А вот мне интересен, — сказала Хельга. — И мне тоже, — подтвердила Энеста. — Да чёрт с вами! Даже мне интересен Дреяр, — сказал Виланд. — А вот мне интересен Фрид, — сказала Ванзен и взяла пачку сигарет со стола, взяв одну сигарету зубами, она подожгла её с помощью магии Виланда. — Он ведь тебя настоящей не видел ещё, — сказал Виланд. — Так и отвернётся от тебя. — С чего вдруг? — спросила она и выдохнула дым прямо в лицо мужчине. — Ванзен, посуди сама, Фрид интеллигентный, воспитанный, начитанный, умный, праведный, а ты, куришь, пьёшь, материшься, убиваешь, не ценишь, что имеешь, похотливая и грубая, и злая… — Всё! Хватит, я поняла, — перебила Энесту Ванзен. — Да, я не подарок, но и плюсов у меня много, — гордо сказала Ванзен, стряхивая пепел в чашу в виде черепа. — Нет, — сказала Энеста. — Я помогаю людям, — сказала Ванзен и добавила: — Иногда. — Ради своей выгоды, — поправила Энеста. — Не всегда. — возразила Ванзен. — Всегда. — настаивала на своём Энеста. Такие споры продолжались до позднего вечера, а потом все разошлись. Ванзен же осталась в своих, неизведанных никому, мыслях и раздумьях.

…Спустя два месяца…

Лаксус ушёл на задание и до сих пор не возвращался. Хотя минуло уже два месяца зимы. За это время мало, что изменилось. Только в отношениях Ванзен и Фрида был огромнейший скачок. Отныне они были всегда вместе. Часто ночевали друг у друга, даже рождество они встретили вместе. Всё кончилось бурным сексом под огромным окном Ванзен в рождественскую ночь. Да, они были с Фридом совсем разными и не похожими друг на друга, но любовь прощала все обиды, мелкие ссоры и разногласия. Фриду всегда было не ловко заниматься уже регулярной любовью, а Ванзен в это время хотела его везде и всегда. Она даже приставала к нему в торговом центре, но Фрид отказал Ванзен, из-за чего она долго дулась на него. Ведь ей не нравилось, когда ей отказывают. Фриду не нравилось, что Ванзен переставляет в его доме всё по своим порядкам, ведь оба они аккуратисты и перфекционисты. Так же, Фриду осточертела вредная привычка Ванзен — курение, она курила всегда и везде. Даже пыталась курить в театре, но, как всегда, Фрид остановил неугомонную Ванзен. Джастину даже иногда казалось, что весь он пропитан вишнёвым запахом любимых сигарет Ванзен, так же как и его дом. Ванзен всегда держала в руках свои манеры рядом с Фридом, но в ссорах несколько раз не выдержала и выругалась, как только могла, из-за чего Фрид впал в шок. Да, и последнее время он часто впадал в него. Да, Ванзен, правда, не подарок и у неё много привычек, которые надо зубрить и выполнять их, иначе на весь день у неё не задастся настроение, а плохо будет от этого в первую очередь самому Фриду. Ну, а Ванзен бесило то, что Фрид чересчур много говорит о Лаксусе и так восхищается им, словно он Бог. Правда, и хорошего было не меньше, они души не чаяли друг в друге. Постоянная романтика, любовь, вечные прогулки и разговоры за вечерней кружкой чая, завтраки в постель и безумная забота. Правда и препятствий было много. Одно из таких — Миражана. Да, она была самым опасным препятствием для Ванзен, ведь более ревнивого человека, чем Вантерхальтер вы не найдёте (Кроме Лаксуса). Ванзен, чувствуя угрозу, начала действовать. Она всячески унижала её, не пропускала и самой маленькой возможности, магией делала так, что бы она выливала на себя воду или что-либо ещё, управляла другими людьми, что бы они солили ей, на что Ванзен гордо и зло улыбалась. Но такая ли правдивая это была ревность? Ещё какая! Ванзен всё знала и видела. Пульс их обоих когда они рядом учащался, возбуждение, расширенные зрачки, румянец. Она всё это прекрасно видела и знала, но сделать, конечно, ничего не могла, только максимально не давать Фриду контактировать с Мирой. И то, это не совсем помогало. Миражана, только увидев Фрида с другой, начала ревновать и понимать, какого мужчину она игнорировала все эти года. Она по-настоящему полюбила его. Точнее, любила всегда, только теперь он был неприступен, ведь Ванзен была страшна. Мира постоянно рыдала от её издевательств. Как бы она не старалась, Фрид не обращал на неё должного внимания. И, наконец, она начала понимать какого было ему, пока она отвергала его, а так же, она корила себя за то, что отказывала ему всё это время. — Доброе утро, Ванзен, Фрид, — поздоровалась Миражана с вошедшей в гильдию нестандартной пары. — Здравствуй, — поздоровался Фрид, а Ванзен как всегда недовольно посмотрела на неё, фыркнув себе под нос что-то. — Ты не знаешь, когда Лаксус вернётся? — спросил с надеждой Фрид. — Он в кабинете у мастера, вчера вечером пришёл, — сказала Мира и мило улыбнулась. Фрид радостно поскакал в кабинет к своему предводителю, а Ванзен уставилась на Миру. — Что-то не так? — спросила она. — Тебе ничего не скрыть от самого могущественного мага, — сказала Ванзен. — Тебя выдаёт твоя тупая улыбка, за которой лишь куриный мозг, — грубо выразилась она. — Хорошо, что Фрид обо всём не знает, — дразнила её Мира. — Хм… Он знает, не такой он уж и глупый, — сказала Ванзен. — А ты, держись от него подальше, иначе будешь иметь дело со мной! — Ты убъёшь меня? — с усмешкой спросила Мира. — Надо будет, я перебью вас всех, стоит лишь вам перейти дорогу моей семье, — сказала Ванзен и посмотрела на неё так, что Мира, великая дьяволица испугалась. Конечно же, не без причины, Ванзен очень сильна, да и говорит всегда правду в лицо. — Фрид, отвали! — раздался низкий голос Дреяра, выходящего из двери кабинета Мастера. А Фрид чуть ли не висел на нём в слезах счастья. — Наконец ты вернулся! — радостно говорил зеленоволосый мужчина. — Ванзен, — тихо сказал Лаксус и застыл, смотря на неё. Ванзен в тёплой одежде выглядела очень мило, особенно с её злым взглядом из-под шарфа. А сам Лаксус не знал, что за чувства одолевают его. То ли злость, то ли симпатия. Он сам и не понимал. — Давно не виделись, Лакс, — сказала Ванзен. — Ага, — сказал отрывисто маг молний. — Фрид, я пойду в библиотеку, думаю, вы захотите поболтать, — сказала Ванзен. — Я с тобой, — сказал Фрид. — Ты не против, если я зайду вечером? — Да, заходи, — холодно сказал Дреяр. Фрид и Ванзен ушли, о чём-то мило болтая, а немного поникший Лаксус подошёл к барной стойке.