Семьи

Вот уже как пять лет в семье Бакугоу пополнение, Очако родила мальчишку. Кей был копией отца, такой же упертый, дерзкий, с острым язычком. Его бровки часто хмурились, а светлые волосики торчали в разные стороны. Красные глазки часто показывали недовольство, а сам мальчик с детства не обделен талантом, но он часто демонстрировал свою причуду. За его действия Очако часто внезапно срывалась с работы и ей приходилось за это извиняться, а мальчишка же потом огребал от матери дома, но все равно стоял на своем, бывало даже, что своей манерой речи он обижал Очако, но та старалась этого не показывать. И вот приходит момент, когда у каждого бы человека сдали нервы, и Очако сдалась. Она позвонила Кацуки и тот поехал забирать мальчишку, тот опять где-то напакостил. Вот он заходит в детский сад, находит взглядом сына, с хмурым лицом здоровается с учительницей и взяв под руку сына, уходит. Сажает мальчонка в машину, и они едут в полной тишине, Кей бросает стыдливые и виноватые взгляды на отца, а потом отворачивается к окну. — Почему меня не мама забрала? — неуверенно спрашивает малыш. Он уважал отца, ведь тот был очень сильным героем. — А сам как думаешь? — устало откинувшись на кресло, Кацуки следил за дорогой. На его слова Кей лишь сжал кулачки и надул губки, Бакугоу старший бросил через зеркало на сына спокойный взгляд. — Мама вечно меня ругает, когда я использую причуду! Она все время говорит, чтобы я был терпеливым и толерантным, меня это раздражает! Я вспылил и…- мальчик резко оборвал свой эмоциональный диалог и закусил губу. — Что ты ей сказал? — серьезно спросил отец. — … — Что. Ты. Ей. Сказал? — более серьёзным голосом произнес Кацуки. — Что она дура и никудышный герой, что не понимает меня и ужасная мать… — склонив голову вниз, слегка подрагивающим голосом произнес мальчишка. Кацуки сжал губы. Он прекрасно понимал характер мальчонки, он и сам в детстве был таким. Но то, что высказал сын своей матери, переходило даже грань Кацуки, пусть он и сам в детстве был не одуванчиком, но такое он себе не позволял. — Мы приедем домой, и ты извинишься перед матерью, она тебя растила и часто была рядом! Как ты смеешь ей такое высказывать?! — он повысил голос в конце. Бакугоу старший был зол, он понимал, что сам не часто воспитывал сына, потому что и так много работы, но он был уверен, что Очако сможет с ним совладать. Видимо Кей расставил авторитет, и Очако в круг его авторитета не входила… Сжав зубы, Кацуки сильнее сжал руль, что заметил Кей. — Очако моя жена и твоя мать, проявляй к ней должное уважение. - спокойным голосом, но с нотками злости произнёс он, — Я выбрал ее, а она выбрала меня. Я никому не позволю обидеть ее, даже если это будет собственный сын. — металл и холод сквозили в каждом слове, — Ты меня понял? Мальчишка сжался и закивал головой, так и не подняв взгляд на отца. Остальную дорогу они ехали в молчании, Кей старательно пытался не разреветься, особенно перед отцом. Он прекрасно понимал, что был не прав, но было слишком тяжело признать свою неправоту из-за гордости. Вот они заезжают во двор двухэтажного дома, Кацуки выходит из машины и ждет Кея. Мальчишка выпрыгивает и закрывает дверь, протирает глаза руками. Еще секунда и он не сдерживается, бежит к отцу и начинает плакать, Кацуки спокойно стоит и смотрит на сына. Мальчишка взахлеб рыдает и просит прощения, хватаясь своими ручками за штаны отца. — Не у меня ты должен просить прощения. - вздыхает отец. На шум из дома выбегает Очако в розовом фартуке и недоуменно смотрит на происходящие. — Кацу… что произошло? — подходя ближе, спрашивает женщина. — Воспитательная беседа. - пожимает плечами Кацуки. — А почему он плачет? Кея тяжело заставить плакать, что ты ему сказал?! — взволнованно спрашивает женщина. — Лишь правду. - фыркнул мужчина и наклонившись, отстраняет руки сына от своих штанов, разворачивается и уходит в дом. Присаживаясь на корточки перед сыном, Очако обеспокоенно вытирает его слезы. — Ну-ну, Кей, не надо плакать, ты чего? - она успокаивающе проводит рукой по его голове. Мальчик вздрагивает и устремляет свои мокрые глаза на мать, хлюпая носом. — Мама… п-прости пожалуйста. - дрожащим голосом произносит малыш, - Я тебя очень люблю, я не хотел говорить то…- и снова заплакал. — Ну-у-у, Кей! - обняв сына, Очако поцеловала его в лобик, —Все хорошо. - гладя по спине, произносит женщина. — Ты у меня самая лучшая мамочка, честно-честно! — с честными глазами заверял малыш. Женщина улыбнулась и потрепала его по голове. Взяв сына за руку, они направились в дом. Кацуки, что все это время подслушивал, усмехнулся и направился на кухню. Как же хорошо, что все смогло разрешиться.