complicated

Просыпается Ясуо от того, что совсем рядом с ним гремит что-то стеклянное. Открывая глаза, веки которых сильно слиплись, японец-кореец видит перед собой ужасный беспорядок: в маленькой комнате, где стоит только телевизор и на потолке висит качающаяся из стороны в сторону люстра, повсюду разбросана яркая одежда и пустые упаковки от чего-то съедобного. Каннам сразу морщит нос – он ненавидит беспорядок в целом и грязь, микробов и пыль в частности. Сбоку от него парень с разноцветными волосами, где преобладают синий, фиолетовый и зеленый цвета, заменяет бутыль в самодельной капельнице на новую. Это и было, видимо, то самое стекло, что гремело. Ясуо пытается подняться на жутко неудобной, от которой у него затекла поясница, кровати, но вместо того, чтобы встать – со стоном опускается обратно. - Блять. Какого черта у тебя так грязно нахуй? Ты вообще, блять, кто? И что я з… - Ты можешь заткнуться? – парень, стоящий сбоку, шипит на матерящегося Каннама. Он явно не доволен тем, что тот вообще разговаривает. Но Каннам не из тех, кто затыкается тогда, когда его попросили. - Если ты мне попытаешься объяснить, какого черта происходит, то я сделаю милость. – шипит Ясуо в ответ и таки поднимается на кровати, облокачиваясь на железную спинку этой койки. Все же, у Ясуо не поворачивается язык назвать это кроватью. Оставляя уже все как есть, плюс ко всему этому резко подвинув длинную ногу Каннама с края кровати, парень присаживается рядом и вытягивается в сторону Ясуо так, что остается сидеть в прежнем положении. Но его лицо совсем близко к лицу Каннама. - Это ты мне потрудись объяснить – что ты делаешь здесь. – парень усмехается, а потом вспоминает, что тот даже его имени не знает. Но он не хочет называть настоящее. – И да, я Симс. – он коротко протягивает руку в сторону Ясуо, но тот вряд ли сможет ее пожать – на предплечье парня красовался здоровый синяк. Правда, Симс не уверен, знает ли об этом его обладатель. – А ты… - Намекава Ясуо. Но здесь все зовут меня Каннамом. – хмыкает длинноволосый парень и дергает свою руку в сторону, чтобы запечатлеть рукопожатие, но у него не получается. Прикусив язык за зубами, Ясуо делает вид, что и не хотел пожать руку вовсе. - А теперь – я слушаю. – Симс не отстраняется от лица Каннама ни на секунду. Он всматривается в красивые глаза, но не теряется в них, как можно было бы банально предположить – он просто понять не может, как такая неженка оказалась здесь. Здесь – это где? - Для начала… Где я вообще? – когда Сим Чонсу, а иначе уже известный Симс, понимает, что длинноволосый красавец правда не знает, где находится, то объясняет ему. Объясняет, что здесь лучше вообще не появляться таким, как он. - Сьюдад-Хуарес, дорогуша. И тебе лучше быстро вспомнить, как ты сюда попал. А потом я помогу тебе выбраться отсюда… Сделаю милость, если ты правда с этой секунды сделаешь ее мне и не скажешь ни единого слова, пока я буду готовить завтрак, хорошо? Каннам, на самом деле, не такая уж и неженка, но прозвучали эти слова Симса действительно грубо и нахально. Он замолчал, заворачиваясь в одеяло поудобнее. - Можно только один вопрос? – из-под одеяла раздается приглушенный тканью голос японца-корейца. А Симс был уверен, что этот парень с примесью. Иначе никак. Он кивает, а потом понимает, что это не выход и говорит спокойное «Ок». - Откуда на мне столько синяков? Я что… вляпался во что-то? Чонсу, недолго думая, рассмеялся. Если он расскажет Ясуо о том, откуда на его теле столько увечий – он вообще останется в живых? - Нет, тебе просто с носильщиком не повезло. – усмехнулся Чонсу, вставая наконец со своей кровати и направляясь на кухню. – Надеюсь, ты любишь подгоревшие тосты. На новый тостер у меня нет денег, а этот неисправен уже давно. Каннам из-под одеяла издал отчаянный стон. - Надейся, блять. Надейся, что я найду в твоем холодильнике хоть какой-то джем. Симс тихо смеется, решая пока не говорить Ясуо о том, что в его холодильнике он если и найдет что-то, то это будет либо дохлая крыса, либо давно сгнивший помидор. - Твою мать, это Сьюдад-Хуарес? Определенно, этот парень веселит Чонсу. Настолько, что тот снова смеется, совершенно забывая следить за сломанным тостером. Когда-нибудь, он дождется пожара… - До тебя правда только сейчас дошло? Каннам продолжает подпирать холодильник своей спиной – он холодный и благоприятно действует на синяки, которыми покрыта вся спина, как леопард покрыт своими пятнами. - Но это же… Невозможно. Я был на вечеринке в Мехико, а потом… - Ну, я предполагаю, что потом господин Намекава нажрался и уехал сюда с кем-то на продолжение банкета. – парень с разноцветными волосами усмехается, за что получает испепеляющий взгляд от Ясуо. Но он правда не помнил, как здесь оказался. Так что, может, Симс вполне и прав. - Ужасный город. Как ты здесь вообще живешь? Хотя, потом, ответ на вопрос Ясуо приходит на ум само собой – хуево. Этот дом настолько старый, настолько маленький и настолько ущербный, что здесь даже дышать тяжело. Настолько, что подташнивает. - Хуево живу, хуево. Но денег на переезд в столицу у меня просто нет. – тостер прозвенел так хрипло и так истошно, что Каннама дернуло назад. Зря, кстати, дернуло – дверца холодильника… просто отвалилось. Это было забавно до нервного смеха, которым сейчас смеялся длинноволосый парень Ясуо, принявший из рук Симса один из подгоревших тостов. - А ты… ммм… Когда они сидят на полу перед телевизором, Ясуо хочет задать вопрос, но мнется и замолкает. Чонсу слегка пинает его ногу своей ногой, провоцируя продолжить. - Вытащишь меня отсюда? Вот, что я хотел спросить. Симс понимает, что Намекава не создан для подобных условий – наверняка, он сын богатенького японского мафиози, который переехал в Мексику лишь потому что в Японии уже нечего отжимать. Симс всегда был на нейтральной стороне – из пистолета, который он постоянно носит с собой, стрелять в своей жизни приходилось всего два раза. Несмотря на то, что город признан самым преступным, а обстановка самая неблагополучная и криминогенная. - Ну, а у меня есть выбор? Не оставлять же тебя здесь гнить, как помидоры в моем холодильнике. – Каннам облегченно выдыхает, когда Симс уже так привычно усмехается. Глупости – нельзя привыкнуть к человеку за пару часов. Но Ясуо, на самом деле, не такой уж и капризный, наглый и пофигистичный – он благодарен тому, кто его забрал сюда. В гребаную безопасность. - Спасибо, как бы. – улыбается Каннам и снова смотрит в ящик. Он ничего и никогда не понимал на испанском, да и на английском, ну и с корейским, пожалуй, у него были проблемы… Но на корейском они с Симсом и общались все это время. Только с японским языком Ясуо более-менее ладил. - Если нужен будет туалет – он рядом с кухней. – Чонсу поднимается и направляется в сторону двери, ведущей на улицу. – А я попробую угнать машину. Она же нам понадобится, верно? Ясуо еще какое-то время смотрит телевизор, а Симс ждет. Через минуту, Каннам медленно поворачивается к собирающемуся «пойти и угнать машину» Чонсу и вопросительно наклоняет голову вбок. - Ты… Собираешься… У тебя хотя бы права есть? - Да кому они вообще нужны? – парень с разноцветными волосами одевает кроссовки и натягивает на себя куртку, сорванную с крючка. – Шучу, есть. Каннам вздыхает и машет рукой. - Иди уже. Надеюсь, в этом городе хотя бы в дома просто так не вламываются… Уже уходя, Чонсу оборачивается и смеется. - Ну, вообще-то, вламываются. – в эту секунду, Симс заставляет себя люто ненавидеть. Чонсу возвращается за полночь, сжимая в правой руке огромную связку ключей, один из которых – ключ зажигания от BMW x5. Он слабо улыбается, когда видит Ясуо, спящего прямо на полу. Чуть ли не в клубочек свернулся, дурак. А ведь и правда холодно – отопление Симсу за неуплату отключили еще в прошлом месяце. - Просыпайся, эй. Ты так… простудишься что ли. Сим Чонсу не заботился о ком-то… да никогда он ни о ком, черт возьми, не заботился. Поэтому получалось неловко и неуклюже – но он все равно растолкал крепко уснувшего парня. - Ты вернулся? – Каннам спрашивает хриплым и слегка властным голосом. Симса это только веселит – его веселит весь Ясуо, от макушки до пяток. Он помогает ему дойти до кровати, укладывает его на нее и валится рядом. Они так и лежат вдвоем на этой узкой койке в полной темноте и тишине, пока Ясуо, чья дрема полностью выветрилась из него, не перевернулся набок, нависая над Чонсу. - Симс… А какое у тебя настоящее имя? - Что? А… Сим Чонсу. Почему спрашиваешь? Каннам улыбается, казалось бы, идеально и даже неподдельно. Но вообще, Симс давно уже понял, что нельзя в этой жизни доверять кому-то на все сто процентов. - Наверное, просто так. – он все еще смотрит на Чонсу. И, почему-то, знать его настоящее имя и знать, что еще пару часов он точно будет лежать на этой узкой и неудобной койке, которую и кроватью не назовешь… Вообще-то, любви с первого взгляда не существует. А если бы она и была – то Каннам точно не влюбился в Чонсу с первого взгляда. Он вообще в него не влюблялся – это что-то намного меньшее и шаткое, но в данную минуту это делает счастливее. Даже деньги или те же вечеринки, благодаря которым он встретил такого простого, обычного и легкого Чонсу, не делали его таким счастливым. Ясуо ни разу за свою жизнь не был счастливым. И сейчас он не готов кричать от счастья – но это состояние для него необычно. Тем, что хотя бы на одно деление счастья точно больше по его собственно придуманной шкале. Если быть честным, шкала Намекавы слишком короткая и для счастья ему не нужно было многого – всего лишь один человек, которому можно было бы поверить. Сейчас, верить Симсу – что-то вроде необходимости, ведь другого выхода нет. Однако, в его короткой шкале никогда не замечалось движения с деления «Несчастен» вперед. И сейчас… Каннам улыбается, понимая, что в его шкале всегда было всего лишь одно деление за неимением каких-то изменений. И сейчас нарисовалось новое. Для него всегда было место. Деление под названием «Я счастлив немного больше, чем был счастлив до знакомства с этим человеком. Вру, я счастлив. По-настоящему». Но все хорошее имеет свойство заканчиваться. Ясуо просыпается тогда, когда зимнее солнце светит ему в глаза сквозь дешевые и порванные местами шторы. Просыпаться на чьей-то груди – странно и необычно. Но, в принципе, не так уж и плохо. Все заканчивается тогда, когда они в молчании и без особых приключений доезжают до дома, где живет Каннам. Ему придется покупать новый телефон, восстанавливать документы и быть осторожнее с выбором, на какую вечеринку пойти в будущем. Но больше всего, не хочется выходить из машины, которую Симс украл, чтобы его спасти. - Ты же запомнил, куда ехал? Симс усмехается и вставляет, поворачивает ключ в скважине. «Пожалуйста, вернись сюда когда-нибудь» – хочется сказать Ясуо напоследок, но он только смотрит уезжающей машине вслед. Каннам, который вроде рад вернуться домой, а вроде рад не очень, с болью под сердцем отмечает, что делений во внутренней шкале поубавилось. Все встало на свои места. Прическа Симса не меняется со временем – от нечего делать, парень подкрашивает свои волосы каждый раз, когда краска бледнеет или смывается полностью. Ясуо всегда был тем, кто гордился своими длинными волосами и всячески за ними ухаживал, но вскоре состриг их в аккуратную короткую стрижку. Надо ли сказать, что он быстро соглашается с предложением друга-японца Тошиэки посетить крутую, но строго закрытую вечеринку близ Сьюдад-Хуарес? Просто Каннам никогда бы не рискнул приехать сюда один. Он боится даже шаг сделать в этом городе, пребывая в гордом одиночестве, но иначе не получается – он сбегает от Тошиэки на улицах, с которыми совсем не знаком. Скрепя сердце, Ясуо пробирается в один из супермаркетов, долго шатаясь по различным отделам. Он наберется смелости и обязательно пойдет дальше – в конце концов, ему уже двадцать шесть лет – почему он ведет себя так… Прислонясь к стенду с чипсами, Каннам вспоминает, что Симс, между прочим, младше его на четыре года. Что Симс, между прочим, смелее и сильнее. Что Сим Чонсу, он… Стоит прямо перед Ясуо и выбирает, какое мороженое взять. «Так не бывает ведь» – самому себе шепчет вслух Каннам прежде, чем найти в себе силы и подойти. Как, зачем, почему – это все сейчас вылетело куда-то, не обещая вернуться. Он просто подходит к Симсу сзади и обнимает. Ничего не бывает так просто, как просто идет сейчас – Ясуо, каким бы испорченным в целом не был, это понимал. Он готов носить те потертые домашние штаны, спать на той узкой койке и даже называть ее кроватью – он готов есть подгоревшие тосты и смотреть старый телевизор, который едва можно назвать ящиком с мигающими картинками. И он, черт возьми, готов нарисовать в своей шкале еще сто других, более позитивных, делений. Как бы сложно и запутанно все это ни было. Каким бы Чонсу теплым ни был – приходится отстраняться. В тишине полупустого супермаркета (правда, тишина эта иногда прерывалась пробиванием товара у кассы) прижиматься к человеку, к которому притянуло из Мехико в Сьюдад-Хуарес было настолько приятно, что… - Блять. Какого черта ты здесь делаешь? Ты, блять, нахрена сюда приехал? Ты в… - Ты можешь просто заткнуться? – улыбается Ясуо, легко ударив Сима в плечо. Вот теперь все точно встало на свои места. Каннам, выбирая шоколадное мороженое, верит теперь, что у каждого человека есть свое место и тот человек, который приносит счастье. Счастья сейчас столько же, сколько еды в их корзине для продуктов. Симсу все еще неловко о ком-то заботиться и проявлять к кому-то свою симпатию, но сжимать мягкую и теплую руку Намекавы – приятно. Все не так сложно и запутанно, как кажется.