Волчья Преданность

— УМОЛКЛИ, — рявкнул Цербер и все, кроме Юнги, тихонько заскулили и замолчали. — Я хотел сказать, что НЕ УЙДУ ОТ ВАС. Я и дальше буду вашим командиром. — Что? — первый вышел из шока Джун. — То есть? — не отставал Хосок, у которого блинчик упал на землю, так и не долетев до пункта назначения. Но это не значит, что его можно оставлять одиноко лежать на земле. Хобби, нагнувшись с грацией балерины, поднял блинчик и сдув с него пыль и различные веточки, снова сунул его в рот, при этом вкусно причмокивая. Все, абсолютно ВСЕ, замерли и смотрели на эту спасательную операцию. С каждой секундой на лицах появлялся шок и отвращение, а Хоуп сегодня был надеждой для блинчика, который завершил свою миссию и исчез в пучине его желудка. — Фее, — сказал Тэхён с отвращением на лице. — Чувак, что у тебя за проблемы? — спросил Мён. — Блин, и даже я бы не поднял. А у меня еда на первом месте, — почти в истерике прокричал Чонгук. — Тише, маленький, — погладил Джин парня по голове. — Хён, ты видел? Видел, ЧТО он сделал? — жалостно сказал Гук, глядя то на Хосока, который вообще не въезжал, что происходит, то на Джина, который сочувственно махал головой. Юнги с Чимином просто застыли и, кажется, у них перед глазами был один телевизор, там показывали повтор того, как падал блинчик, как Хосок нагибался и как он, наконец, сделал то, что сделал. И главное!!! в замедленной съемке. Мин встряхнул головой и, морщась, сказал: — Твою мать, — еще раз кивнул головой, а потом перевел взгляд на Чимина и улыбнулся. — А ещё мы с Чимином встречаемся, — до сих пор улыбаясь, сказал Мин. У Пака увеличиваются глаза и он медленооооо поворачивает голову к Юнги. Споры о блинчике, который, кстати, в скором времени выйдет наружу, все забывают. Как клетку попугая накрывают чёрной тканью, так и кто-то накинул чёрный плащ тишины на их круг. Даже сверчки заткнули себе рты маленькими лапками. А когда один таки начал подавать звук, другие его отметелили… и снова тишина. Пак открывал рот, чтобы что-то сказать и снова закрывал. Возможно, это выглядело и смешно, но почему-то никто не смеялся. — Юнги, — окликнул блондина Хосок. Тот медленно повернул голову в его сторону. — Мм, — заинтересованно посмотрел Мин. Все и дальше не двигались. — Скажи, — задумался Хоуп. — Что? — сощурив глаза, спросил Мин и ждал чего-то, нет, блин, точно не такого. — А ты грибы тоже ел? — сощурив глаза, спросил Хо. Помните, что третьего взрыва планета не переживет? Так вот. Она и не пережила. Всё, нет планеты, а всё потому, что нельзя так громко и истерично ржать. Эх, жаль. Неплохая планета была. — Юнги не шутит, — откашлявшись и отойдя от двойного шока, сказал командир. — То есть? — спросил Джин. — Я так рад, — улыбаясь своей квадратной улыбкой, сказал Тэ. — С..спасибо, — тихо сказал Пак и опустил голову. «Да уж, если и это их не сломит, то мы можем стать следующими Безудержными. Чёрт. Ну вот и кто его просил? ЧЁРТ. Они только узнали, что я им врал об отце. Я ещё не успел толком объяснить, что я не буду всегда рядом, а здесь он. Гавнюк, агрх, ну ты у меня получишь, Мин Юнги. Ты у меня будешь так стонать, и то, не от наслаждения. И как они воспримут, что их командир гей, так он ещё и встречается с их начальником. Блять. Пришел твой конец, Юнги», — рычал и метался в мыслях Чимин. Юнги за всем этим наблюдал и всё больше боялся. «Чёрт, от него адом несет. И такое впечатление, что он полностью в огне. Так, Юнги, аниме больше не смотрим. Блять, почему мне кажется, что я получу? И то очень, ой, слышит мой попец, попал я. И как это исправить? Блядство. Нет, я не против, чтобы он меня отшлепал, но глядя на него, мне кажется, что палачи в аду будут добрее его. Но всё же. Зато все теперь знают. Хватит тайн. Ну, почти всех», — Мин сглотнул. Чимин уже, наверное, в двадцатый раз снимал кожу с Юнги в своих мыслях, а вокруг снова какое-то напряжение. Каждый всё обдумывал, снова.

It`s You — Henry (Если хотите прочувствовать все)

«С Юнги-хёном, с Юнги, а не с тобой. Какой же я. Он никогда мне не принадлежал. Но единственное, чего я хочу, так это то, чтобы Чимин, наконец, был счастлив. И ничего, если это буду не я. Ничего. Он всё равно будет в моей жизни», — Чонгук сглотнул комок, который подползал всё ближе. «Всё хорошо, я справлюсь. Если буду видеть его счастливую улыбку». «Бедный Чонгук. Почему всегда так в жизни? Кого любишь ты, тебя не любит, и наоборот? Почему? Я так много прошу? Я просто хотел быть счастливым. Хотел улыбаться от счастья, действительно улыбаться, а не притворятся. Боже, такое впечатление, будто я умираю изнутри. И единственное, что я хочу, это чтобы он улыбался, а не выглядел таким испуганным и разбитым. Пусть это лучше буду я, но не Гуки, не Гуки. Я уже привык, я знаю, знаю, что он никогда не посмотрит на меня, как на Чимина, но не он, пожалуйста», — Тэхён умирал изнутри, медленно-медленно шел ко дну отчаяния и одиночества. И, наверное, так и умер бы тихо и незаметно для других, если бы не… Чонгук протянул руку и положил на Тэхёнову, нежно сжимая и улыбаясь. Ким почувствовал, как его выталкивают на поверхность, почувствовал, как сильные руки обхватили за талию и начали тянуть к берегу. «Что, что он делает и почему я чувствую, будто впервые за столько лет могу дышать?» — думает Тэ и легонько сжимает чужую руку. «А может Тэхён был прав? Достаточно бегать за тем, кто не знает, что ты позади, или просто не хочет, чтобы ты его догнал? Возможно, стоит остановиться и посмотреть, наконец, КТО бежит за мной?» — Чонгук чувствует бабочек в животе, которые нежно лепечут своими крылышками, когда видит легкую улыбку на лице Тэ, когда видит жизнь в его глазах. — А кто против? — вставая, спрашивает Юнги и подходит к Паку, чтобы нежно поставить руки на его плечи. — Я люблю Чимина и не собираюсь его отпускать. У вас какие-то проблемы с этим? Не устраивает то, что мы два парня? Или то, что я его начальник и Ваш тоже? Ну же, я слушаю, — Мин поднимает свой грозный взгляд на команду и каждого обводит взглядом. «Ваув, кажется, всё серьезно. То, как ОН нежно держит руки у него на плечах, как защищает сейчас их отношения», — Джин нежно улыбается. — У меня нет никаких претензий. Я счастлив, если счастлив Чимин. А теперь и ты, Юнги. Ведь мы семья. Ты не просто наш начальник, ты часть нашей большой семьи. Если ты случайно этого еще не знал. Поэтому, поздравляю, Чимин~и, — дальше улыбаясь, говорит Джин. — Ваув, это так, было ожидаемо, — спокойно говорит Джун, а все давятся слюньками. — Ты сейчас шутишь? — Джин не на шутку разозлился. Как кто-то, кроме него мог узнать ТАКОЕ быстрее, неслыханно. — А ты разве не знал? — издевался Джун. — Ты что, бессмертный? — сощурившись, спрашивает Чанмён. — Я хоть Джина и меньше знаю, но даже я в курсе, что ты сейчас получишь, — Хосок рядом кивает и дает «пяток» Чхе. — Согласен, — кивает Хо со знающим видом. Тэ с Чонгуком пересматриваются и смеются, мотая головами. — Хорошо, Джун. Раз ты всё знал, скажи, когда они начали встречаться? — спрашивает Ким, складывая руки на груди. — Сегодня, — не повел бровью говорит Намджун и медленно берет блинчик с тарелки. Дай Боженька, чтобы это без пересадок оказалось в месте назначения. — Ну? — ухмыляется Джин и возвращается к Юнги с Чимином, чтобы те подтвердили или опровергли. — Кхм, ну, официально сегодня. Извини, Джин, — неловко улыбается Чим. — А я что говорил, — самодовольно говорит Джун и поднимает голову, Сокджин со всей силы его пинает и парень вместе с блинчиком падают на пол. — Ауч, — говорит Пак и кривится. Упал Ким славно. Все одновременно встают, чтобы помочь, но Джун машет рукой и именно в этот момент блинчик таки падает, снова. Ну ё-моё. Джун встает и снова садится, при этом смотря на вкуснотульку. — Даже не думай, — истерически кричит Хёнвон, который до сих пор сидел тише мыши, и закрывает лицо руками. — Хах, я что, Хосок? — улыбается Джун. А Хо за то время шустро поднимает его, сдувает и... получает по руцях от Чанмёна рядом. — Мама не говорила, что каку в рот нельзя брать? — спрашивает Мён и злобно смотрит. Все заливаются в бешеном хохоте. — Джун, а всё-таки, с какого момента ты начал что-то подозревать? — интересуется Чимин. — Хах, да ещё с первого вашего знакомства. Вы тогда выглядели словно уже встречались. А дальше все ваши стычки, взгляды. — Джун пожал плечами. — А ты наблюдательный, — сказал Юнги, а большим пальцем поглаживал спину. Пак заметно расслабился. Мин взял свое кресло и подсунув в сторону Чонгука, сел рядом с Чимином. — Да, к сожалению, только он, — пробормотал Джин. — Ну, Джин, извини, что не сказал тебе раньше, — улыбаясь, сказал Пак. — Когда ты так улыбаешься, я не могу злиться, — улыбнулся Ким. — Вы вместе смотритесь устрашающе. Сочувствую преступникам и нам. А ещё очень мило. Я рад за Вас, — улыбнувшись, сказал Чхе. — Ваув, так много новой информации. Чёрт, главное не бабахнуть. Но я счастлив видеть тебя улыбающегося и такого расслабленного возле Юнги-хёна. Поздравляю Вас и мы всегда поддержим Вас, — тепло улыбнулся Хёнвон. — Кхм, я… — начал Чонгук, а напряглись все. Потому что все знали о чувствах малого и им было жаль его. Особенно сильно сейчас переживал Чимин, который никак этого не показывал, но Мину и не нужно это. Он взял руку Пака и поставил себе на колено, переплетая со своей рукой. — Хах, не волнуйся ты так, — улыбнулся успокаивающе Гук и посмотрел Чимину в глаза. — С чего ты взял, — начал Пак. — Помнишь, что я тебе сказал, когда ты лежал весь избитый и со сломанной ногой? — Пак кивнул. — Это останется неизменным, — улыбнулся Чон, а Мин рядом зарычал. Тэхён подпрыгнул и опустил голову. А все удивленно хлопали глазами. — Юнги-хён, — акцентируя на последнем слове сказал Чонгук. — Тебе незачем волноваться, ведь его рука сейчас на твоем колене. Чимин~и, я сейчас смотрю на тебя и хоть мне ещё немного больно, я счастлив, что ты счастлив. И всё равно с кем. А я прекращаю бежать за тем, кто не хочет, чтобы его догнали, — улыбаясь говорит Гук. — Я надеюсь, что тот, кто бежал за мной, ещё не остановился, потому что теперь я никуда не бегу. — У Тэхёна от этих слов завязывается узел в желудке и сердце превращается в большую бабочку.       Все пересматриваются и останавливают свои взгляды на Чонгуке с Тэхёном и на том, как они трепетно смотрят друг на друга. У Чимина, как Титаник из сердца падает, и так легко. Юнги тепло улыбается и ещё ближе придвигается к своему возлюбленному. — Я хоть и тоже немного в шоке, — привлекает к себе внимание Хосок, — но претензий у меня нииикаких. Я рад за Вас и желаю Вам побольше ума, чтобы не спалиться на работе, — улыбнулся Хосок, Мён толкнул его в бок. — На счёт этого, я хочу кое-что прояснить, — начинает Пак, а все вновь напрягаются, даже Юнги, и теперь уже Пак успокаивающе его поглаживает по колену. — Дело в том, что я стану Генералом Корейской Армии, — начинает Чимин, а все опускают глаза. — А еще я останусь командиром спец.группы «Сфинкс». Все озадачено пересматриваются. — А так можно? — медленно спрашивает Вон и смотрит на старших. — То же самое хотел спросить, — говорит Джин. — А разве мне может кто-то запретить? — ухмыляется Пак. — Хахахха, ты гений, — говорит Джун и ещё больше заходится, а за ним и все остальные.