Teenage dream

[ Небольшой городок с численностью около 50 тысяч человек, если не меньше, где все друг-друга знают, и это как минимум. Дороги протоптаны сотню тысячу раз. Для многих - слишком мало мест для совместных посиделок, которые и без того слишком надоедали. При любой же возможности все сваливают в мегаполис и радуются, что им удалось сбежать отсюда. Именно поэтому я и не понимаю людей. Как можно не любить то место, в котором ты вырос, в котором у тебя так много теплых воспоминаний, откуда ты только начал?.. Да и к тому же, как можно вообще ненавидеть родные края? Здесь ты впервые познал жизнь, здесь ты встретил друзей, здесь, в конце-концов, тебя вырастили... А ты при этом не чувствуешь никакой ответственности за то место, в котором когда-то заложились в тебе первые качества, характеризующие тебя как личность. Свой город я очень люблю, и у меня никогда не возникало желания уехать отсюда. Я уверен, что даже если бы мне и пришлось уехать отсюда, то я бы непременно возвратился обратно при любой же возможности. Но... Судьба словно решила сыграть со мной в злую шутку, в которой хочешь - не хочешь, а выхода другого нет. Я долго думал над этим. Думал и ночью, и днем. Но все сошло к тому, что уехать мне действительно придется. Не потому что я был ослеплен мыслью о роскошной жизни, будучи приемным сыном бизнесмена, а потому, что я не видел дальнейшего будущего в случае отказа. Это ровным счетом мне не дало бы ничего. Меня отправили бы в детдом, или, что еще хуже, - к отцу, и жизнь мне, я уверен, медом не показалось бы. Это просто перечеркнуло бы мне всё. Я в любом случае отдалился бы от всего того, что мне было дорого в родных краях, и изменить это никак. Поэтому, я выбрал более-менее подходящий вариант, при котором можно будет хоть что-то придумать. Мне останется лишь получить образование, а затем я смогу вернуться обратно. И я уверен, что меня никто не остановит. Услышав голос друга, я вернулся в реальность. - Ты...решил? Ну, насчет... ты понял, в общем... - пробормотал он. - Да, Ром, нам нужно поговорить, - медленно, четко проговаривая каждое слово. ] В воздухе повисла тишина, которую никто из нас почему-то не решался нарушить. Рома водил глазами по земле, и это могло означать лишь одно. Я слишком хорошо знаю моего друга, а потому и сразу понял, что он испытывал скованность в этот момент, потому что понимал и примерно представлял, чем всё это закончится. Вдруг он поднял свой взгляд на меня. Такой нерешительный и отстраненный, словно в этот момент он размышлял о чем-то или находился в прострации. Впервые увидел я в нем такую растерянность. Впервые увидел такого Рому. - Слушаю, - через полминуты отозвался он. А я никак не мог начать разговор. - Я принял решение, - "к сожалению" - мысленно добавил я. - И... что ты решил? - Я... Я не могу так, правда... Как бы я не хотел здесь остаться - это... это невозможно, - я опустил свою голову, запустив руку в волосы. - Если я останусь - то это просто перечеркнет мою жизнь. Меня никто не усыновит, вряд ли я кому-то еще нужен. Я... Я правда... - слова давались мне с трудом и почему-то совсем не удавалось собраться и сказать то, что я прокрутил в своей голове несколько раз. Слова выходили слишком скомкано. - Жень, ты весь дрожишь... Я поднял свою голову и почувствовал что-то мокрое на лице. Неужели слезы? - Видимо, дождь пошел, - подняв руку тыльной стороной ладони кверху, сказал Рома. - Договорим дома. В ответ я кивнул. Нет, не слезы. Всего лишь дождь.

***

Мы вернулись к нему домой. Приятное ощущение тепла после холодной улицы из-за испортившейся погоды охватило меня. Я чувствовал умиротворение, пока не вспомнил, что предстоит очень важный разговор. Паника одолела меня. Переобувшись, я пошел в комнату. - Я пойду душ приму, - известил меня друг. А я остался наедине со своими мыслями. "Сколько бы я не искал путей решения той проблемы - ничего не выходило. Все возвращалось к одному пути. Но, возможно, все будет и не так плохо? До восемнадцатилетия осталось не так долго: всего лишь два года. В восемнадцать я смогу делать все, что захочу, даже вернуться обратно сюда. Это не так уж и плохо, по сравнению с тем, что меня ожидало бы, оставшись я здесь. Ни один родственник не согласился бы усыновить меня. Даже на похоронах всех их я видел с детьми, а некоторых и с внуками. Никому не нужна такая обуза. Отцу и явно наплевать, он с матерью в разводе - ему и хорошо. Меня бы он и видеть не захотел, впрочем, как и я его. Я не держу на него зла, но встретиться с ним снова не хотелось бы. В общем, прямой путь в детдом. А я слышал, насколько там плохо. Говорят, у нас единственный такой на весь город, и то условия настолько ужасные, что даже подростки погибали там. По сравнению со всем этим, усыновление - не такой уж и плохой выход из ситуации." Но я не знал, как правильно донести мои мысли до Ромы и какие слова было бы лучше подобрать. Не хотелось, чтобы он возненавидел меня, и чтобы мы плохо расстались после стольких лет тесной дружбы... Хотелось, чтобы он вошел в положение и понял меня. Понял, что мне действительно было тяжело принять этот факт. И принял мое решение. Я не заметил, как быстро пролетело время. "Час настал" - подумал я и собрался с мыслями, в то время как Рома вошел в комнату. Он молча присел на край кровати, полотенцем вытирая мокрые после душа волосы и поглядывая на меня, словно дожидаясь решительных действий. А именно - начала разговора. Никогда не умел правильно начинать разговор, поэтому, что получилось, то получилось: - Жень. Возможно, тебе это не понравится, но я решил согласиться, - я повернулся к другу. На его лице читалось ноль эмоций, и мне даже на минуту показалось, что ему все равно. - Я много об этом думал. Я не хочу уезжать отсюда, честное слово. Мне нравится тут все. Я никогда бы и не подумал о мысли переезда отсюда. Я всегда считал, что прорвусь, что найду выход из любой ситуации, но этот город не покину ни при каких обстоятельствах. Но нынешние обстоятельства решили мне показать, что не из любой ситуации можно найти выход. Я принял решение нелегко, серьезно. И мне сейчас очень тяжело. Но при таком исходе нет риска оказаться в детском доме или в еще более худших условиях. И... прости меня, - моя улыбка получилась очень грустной. Но Рома был бы не Ромой, если бы не умел поддерживать человека без слов. Вот так вот просто, без внезапных обнимашек, в которых, порой, чувствуешь поддержку больше, чем от всех остальных вместе взятых. Он обнимался очень крепко, порой и дышать не давал. Ну а я не остался в долгу. Не помню, сколько часов мы просидели и проболтали. Мы говорили обо всем: и о нашем мире, и о городе, и на прочие темы, которых я уже и не помню, поскольку там было их действительно очень много. День подходил к концу. На часах уже двадцать минут как десять. Я решил, что пора. После окончания нашего многочасового диалога, я поднялся и принялся собирать вещи и искать рюкзак. Рома понял все без слов. Я собирался вернуться домой спустя несколько дней. Когда я выходил из комнаты, а затем из квартиры, я старался не оборачиваться назад. Потому что понимал, что если я совершу это действие, то явно никуда не уйду. Развернусь обратно и останусь, наплевав на все решения и так далее. И тогда даже мой друг не сможет меня уговорить наконец-таки уйти. Но я отчетливо помню, что в конце, выходя из квартиры сказал ему: - Я вернусь. Жди меня.

***

На улице было не так уж и темно, учитывая то, что ночь была и не такой уж глубокой. Мой дом находился недалеко, поэтому и шел я недолго. Но я до сих пор помню, как дрожало все мое тело, осознавая тот факт, что я впервые за несколько дней войду в квартиру моей ... матери. С каждым шагом дрожь во всем теле увеличивалась, особенно усиляясь в коленках и руках. А сердце стучало, словно бешеное. Когда я открыл входную в подъезд дверь, я по-настоящему струсил. Было почему-то очень страшно подниматься на свой этаж. Первый этаж. Второй этаж... Третий... Ч-четвертый... И, наконец, пятый. "Ты смог. Осталось лишь преодолеть это. Открыть дверь ключом и войти в квартиру" - повторял я себе в тот момент, пока пытался попасть ключом в замочную скважину. Дрожь в руках не унялась, поэтому, я старался всеми силами. В какой-то момент мне все-таки удалось это сделать и я наконец-то открыл ее. Вошел в квартиру, закрыл за собой дверь, включил свет в прихожей. И я по-настоящему застыл. Нет, здесь ничего не изменилось. Всё те же обои, которым уже несколько лет, и которые моя мать так хотела переклеить. Всё тот же шкаф рядом с обувницей, обклеенный наклейками Алины. Всё тот же ковёр около двери. Всё те же межкомнатные двери. Ничего не изменилось, казалось бы... Но от этого становилось безумно тоскливо. Один. Я больше их не увижу, не услышу и не почувствую. Больше не смогу сказать им, как сильно я их люблю. Больше не услышу их смех, не увижу улыбку, не заобнимаю досмерти. А ведь всё могло быть совсем по-другому... Воспоминания окутали меня с ног до головы. " - Мама, я тоже хочу ходить в школу! Почему ему можно, а мне нет? - Хочешь, поменяемся местами? - Давай!! - Кто-то сейчас так поменяется! Алиночка, ты пойдешь в школу в 7 лет. Давайте быстрее кладем вещи и идем в парк. - Ура-а-а! А ты купишь мне мороженое? - Купишь, купишь. Повеселимся как следует! " Я улыбнулся. И правда, хорошее было время. Я прошел в гостиную и принялся перебирать вещи. " - Мама!! Смотри, какая я красивая! - Кто мою футболку надевать разрешал?? Я ее только погладил! - А-а-а-а! Мама, спаси-и! - Мама! Это не смешно! - Пха-ха-ха! Вы такие забавные!! - Мама, не смей фотографировать!!! " Забавный случай. Что-то внутри меня переклинило и я, отбросив вещи, достал фотоальбом из тумбочки. Я не ошибся. Эта фотография до сих пор находилась здесь. И она до сих пор фигурировала одной из первых, хотя были и фото получше. Я рассматривал старые фотография, что я не делал с класса седьмого. Мне казалось, что фотоальбом - лишь пылесборник, и смысла рассматривать фото нет. Знал бы тот Женя... Я погрузился в воспоминания с головой, как вдруг вздрогнул от прикосновения чего-то очень теплого. Сначала я испугался, когда тяжесть с плеча не исчезала, а потом... А потом увидел свое отражение в стареньком телевизоре. А вернее, не только моё. Я осознал. Любимые люди не умирают. Они лишь перестают быть живыми. Они всегда с нами. Чёрт, как же я по вам скучаю.

***

Я почти собрал свои вещи, как вдруг раздался звонок с телефона. На экране высветилось "Максим Юрьевич". - Слушаю, - сказал я, подняв трубку. - Ты готов? Я через 20 минут заезжаю к твоему дому, - оповестил меня он - Да, хорошо, - ответил я. [ Я разбирал вещи, при этом ностальгируя, как мне позвонил Максим. Я с ужасом осознал, что так ничего и не сказал ему, хоть и день подошел к концу. Поэтому было немного страшно поднимать трубку. Но тем не менее, я это сделал. - Да, здравствуйте, - поздоровался я с ним. - Привет, Евгений. Время размышлений подошло к концу, я скоро уже уезжаю. Ты решил? - спросил он. - Да, я решил. Я согласен, - в животе словно бабочки летали. Всего два слова я, почему-то, проговорил с трудом, но зато он ответил так, будто бы и не сомневался: - Хорошо, что ты принял правильное решение. Я заеду за тобой в 4:00, ты ведь не против? - Да, хорошо. - Собирай пока нужные тебе вещи. И не засни там, - пошутил он. - Ха-ха, постараюсь, - ответил я. - До скорого. - До скорого. ] Моё волнение так и не прошло, а с каждой секундой всё увеличивалось. Я окинул свою комнату взглядом. Здесь столько всего происходило. В основном хорошего, конечно же. Из-за этого совсем не было желания покидать её. Но, как говорится, надо. - Прощай. Надеюсь, мы скоро с тобой увидимся, - сказал я в пустоту. - До скорых встреч. "Я очень надеюсь, что так оно и будет. Когда-нибудь, через несколько лет, приеду сюда и все будет хорошо. Все будут счастливы. В том числе и я. " И, взяв с собой вещи, вышел из квартиры, закрыв на ключ дверь.

***

Оставалось 13 минут до отъезда, поэтому я решил по-быстрому добежать до дома друга и попрощаться с ним. Всё же не хотелось расстаться вот так вот, ничего не сказав другу. Хотелось оставить лишь приятные воспоминания об этом городе. Но он, словно предчувствуя это, сидел на лавочке около своего подъезда, и, о чем-то размышляя, смотрел на асфальт. Я сразу догадался, кого он ждал. Когда он поднял свою голову, наши взгляды встретились. Без слов я рванул к другу. А он, в ответ, не остался в стороне. Мы очень крепко обнимались, словно в последний раз. Каждый из нас почему-то считал своим долгом обнять друга крепче, чем тот. Наверное, именно поэтому через несколько минут наши мышцы уже устали. Но мы не отстранились от друг друга. Никогда не видел, как мой друг плачет, и именно поэтому было необычно чувствовать на своих плечах влажные от слез глаза Ромы. От этого становилось еще тоскливее. Словно мы виделись в последний раз. - Рома, я обязательно вернусь, клянусь тебе. Мы еще встретимся. Я обещаю, - сказал я ему, еще крепче обнимая. Время проходило ужасно быстро, что было просто адом. Я бы хотел пробыть тут еще вечность, но Рома, прижав к себе еще сильнее, сказал: - Иди. Тебе пора. И всунул мне в руку какую-то бумажку. Я не стал разбираться что это, потому что услышал приезд той самой машины. А это значило лишь то, что время подошло. К сожалению. - До скорых встреч, - сказал я, с тоской глядя на Рому. - Увидимся, - ответил мне он. - Иди, иначе я не выдержу и никуда не отпущу, - с усмешкой сказал он. - Хорошо-хорошо, - подняв руки, жестом показывая "сдаюсь", я, улыбнувшись, пошел к автомобилю. Да, мне действительно показалось. Сев в него, я устроился поближе к окну. Мы двинулись с места. - Ну, до скорых времен, город, - шепнул я себе. - Я вернусь.