Teenage dream

Bсе равно ты не слышишь, все равно не услышишь ни слова, все равно я пишу, но как странно писать тебе снова, но как странно опять совершать повторенье прощанья. Добрый вечер. Kак странно вторгаться в молчанье. Иосиф Бродский

Я не заметил, как снова заснул, уткнувшись лицом в свежую подушку с фотографией в руках. А проснулся я от звонкого стука в дверь. Сначала я хотел прокричать что-то вроде «Ещё 5 минуточек», но потом осознал всю ситуацию… Н-да уж, в последнее время я как-то слишком часто забываюсь. Глаза немного щипало от засохших слез и я решил сделать самую глупую вещь — потереть их, из-за чего появилось раздражение, и выглядел я так, будто только что плакал навзрыд. Я надеялся на то, что это будет не слишком заметно. В зеркало я так и не удосужился посмотреть, так торопился открыть дверь, словно от этого зависело всё. Я поплелся к двери, оглянув уже свою комнату. Ну и бардак я, конечно, развел… Нужно будет прибраться. На кровати лежали открытые сумки, из которых просто вываливались вещи. На столе лежали гаджеты и канцелярия словно в разбросанном состоянии. Около шкафа лежала сумка с одеждой, которую я так и не разобрал толком… Видок был, мягко говоря, не очень, скажу я вам. Стыдно мне, если честно… — Евгений, — начал он, но, увидев мои глаза, помедлил, а потом, видимо, решил, что нетактично спрашивать меня о них, — приближается время обеда. Советую вам спуститься во вторую кухню, — сказал Григорий, когда я отворил дверь. Неужели я так долго спал??? — Хорошо, иду. А не могли бы вы, ну… — я запнулся. Н-да, просить у кого-то помощи — всё же не моё. С перепугу начинаю нести какой-то бред. Особенно, если прошу о чем-то малознакомых людей. Пока я думал о том, что ответить, чтобы не показаться полным идиотом, ситуацию в руки взял Григорий. — Показать, где она находится? — понял с полуслова меня он. — Да, пожалуйста, — я виновато улыбнулся. — Конечно. Прошу, за мной, — ответил он и повел меня в место назначения. Пошли мы, к моему удивлению, в другое крыло особняка. Я уже успел себе навоображать то, как каждый раз, когда мне нужно будет пойти на кухню, я буду целый день по всему дому бродить в поисках нужной мне комнаты. Большое количество дверей меня, если честно, уже не удивляло. Даже когда в другом корпусе их число увеличилось вдвое. «Видимо, здесь места для гостей», — подумал я. Больше всего меня удивляло то, что ни одна часть коридора в особняке не выглядела пустой, с учетом того, что сам коридор был довольно-таки широким. Везде находились либо какие-то мягкие кожаные диванчики, либо картины размером во всю стену. Иногда можно было встретить небольшие стенды с книжками, видимо, если приспичит почитать что-нибудь прямо здесь. Практически везде стояли различные лампы, дополняющие величественный образ дома и создающие атмосферу некого уюта. Григорий привел меня в нужную мне комнату, а сам отлучился в совершенно противоположную сторону. Если честно, я думал, что обедать мы будем все вместе. Что ж, видимо, я ошибался. Вообще, Григорий, как я понял потом, был здесь кем-то вроде дворецкого. И я думал, что он один из немногих, работающих здесь. Но оказалось совсем иначе. Как потом я узнал, здесь много слуг, каждый из которых занимающих какую-либо должность. Основными делами, конечно, занимался Григорий, но он не мог уследить за каждым уголком дома, поэтому, здесь были и охранники, и повара, и некие уборщики… В общем, много кто здесь работал. Но поначалу я никого из них практически и не замечал, а потому и удивился, когда мне о них позже рассказали. Оказывается, между теми, кто здесь живет, и теми, кто здесь работает, была некая черта, которую никто не пересекал. Короче, «рабочие» практически не контактировали здесь с живущими в этом доме и наоборот. «Не отсвечивают», как мне сказали. И мне это казалось немного странным. Вернемся к тому, куда меня привели. Мне было немного неловко. Если бы здесь присутствовал еще Григорий или Максим Юрьевич, мне было бы немножко комфортнее, поскольку со знакомыми лицами не чувствуешь скованность и боязнь чего-либо. Но их, к сожалению, поблизости не находилось… Я, не зная куда идти и что делать, встал как вкопанный в дверном проеме. Пришел я, кстати говоря, самый первый. Наверное, я так бы и продолжил там стоять, если бы позади меня не появилась моя сводная сестра. Бр-р, впервые произнес подобное, мне стало как-то не по себе. — Чего стоишь? — спросила она. Но в её интонации не было ничего стервозного, как может показаться. Она задала его лишь с неким удивлением. — Я… — интересно, а что я собирался ответить? Видимо, сам еще не придумал. В воздухе повисло молчание. — Стесняешься? Можем пойти вместе. Покажу тут тебе все. — Угу, с-спасибо, А… лина? — было бы неловко, если бы я ошибся с именем. Но в ответ она лишь кивнула, как бы подтверждая, что я правильно запомнил его. Алина… Воспоминания о моей сестре, которую звали точно так же, заполнили мою голову. «Надеюсь, ты там счастлива, солнце», — подумал я. «Надеюсь…»

***

Кухня была безумно широкой и имела два отделения. Первое — сама кухня, где и готовилась еда, а второе — что-то вроде столовой с лишь одним, но широким, столом, за которым могло уместиться человек 20, это еще с таким-то расположением стульев. А если их ближе поставить, так вообще все 40. Повара с виду только выглядели как настоящие профессионалы, а то, как они готовили… Будто попал в какую-то американскую телепередачу с готовкой самых необычных блюд, серьезно. Один только запах, доносящийся с кухни, чего только стоил. В момент приготовления еды я сидел за столом рядом с Алиной, которая читала учебник по математике за 8 класс. Всё же, ей было лет 14. — Не знаешь, сколько время? — поинтересовался я. Нужно же было как-то развеять обстановку. Нас на кухне, не считая поваров, было всего двое. — Сейчас, — ответила она и посмотрела на золотые часы на своей руке. — Без десяти двенадцать. — Спасибо, — поблагодарил её я. Ещё хотелось бы спросить про некоторые вещи по типу школы, но мне было слишком боязно. — Если хочешь что-то спросить — спрашивай, не нужно испепелять меня взглядом, — выглядывая из-за учебника, сказала Алина, после чего я смутился. «Поздравляю со званием недотепы года, болван», сказал себе я. — А, это… Я бы хотел спросить тебя про школу и вообще… — замялся слегка я. — Хорошо. Что именно ты хочешь узнать? — убрав учебник, поинтересовалась она. — Про школу — всё, желательно. Про дом… Думаю, экскурсия не помешала бы, — стеснительно сказал я. — Но это если ты не против. Не хочу принуждать тебя к чему-либо… Если не хочешь, то ничего страшного. — Хорошо, все что захочешь. Но сегодня я занята, буду в библиотеке. Давай завтра утром? У меня просто весь график расписан, извини, — виновато протянула она. Надо же, видимо, слухи о богатеньких детишках были всего лишь слухами. Хотя, слишком рано еще делать какие-то выводы. — А-а-а, ничего страшного, я все понимаю, — торопливо протараторил я. — Я всё понимаю, и… — хотел было что-то сказать я, но вдруг раздался чужой топот, и Алина, показав жестом «тихо», замолкла, вернувшись к чтению своего учебника. — Добрый день, — пожелала мне Валерия Дмитриевна, за следом которой вошли два парня. — Добрый… — пожелал я в ответ, но меня уже не слушали. Они сели за стол и принялись что-то обсуждать. И лишь Алина сидела молча, уткнувшись в странички книги.

***

— Дима, у тебя все хорошо в институте? Надеюсь, ты отлично там справляешься? — поинтересовалась женщина, когда нам принесли еду. — Да, всё хорошо, мама. Как всегда, только высшие баллы, — поправил очки он. И тогда я впервые оглянул его. Темные русые волосы, аккуратно свисающие набок, очки с темной оправой, которые настолько идеально подходили к нему, что их словно и не было на лице. Чёткие скулы, подчеркивающие холодный взгляд, который хоть и не был заметен между разговорами, однако неоднократно мелькал, когда Дима отводил его в сторону. А впервые его я заметил тогда, когда он, казалось бы, ненароком был направлен на меня. Признаюсь, мне стало жутко. Доев, я, встав из-за стола, поблагодарил за еду и вышел из кухни, и тут меня осенило. Я же не знаю, куда мне идти! Боже ты мой… Я застонал от безысходности. Я минут 7 стоял в тупике, пытаясь вспомнить направление, по которому меня сюда привели, но, к моему счастью, из кухни следом за мной вышла Алина, так и не закрыв, кстати, свой учебник. Отличница, наверное, раз так усердно занимается. — Алин… — начал было я. — Я тут это… — обожаю свою пугливость в подобных ситуациях. Алина ничего не ответила на мою непонятную реплику. Она лишь взглянула на меня, и, повернувшись обратно, куда-то пошла. Я почему-то последовал за ней. Словно что-то внутри меня говорило о том, что ей можно доверять. Как ни странно, эта девчонка была пусть и младше меня, однако, поразительно легко угадывала мои мысли и желания. И в этот момент она тоже не ошиблась. Она привела меня к моей комнате, а сама последовала в ту, что находилась неподалеку от моей. Она настолько быстро скрылась, что я даже поблагодарить не успел. Поблагодарив её, я вошел в комнату и решил все же довести дело до конца. Прибравшись, я взял ноутбук, который, как ни странно, я нашел в коробке на том же столе, и уселся за диван. Я включил его и надеялся на то, что им уже пользовались до меня, поскольку устанавливать настройки я совсем не умел. Информатика в школе для меня была сущим адом, потому что я просто ненавидел работать с техникой. С тройки на четверку еле переползал, и только благодаря моим теоретическим знаниям. Как ни странно, всё, что было необходимо — уже было установлено на ноутбук. И слава богу, что он не новый, иначе с полностью новой техникой я бы чувствовал неловкость. Прямо как принцесска. Из головы все не выходила обеденная встреча в столовой. Нет, я конечно понимал, что никто не обязан почтить меня вниманием только потому что теперь буду жить здесь, но все равно это было, ну, очень странно… Вроде бы я нигде не накосячил при первой встрече: поздоровался, пожал руки, добродушно отвечал… Все произошедшее оставалось для меня загадкой. У меня было очень много вопросов, и не только связанных с моей будущей повседневностью. Почему они так странно отреагировали? Меня теперь ненавидят? Тогда почему Алина отнеслась ко мне хорошо? А еще, почему они не разговаривали с ней во время обеда?.. В голове боролись две мои стороны. Одна хотела узнать обо всем этом, а вторая говорила мне о том, чтобы я не лез не в свое дело. Впрочем, чаще всего побеждала именно эта сторона, и этот раз не оказался исключением. Но я был уверен в том, что всё-таки когда-нибудь выясню то, что сейчас меня особенно волнует. Просто нужно время. А может, мне и не нужно этим интересоваться вообще? Вдруг раскроется то, чего я совсем не хотел бы знать? И тогда я очень пожалею о том, что вообще задумался об этом… В общем, я решил перестать думать об этом. Всё же, мне нужно - реабилитироваться здесь, а не думать о том, что меня совершенно не касается.