Очарование момента

— Дорогая и любимая сестренка! Уже совсем скоро наступит день твоего рождения, поэтому я с огромной радостью записываю это поздравление. Прости, что мы с Томом не можем быть рядом, чтобы поздравить лично, но безумно скучаем и очень сильно любим нашу сногсшибательную красотку. Что ж, теперь настало время для долгих, но искренних пожеланий. Следующие десять минут Т/И рассыпалась в многочисленных пожеланиях и сестринских шутливых наказах, не забыв упомянуть о всех тех сумасшествиях, которые она и виновница торжества вытворяли в детстве. Когда монолог девушки подошел к своему завершению, она решила не выключать камеру, а тихо прокрасться вместе с ней в уютную спальню. Том сидел на кровати и изучал новый сценарий фильма, который ему прислали по почте. Он внимательно вчитывался в каждую строчку, стараясь ничего не упустить, поэтому и не заметил, как молодая особа почти бесшумно зашла в комнату с камерой в руках. Сейчас мужчина выглядел таким домашним. Его привычный костюм, в котором привыкла видеть его чуть ли не каждый день, исчез, уступив место обычным штанам и старой растянутой футболке. Т/И поняла, что просто не можешь не запечатлеть такой редкий момент. — Томас… — окликнула она, направляя камеру в его сторону. Том оторвался от чтения и перевел взгляд на девушку. Увидев, что та в который раз снимает его, он с едва заметной улыбкой покачал головой и притворно закатил глаза. — Боже, она снова у тебя в руках! — обреченно произнес мужчина, даже не надеясь на то, что Т/И когда-нибудь прекратит этим заниматься. Вот только в его голосе не было и намека на недовольство, а тем более на злость, поэтому молодой оператор даже бровью не повела, с удовольствием продолжая свое занятие. — Прекратите жаловаться, мистер Хиддлстон! — строго сказала девушка, делая серьезное лицо. — И просто улыбнитесь. Услышав эти слова, Томас неожиданно отложил в сторону ноутбук и поднялся с кровати, не отрывая глаз от на миг растерявшейся Т/И. Теперь его взгляд был чересчур суровым и не предвещал ничего хорошего. Для новоиспеченной миссис Хиддлстон уж точно. — Том, что ты… — Немедленно отдай мне камеру, смертная, — грозно приказал он, стремительно приближаясь к девушке. Режим «Локи» был мгновенно активирован, что означало лишь одно — нужно немедленно спасаться бегством. Т/И громко взвизгнула и, резко развернувшись, бросилась в коридор, чудом не сбивая все, что попадалось ей на пути, но далеко убежать не смогла. Том быстро догнал ее и между вами завязалась «битва», в которой он одержал быструю и безоговорочную победу. — Эй, так нечестно! — когда камера оказался в мужских руках, девушка сложила руки на груди и нахмурилась. — Пускать в ход щекотку было запрещено! Том лишь пожал плечами, а его лицо приобрело такое невинное выражение, что Т/И сразу же простила ему этот запрещенный прием. Вот же хитрец! Прекрасно знает, что она не могла устоять перед этими глазками кота из «Шрека».  — Пора бы и тебе побывать по эту сторону камеры, — мужчина направил устройство прямо на девушку, пресекая все ее попытки избежать неминуемой участи. — Отстань! — отмахнулась Т/И, все еще пытаясь выглядеть злой и не поддаваться на манипуляции. — Прекратите дуться, миссис Хиддлстон! — он использовал против нее ее же слова. — Лучше расскажите о всех прелестях медового месяца. Девушка не смогла сдержать улыбки, вспоминая о тех счастливых днях, что она и Том провели только вдвоем на берегу моря, о тихих вечерах и прогулках по набережной, страстных ночах, нежных поцелуях ранним утром и крепких объятиях. Никто и никогда не смог бы отнять у нее эти воспоминания. Никто и никогда не смог бы отнять у нее этого невероятного мужчину. Он был ее, а она была его. И так будет всегда. Т/И не хотела говорить слишком много. Она просто хотела подобрать самые важные и откровенные слова, которые бы с особой точностью смогли выразить ее чувства. — Ты сделал меня самой счастливой на этом свете, — проникновенно начала девушка, смотря прямо в камеру, за которой прятался Том. — Заставил почувствовать себя нужной, любимой и бесконечно желанной. Я от всего сердца благодарю тебя за это и безумно люблю. Мужчина на мгновение замер, а потом опустил камеру, предварительно выключив ее. Его лицо приобрело серьезное выражение, а Т/И невольно забеспокоилась. Неужели из ее уст вырвалось что-то не то? Неожиданно Том сократил разделяющее расстояние и, обхватив лицо любимой горячими ладонями, заглянул ей в глаза, словно пытаясь найти в их глубине подтверждение только что сказанных слов. — Правда? Девушка кивнула, не понимая причины его сомнений. Разве могло быть иначе? В следующую секунду губы мужчины коснулись губ Т/И, вовлекая в сладостный поцелуй. Та поднялась на носочки, отвечая с таким трепетом и нежностью, на которую только была способна, отдавая Тому всю свою любовь, каждую частичку своей души, заполняя им одним все свои мысли, каждой клеточкой ощущая желанную взаимность. Снова и снова. День за днем. Мгновение за мгновением. Сейчас сердца двух влюбленных бились в едином ритме, создавая мелодию удивительной и непередаваемой словами красоты. Тихий вечер плавно переходил в ночь, которая обещала добавить в копилку воспоминаний еще одно. И только полная луна была безмолвной свидетельницей сильной, всепоглощающей любви, наполненной лаской, уважением и безграничной теплотой. ______________________________________________________________________________ Саундтрек к зарисовке: Tristan Prettyman — Never say never