blasphemy fic.

      Тело нещадно затекло. С трудом оторвав голову и разлепив такие тяжелые сейчас веки, Тайлер обнаружил себя на той же кухне. Надо же, родители даже не удосужились посадить его в кресло. Или вызвать врача. Они могли хотя бы присмотреть за ним, сделать вид, что им не все равно.       Но нет, они оставили его лежать на холодной кафельной плитке кухни, как будто полностью забыв про его существование.       Тайлер с трудом приподнялся на локте, и почувствовав боль в затылке, сморщился.Но поднялся. Он не спеша оглядел помещение через прищуренные глаза. Все тот же интерьер. Ничего не изменилось. Хотя, что может измениться за те несколько часов, что парень провалялся в обмороке? Ничего. Тут мутный Джозефа взгляд скользнул по двери. Тайлер удивленно моргнул, заметив там Криса.       Отец стоял, в упор глядя на непонимающего ничего сына. Мужчина тяжело дышал, словно только что пробежал многокилометровый кросс. Его серьезный взгляд словно прожигал Тайлера, отчего тому захотелось просто исчезнуть. Провалиться сквозь землю, подняться с холодного кафеля и направиться к выходу, наконец, но он не мог этого сделать. «Зачем я это сделал? Кто тянул меня за язык?!»-мысли закружились в голове парня с бешеной скоростью, словно желая причинить ему как можно больше страданий. С его таких бледных сейчас губ сорвался тихий, почти неслышимый стон. Нет, так нельзя.       Нужно успокоиться. Медленный вдох и такой же протяжный выдох.        Тут взгляд Тайлера скользнул вправо. Парень обомлел, как только осознал то, что только что ему представилось увидеть: рядом с его отцом стояли две женщины, одетые в длинные черные платья с белыми воротниками, а на голове у них были повязаны темные косынки, скрывающие волосы. У обеих была светлая, словно фарфоровая кожа, да и лица у них были довольно схожи, но та что стояла правее казалась более тучной. Господи, а монахини-то тут какими судьбами?       Тут Крис сделал шаг по направлению к Тайлеру, отчего тот непроизвольно вздрогнул, словно его ударили током. —Тайлер,— вдруг заговорил он, все еще не спуская строгого взгляда с юноши,— Мы с твоей матерью поговорили… Ты болен, сын. Душевно. Твоя ориентация не нормальна! Мы думаем, что тебе будет лучше вдали от людей. Хотя бы первое время.       Крис говорил достаточно медленно, как будто думал, что его сын умственно отсталый, а неторопливая речь поможет ему осознать всю серьезность ситуации.       Тут одна из монашек, которая была более худой, оглядела до сих пор лежащего на полу и недоумевающего Тайлера с головы до ног, и прервала звонкую тишину: — Меня зовут сестра Анна, а это,— она обернулась и кивнула в сторону другой женщины,— Сестра Сэм. Мы считаем, что ты серьезно болен и нуждаешься в лечении,— она прокашлялась и повернулась к выходу, —Вещи собирать тебе не надо — выдадут на месте. Теперь прошу тебя встать и последовать за мной. —Простите, но я не болен!— Тайлер был и зол, и удивлен одновременно. Неужели его сейчас поместят в психушку, поставив крест на всей его дальнейшей жизни? Нет, он не позволит. Он не сумасшедший!— Я никуда не пойду.       Он четко и уверенно произнес последние слова, словно пытаясь убедить всех присутствующих в своей правоте. —Нет, поедешь,—твердо сказал Крис и мертвой хваткой схватил Тая за руку, поднимая его мягкое тело вверх. — Позвольте мне,— сестра Сэм кротко улыбнулась и подхватила парня,— Обещаю, после лечения он будет в норме.       Тайлер хотел было начать свой протест, но вдруг понял, что не в силах бороться. —Пожалуйста,— тихо шепнул младший Джозеф монахине на ухо,— Не надо. Прошу...       Но она не ответила, начав свое движение к машине, в которой Тайлера увезут. Но в каком направлении? Никаких психиатрических больниц поблизости не было, даже при церквях. Или…       Нет. Сил думать не осталось. Тайлер покорно встал на ватные ноги и побрел, опираясь на крепкую спину сестры Сэм.

Он сдался.