Ожерелье Первого

День спустя Наруто решил, что ему нужно тренироваться в использовании заимствованного у Сэнджу мокутона. В этот раз семеро решили остаться в своей, пусть и разрушенной, но уже такой родной деревне. Кинув отцу и Первому, что он собирается идти на тренировку, парень пулей вылетел из храма, направившись в сторону полигона, о котором знал из воспоминаний Кина. Через десять минут все представителей деревни Водоворота находились на закрытом барьером полигоне деревни Водоворота. Это место было оборудовано так, что спустя столько лет все снаряды для тренировок были в целости и сохранности. Большая территория (что было крайне удивительно, учитывая, что сами острова не были настолько огромны), правда, сильно заросшая травой, специально отведенными местами для отдыха и разным оборудованием. Парень вновь послал мысленный поклон далеким предкам, решившим, что основной силой клана будут печати. Первым делом Наруто решил узнать имена троих своих соклановцев, так как вчера этого сделать не удалось по причине состояния здоровья. - Ну, ребята, представьтесь, расскажите о себе, – поинтересовался глава, смотря на трио красноволосых. Минато, Кушина и Хаширама уютно устроились прямо на земле и уже о чем-то переговаривались, изредка кидая взгляды на Наруто. Узумаки же стояли напротив парня по стойке «смирно», чем крайне смутили самого блондина. Первой вперед вышла девушка. - Изуми Узумаки. Сестра Казуо. Дедушка Кин говорил, что по силам равна среднестатистическому джонину. Люблю музыку. Сама играю на флейте. Не люблю бездействовать, - Изуми сделала шаг назад, занимая свою прежнюю позицию. Следом вперед прошёл парень, бесцеремонно (как показалось Изуми, которая соблюдала все правила перед нынешним Каге) сел на землю. - Казуо Узумаки. По словам оссана – средний джонин. Люблю свою сестру. Родители погибли. Не люблю двуличных людей, – громко произнес парень, затем махнул рукой мужчине, давая понять, что закончил и вставать не собирается. Настала очередь третьего. - Дай Узумаки. Сильный джонин. Люблю экспериментировать с печатями клана. Создал две свои техники, основывающиеся на барьере и поглощении чакры. Люблю спарринги, не люблю бесчестье. Наруто окинул всю троицу задумчивым взглядом и тут же счастливо улыбнулся: - Вот и первые мои родственники пожаловали. Я клянусь вам, что восстановлю наш клан и былое величие нашей деревни! Увидев одобрение в глазах своих нынешних подчиненных, Узумаки резко поднялся на ноги и громко провозгласил: - Пора становиться сильнее! – в ответ на восклицание все согласно закивали. Создав пять клонов, Наруто отправил двоих в храм на поиски бумаги. Остальным же приказал вместе с ним встать по отмеченным точкам, создавая тем самым правильный четырехугольник, чтобы попытаться выполнить барьер пяти стихий на основе фуиндзюцу. С первого раза у них, естественно, ничего не вышло, но спустя сорок минут барьер все же засиял нежно-зеленым, порой изумрудным или голубоватым цветами. Вот только вместо того, чтобы не выпускать оттуда чужаков, он забирал чакру всякого, попадающего под радиус действия. Конечно, концентрация Наруто оставляла желать лучшего. Позже это было исправлено при помощи троих Узумаки, более опытных в фуиндзюцу. Далее парень достал пустой свиток из подсумка, чтобы запечатать в него немного чакры Девятихвостого, что вышло у него раза с пятого. По прошествии еще двадцати минут вернулись клоны, а Наруто уселся за принесенной бумагой и начал что-то на ней рисовать, как позже выяснилось – свиток для поглощения чакры, сравнимой с запасом сил Треххвостого. На вопрос Хаширамы, для чего ему такая прорва чакры, учитывая, что парень и сам являлся джинчурики, Наруто ответил, что он хочет запечатать природную энергию, чтобы всегда иметь доступ к ней, без потери бесценного времени на подготовку. Минато тем временем призвал Гамабунту. И это не могло не обойтись большим скандалом. Когда жабий босс увидел Четвертого, то призвал еще и Фукасаку, чтобы удостовериться в том, что это не гендзюцу. Сорок минут Минато доказывал, что он настоящий, рассказал о Наруто и Первом, о Кушине, попросил вернуть ему Чинатсу и уговорил жаб, чтобы те не рассказывали никому о великом воскрешении. Это было сложно. Очень сложно. Но спустя час должно было начаться самое тяжелое, а именно - изучение стихии Мокутон. К сожалению (а может и к счастью), обучение так и не началось. Наруто, озадаченно почесав затылок, попытался вспомнить, сколько времени у него заняло обучение теневым клонам. Вроде совсем немного, но… все же теневые клоны сильно отличаются от древесных. Пусть только прочностью, но парень просто не представлял, какое количество чакры ему придется использовать. - Первый, расскажи мне о своих древесных клонах! День уже начал склоняться к вечеру, поэтому Кушиной (под угрозой жестоких пыток) был объявлен перерыв. После того, как Наруто приступил к тренировке, женщина поспешила в ту деревеньку, где сын остановился с самого начала, чтобы закупиться провизией. Надо же чем-то кормить эту ораву? Да и пусть многие дома остались нетронутыми, но хозяйственные вещи все же канули в лету. Вернувшись через пять часов и узнав, что сын даже не собирался прерываться на перерыв... ну, всем было очень плохо. Кровь… много крови… кишки… ожоги… цепи. К счастью, все остались живы. Но хорошенько откормлены и насильно отправлены отдыхать. Сейчас Наруто и Хаширама сидели у разведенного костра, клятвенно пообещав Кушине вернуться через час. В дом сейчас не хотелось. Наруто знал, что из себя представляет особняк Каге из воспоминаний Кина. Хаширама кинул задумчивый взгляд на звездное небо и едва заметно улыбнулся: - Ты все же решил унаследовать мою силу? Я рад. Мужчина закрыл глаза. Думать абсолютно не хотелось. Эта умиротворяющая ночная тишина была столь долгожданна… за то время, что он обрел новое тело и новый шанс на жизнь, Хаширама старался наслаждаться каждым мгновением. Он ловил моменты, когда солнце только-только начинало раскидывать свои лучи (хотя Первый никогда не любил рано просыпаться); когда луна начинала править этими небесами; когда одна-единственная звездочка начинала свой долгий полет… Каждый раз, поднимая глаза к небесам, Сэнджу видел там что-то большее, нежели другие люди. Он знал, что скоро эти небеса пошлют ему свою звезду. Что бы это могло значить? Мужчина сам не мог понять этой своей абсурдной мысли. Наконец, вернувшись в эту, прекрасную на данный момент реальность, Хаширама лег на траву и, кинув короткий взгляд на Наруто, постарался сформулировать грамотный ответ на его вопрос: - Основной плюс древесных клонов – это прочность. Его нельзя уничтожить одним-единственным ударом, как всегда происходит с теневыми, водяными и прочими клонами. Далее, очень важным моментом является то, что древесные клоны не попадают в поле зрения сенсоров. Чакра, вкладываемая в них, не читаема, если так можно сказать. Пусть чакры тратится больше, чем при теневом клонировании, но оно того, поверь, стоит. Неожиданно Хаширама поднялся с места. Потушив огонь, мужчина повернулся к Наруто, который сидел с расстроенным выражением лица. Конечно, ведь джинчурики Девятихвостого хотелось больше информации, больше времени и больше тренировок. - Извини, Наруто-кун. Остальное завтра. Если ты начнешь тренировки сейчас, это завтра для нас не наступит, - немного нервно улыбнувшись, мужчина почесал затылок, вспоминая разгневанную мать нового Каге. И снова я с вами, дорогие читатели. Надеюсь, что глава получилась не очень сухая? Я не дружу с описаниями тренировок и прочим. Больше предпочитаю описание "кровь...много крови... кишки... ожоги... цепи... смерть". ^^"" Ну, или какие-нибудь чувственные моменты. Короче, где может развиться философская мысль Оо" Далеко меня понесло. Итак, с той главой мне опять ОЧЕНЬ помог Данте :3 О чем это я... ах, да... вот и очередной вопрос: О какой звезде думал Хаширама? Жду ваших догадок)