Ожерелье Первого

Буквально сорвав полог палатки, в помещение влетел запыхавшийся брюнет и, не медля и секунды, оказался около недавно очнувшейся Хокаге. Окатив прибывшего Котетсу уничтожающим взглядом, Цунаде приказала Шизуне закрыть вход в палатку и повернулась к парню, который уже успел отдышаться и согнулся в поклоне. - Хокаге-сама! Мы безумно рады, что Вы пришли в себя. И ни в коем случае не стали бы тревожить Вас, однако… на деревню надвигается огромная сила. Их чакра мощнее того, кто напал на нас в тысячи раз, а передвигаются они с гигантской скоростью. Прошу Вас… Сидящие за столом и занимающиеся трапезой представители прекрасного пола умудрились подавиться рисом. - Шизуне! Немедленно вывести из деревни жителей! Котетсу! Собрать всех шиноби у ворот! Немедля! Блондинка с двумя хвостами, хоть и выглядела хуже, чем месяц назад, разогнала по телу чакру и тут же понеслась к воротам своей деревни, не обращая внимания на окружающих людей, совершенно не представлявших об опасности, что им грозила. Только бы успеть… да, и что она сейчас сможет сделать в таком состоянии? Оставалась лишь надежда, что достаточно отвлечет нападающих, а остальные успеют увести жителей Конохи. Сильно прикусив губу, женщина остановилась у ворот деревни. Идти дальше не имеет смысла. Она чувствует эту силу. И сила ее пугает. Осталось лишь каких-то пара минут, и они… - Цунаде-баа-чан! – Неожиданно на женщину налетел оранжевый вихрь, который еще и очень громко вопил. Не ожидавшая подобного, Хокаге просто не удержалась на ногах и, довольно болезненно, приземлилась на пятую точку. - Нару…то? – Не веря своим глазам, блондинка едва смогла отлепить от себя широко улыбающегося парня. – Но Шизуне же… Неожиданно взгляд Узумаки стал задумчивым, а улыбка спала с лица. - Потом, баа-чан. Сейчас есть проблемы поважнее. Обещай, что не будешь ругаться, убивать или падать в обморок, как все женщины, ладно? И, не дожидаясь подзатыльника за последние слова, блондин отскочил подальше и вновь широко улыбнулся. - Нельзя бить главу чужой деревни, баа-чан! Это к конфликту, между прочим, привести может! С губ парня сорвался довольный смех, когда Цунаде, вновь шокированная, не могла собрать мысли в кучку. Спустя пять минут культурного шока, Пятая умудрилась впасть в глубокий ступор, а ведь было с чего. Мало того, что Узумаки ошарашил её новеньким протектором с изображением спирали, так еще рядом с ним материализовался последний Учиха и… её собственный дед. Живой. Здоровый. Во плоти. И… выглядящий гораздо моложе самой Цунаде. Этого она точно не ожидала и сейчас, словно рыба, открывала и закрывала рот, а взгляд как-то сам начал изучать землю под ногами. - Внучка, - помахал рукой перед лицом у неё дедушка, - ты это... давай, возвращайся с небес на землю, меня же вернули! - и ослепительно улыбнулся, "а-ля Наруто". Сэнджу, устав смотреть в землю, наконец, подняла взгляд на своего деда и стоящих рядом Наруто, Саске и... Минато с Кушиной. Такого организм Пятой, вышедший недавно из комы, не выдержал и решил отключиться, попросту послав хозяйку в обморок. - Хаширама, - нервно улыбаясь и почесывая затылок, окликнул Первого Четвёртый, - кажется, что с эффектным появлением мы перестарались. Через две минуты действующий правитель Конохи был помещен в свою палатку, уложен на кровать и накрыт одеялом. Благо неожиданные гости додумались перед доставкой ценного груза применить Хенге и дойти до места дислокации без происшествий. *** Очнувшись, Цунаде резко вскочила с кровати, помассировала виски, применила простенькое медицинское дзюцу от головной боли и прошептала: - Ну и приснится же такое, ха! Наруто – лидер Водоворота, которого не существует уже давно. Да еще и Хаширама, дед мой, молодой, да рядом с ним. Ладно, так, пережила бы еще, но Минато и Кушина, а с ними Сакура, Сай и кучка незнакомых шиноби… Это вообще нормально? Женщина сокрушенно опустила голову, понимая, что пора проверить свою психику. Оглядев палатку она никого в ней так и не нашла, но услышав за тонкой материей разговор решила выглянуть. От очередного обморока её спасла верная ученица Шизуне, просто не дав упасть в беспамятстве. Прошло всего пять минут, а в палатке уже собрались бывшие лидеры деревни, вместе с действующим, их родные и один друг Намикадзе-младшего. Наруто уже собирался начать повествование о своих злоключениях, как его перебила Цунаде: - А теперь объясните мне, что здесь нахрен творится. Я вообще ничего не понимаю! Вот ты! - указала она на деда, - какого хрена ты живой, ты давно уже в земле покоился. А ты? - палец направился в сторону Намикадзе-старшего, - ты же вообще в желудке у Шинигами! Следом палец направился на Кушину, но та, не дав сказать и слова в свою сторону, уже отвечала: - А я что? А я ничего, благодарите Наруто, - красноволосая, не желая дальше слушать, демонстративно положила голову на плечо мужу и закрыла глаза. Тот, в свою очередь, закатил свои, цвета неба, а затем тяжело вздохнул. Эмоции остальных, сидящих вокруг описать очень непросто, всех, кроме Саске, он не выражал ничего, совершенно. Наруто же, подчиняясь своему характеру стал радостно отвечать: - Баа-чан, это всё старик Кин, дядя мамы, помог мне воскресить родных, даттебайо! Началось все после битвы с Нагато, - на этих словах Цунаде закашлялась, - то есть с Пейном, - Хокаге не веря распахнула глаза, но решила оставить вопросы на потом, - хотя, даже во время этой самой битвы. Я тогда поддался ненависти и выпустил все девять хвостов, потерял контроль и начал снимать печать. Но тут случилось неожиданное, - жестикулируя и чуть ли не прыгая, произнёс Каге Водоворота, - появился отец и восстановил её, а затем упало и разбилось Ожерелье Хаширамы, а из чакры появился он сам. За последующие полчаса Наруто кратко, но, не забывая возбужденно махать руками, рассказал о том, что он пережил за прошедшее время. - Охренеть! – единственное, что смогла сказать Пятая после разбора полётов. Следующим слово решил взять, чему-то недовольно нахмурившийся, Первый. - Внучка, прибыли мы сюда с единственной целью. Попроси позвать сюда старейшин. Будет тяжёлый для всех разговор. Цунаде тут же собралась, даже взгляд ее изменился. Стал гораздо более серьезным и понимающим. - Шизуне! Позови старейшин. Никого, кроме них больше не пускать. Как приведешь, можешь официально объявить, что Данзо, Кохару и Хомура были признаны предателями родной деревни.