***
Сидеть дома уже нет сил. Эти четыре стены будто с каждым днём все продвигаются и продвигаются к середине. Кажется, что места все меньше и меньше. «Надо срочно куда-нибудь сходить. Надо уйти пока родителей не будет дома. А может...»,- Попов смыл таблетки и из-за этого в его голове полный бардак, но одна мысль всегда проскальзывала среди этого бардака. «А может убить себя сегодня? И дата красивая 18 апреля. Зачем я тут? Кому я нужен? Никому...»,- эти мысли были не мысли Попова, их будто проговорило в голове Арсений дьявола с синими глазами. Попов достал из рюкзака листок и ручку и начал писать. «Мам, пап... простите меня за все, прошу. Я люблю вас. Мне очень жаль, что так вышло, но только знайте, вы не виноваты». Прочитав свой корявый почерк, от дрожащих рук, Арсений взял лист и повесил его на холодильник. – Простите, но я так больше не могу,– прошептав, Арсений пошёл в комнату. Надел то самое чёрное худи и те самые джинсы, в которых он поцеловал ******. «Не хочу произносить это имя, даже у себя в голове. Блять...». Кинул в рюкзак зарядку, PowerBank, маркер и тетрадь со своими записями, бутылку алкоголя, которую стащил у родителей, и пошёл, не зная куда, хотя зная.***
Автобус мчался со скоростью света. Зайдя в какой-то хозяйственный магазин, он пошёл на своё место. «Помню, как мы были тут вдвоём, сука, как же больно»,- Попов спустился под тот самый мост. «"Арс и Шаст. 05.10.18."- это его первая надпись на этой стене». Попов прошёл дальше и сел. Включив свой плейлист с НАЙТИВЫХОД, эхопрокуренныхподъезнов и ещё похожие группы, он сел писать на стене. «Я знаю, ты читаешь это... Как бы больно, обидно и мерзко мне не было, я люблю тебя. Честно, я не понимаю почему ты мне не признался, что ты это ты. Тогда бы, мне кажется, что я влюбился бы в тебя намного раньше. Знаешь, признаться себе, что влюблён в парня сложно, но если это ты тот парень, то это легко. Такого как ты сложно не полюбить. Со сложной жизнью в прошлом (да думаю и сейчас тебе не легче), ты всегда улыбался, тем не менее ты помогал мне жить. Эти полгода были самые лучшие за всю мою жизнь. Так сильно я ещё никогда не любил. Я люблю тебя, Шаст. Думаю, тебе лучше забыть меня. Просто знай. Я тебя очень сильно люблю...»,- написав последнее слово, Арсений зарыдал взахлёб от боли. Глотая алкоголь, он достал лезвие, которое купил в магазине. Закатал рукав правой руки и поднёс к ней блестящий предмет.***
Антон уже два часа катается на автобусах, пересаживаясь с одного на другой. Слушает песни, что скидывал ему Арс и думает. Думает о том, почему он не сказал. «Это было так глупо». – Молодой человек, конечная, выйдите или платите за проезд,– разбудила Антона контролерша. «Видимо, я задремал» – Простите, я выйду,– сказал парень и вышел из автобуса. Потерев глаза, он абсолютно не понимал, где он. «Вот же»,- Шастун увидел знакомую дорогу «Она же ведёт...»,- не закончив фразу даже у себя в голове, Шастун направился по той самой дороге. Пять мину и он уже на месте. «А вдруг он там?»,- надежда увидеть его хоть где-нибудь не оставляла Антона никогда, и теперь он, спускаясь вниз, надеялся на это. И знаете его надежды сбылись, но не в той степени, в которой он хотел бы. Зайдя под мост, Шастун увидел "прекрасную" картину: сидит Попов с красными глазами и с лезвием около запястья, рядом с ним полупустая бутылка какого-то алкоголя и открытый маркер, там же лежит телефон откуда доносится песня ЛСП - Маленький принц***
Страх, боль, алкоголь и болезнь делают своё дело отлично. Рассудок затуманен и жизнь искажена. Попов уже был готов провести глубокий порез, как из его руки был выхвачен металлический предмет. Шастун так сильно схватил спутник, что умудрился достаточно сильно порезать ладонь. – Ты что с ума сошёл?– Антон не замечая и не чувствуя боли в ладони, начал кричать от страха. От страха потерять его. Время будто замедлилось, Попов совсем не понимал, что происходит. Как только он опомнился, в его руке уже не было лезвия. Он поднял голову и увидел испуганного Антона. «Тот из-за кого я хочу умереть, спасает меня,»- Арсений начал истерически смеяться и медленно его смех перешёл в рыдания. Антон непонимающе смотрел на него. «Я успел. Успел. Успел. Успел. Все хорошо». Шок - именно такое состояние сейчас испытывает Шастун. Антон не придумал ничего лучше, как сесть рядом с другом взять его за руку. Попов почувствовал, что его коснулась влажная ладонь, он попытался посмотреть на это прикосновение, но увидел лишь размытое красное пятно. Он сжал руку друга сильнее. «Прости, Шаст, прости». Шастун увидел рядом с собой бутылку недопитого алкоголя, взял ее и сделал несколько больших глотков. Они сидели так минут двадцать, просто сидели, держась за руки и слушая музыку. Попов уже успокоился, но руки дрожали и слезы катились сами собой. – Арс,– начал Шастун, отчего Арсений вздрогнул,– я люблю тебя,– его голос дрожит, как у пятнадцатилетнего мальчишки, который впервые признаётся девочке в любви, он не может посмотреть на своего друга, боится,– прости меня за все, я просто хотел...,– Антон сам не знал, что он хотел. Он хотел сдружиться? Или что-то большее? После секундного молчания, Попов схватил Шастуна и поцеловал его. Антон широко распахнул глаза из-за неожиданности, но все же ответил на поцелуй. – Вот это совпадение,– оторвавшийся от губ Антона, парень успокоился, он простил его? – Арс, ты... ты простил меня?– Шастун, кажется, вот-вот заплачет, но он сдерживаете эмоции. – Не полностью, но да,– «его настроение так быстро изменилось»,- подумал бы Антон, если бы не был на седьмом небе от счастья. Музыка прекратилась и заиграл рингтон телефона. Попов посмотрела на экран. «Мама». – Блять,– Попов выключил звук, но не отключился. – Что такое? – Я оставил записку родителям. Эм... предсмертную записку. Хах, так же как и тебе,– Арсений так непринуждённо говорил об этом, что Антона это пугало. «Он только что чуть не убил себя, а теперь этого будто и не было. Что с ним?» – Арс, ты в порядке?– осторожно спросил парень, не хотя отпугнуть своего возлюбленного. – Да, а что?– сделав глоток, красными глазами от слез Попов посмотрел на Шастуна. – Ничего, ладно...***
– Арс, может тебя до квартиры проводить?– «С ним точно что-то не так»,- Антон заметил, что Арсений ведёт себя очень странно. Его настроение скачет, как бешеное, он чуть не убил себя. – Нет, я в порядке, правда,– сказал Попов и поцеловал Антона. На улице. Хорошо, что было достаточно темно и никого не было. Шастун не успел ничего сказать, как Попов ушёл в сторону своего дома.***
Дверь хлопнула и Арсений оказался в своей квартире. – Арсюш, это ты?– послышалось из кухни и уже через секунду напротив Попова стояли его родители. Мать с красными глазами и опухшим лицом и отец, весь потный и испуганный. – Это ты, слава Богу,– мать подбежала к сыну и обняла так крепко, как только могла. Чуть позже к ним подошёл отец и сделал то же самое.