Зимний вечер

Обычный, ничем не примечательный зимний вечер. Обычный, но не для них двоих. Сегодня их годовщина. Два года как они живут вместе. Парни собрались в своём традиционном месте - маленькой, неприметной кафешке под названием: “Все для любимого…” Вова и Лев смущенно сидели друг на против друга и ожидали заказа. Они очень часто бывали вместе в этом кафе, но сегодня у них были причины для смущения. Годовщина. - Ну, поздравляю, - произнёс раскрасневшийся Вова и спрятал лицо в руках. - Спасибо, - довольно произнес его собеседник, у которого покраснели только уши, - Я рад, что мы уже два года живем вместе и… “дружим”, - последнее слово он специально выделил, желая засмущать Вову. Он ещё хотел что-то сказать, чтобы окончательно вогнать в краску своего “друга”, но не стал этого делать, заметив, что официантка несёт их обычный заказ: два бокала глинтвейна и несколько лёгких закусок. Владимир вздрогнул когда почувствовал, что рядом с ним что-то поставили. Парень поднял голову и увидел, что молодая девушка девушка расставила на столике их заказ. - Спасибо, - произнёс сидящий напротив Вовы парень, улыбнувшись девушке, что ему очень не понравилось. Почему он улыбается и любезничает с какой-то бабой вместо того, чтобы разговаривать с ним. Как он может в их годовщину уделять своё внимание, любоваться не им! Непростительно. Лев посмотрел на него, отвлекшись от общения с официанткой и отпустив её, и улыбнулся. Ему так нравится дразнить своего мальчика, видя с какой ревностью Вова наблюдает за ним. Конечно, он понимал границы дозволенного, поэтому далеко не заходил. Послав воздушный поцелуй своему визави, он притронулся к еде, не отрывая взгляда от Вовы. - Левашин, ты же специально… - недовольно произнёс Вова, но был перебит: - Шикарный глинтвейн. Но все остальное не сравнится с твоей готовкой. - Ты пытаешься перевести тему…. - Нет, я пытаюсь сделать тебе комплимент. И хочу сказать, что это, - он кивнул на блюда, - Ни за что не сравнится с твоей готовкой. Может… - Нет, сегодня я не буду готовить, - Владимир смущенно посмотрел на напиток, не в силах посмотреть на парня. Всегда его готовка заканчивается… Нет, конечно, они в итоге поедят, но то, что происходит перед этим. Вова до сих пор не может привыкнуть к этому. Пусть он и любит готовить, а для Левашина он приготовит все, что тот пожелает, но не в таком виде, в который его наряжают. - Но сегодня же… - Поэтому и не буду готовить. - А… - Лев! - парень вскочил из-за стола весь красный и выбежал из кафе на улицу. “Неужели переборщил?” - подумал Левашин, запустив пальцы в волосы. “Опять накурится сейчас и весь вечер от него будет вонять табаком”. Он допил глинтвейн и, заплатив за заказ, вышел из кафе следом за Вовой. Искать его не пришлось - Владимир стоял неподалёку от кафе и курил, что не было удивительным, но этот вид разозлил Льва. Он быстрыми и большими шагами преодолел разделяющее их расстояние и со злостью вытащил сигарету. - Хорош сосать всякую дрянь! - крикнул на него Лев. - А ты прекрати издеваться надо мной, - обиженно произнес Вова, - Мне надоели твои… Владимир не успел договорить то, что хотел, а мысли смешались в кучу. Поцелуй оказался слишком неожиданным для них обоих. Лев и сам не ожидал от себя такого порыва, но его почему-то так разозлили его слова, реакция… И пусть это он спровоцировал его, но все равно это злило. Только на кого он злился: на себя или все-таки на Вову? Хотя это не важно. Поцелуй был напористый и нежный одновременно, но Вова все равно отстранился и весь красный отошел от него на несколько шагов, чтобы больше подобного не повторилось. Слишком смущающе - этот поцелуй да еще и около кафе. - Дурак, - сплюнул и ушел от него по направлении к дому. “Стоит немного прогуляться пока Вовчик не успокоится. А там поговорим” - решил для себя Лев, проследив за тем, как его парень уходит. А затем пошел в другую от него сторону. * * * Левашин вернулся домой только под вечер, посидев перед этим в парке в компании миловидных девушек и нескольких банок энергетика. Ждал, когда Вова выпустит пар и успокоится. Конечно, Лев даже и не думал ему изменять, но вот отвлечься от ссоры был не против. Когда он вошёл в дом, в коридоре, как и во всем доме, за исключением зала, не горел свет. А из уже выше упомянутом зале доносились какие-то звуки. Скорее всего, Вова играл в приставку, предположил Левашин, снимая с себя верхнюю одежду и проходя в комнату. - И где ты был? - совершенно спокойно, без истеричных ноток, будто парню было все равно на то, что произошло, спросил Владимир, не отрываясь от приставки. - Гулял, - отвечает Лев, становясь за спинкой дивана и наблюдая за действиями, происходящими на экране. - Где? - уничтожая очередного противника, снова спрашивает он, немного сменяя позу, так как ноги уже начали затекать. - В парке, - Левашин наклоняется и обнимает Вову со спины. Это была его маленькая слабость. И Лев прекрасно знал об этом. - С теми? - Да, - парень покрывает шею поцелуями, поднимаясь выше, до губ. - Не делай этого, - просит Вова, уворачиваясь от ласки. - Ты ревнуешь, - не вопрос, утверждение. Конечно, ревнует. Это было видно сразу. Ведь Вова до сих пор комплексует из-за того, что его возлюбленный того же пола и то, что и он. Он же может и наскучить ему или настанет тот момент, когда его “би” все-таки решит, что быть натуралом намного лучше, чем быть с ним… Пусть и прошло уже два года, но этот страх у него никак не пройдет, хоть Лев уже много раз доказывал ему свою любовь и преданность. - Нет, - отвечает Круглов, отворачиваясь от него, боясь выдать себя. Однако все его попытки выходят из рук вон плохо, и Лев все-таки добирается до столь желанных розовых губ, а игра на некоторое время забывается, как и все страхи, неуверенность и в себе и прочее, о чем не должен знать его возлюбленный. Они самозабвенно целовались на протяжении какого-то времени, не забывая нежно ласкать и прикусывать губы другого, как и осыпать ласками и другие части тела руками. Однако всему хорошему приходит конец так же, как и кончился воздух в их легкий, поэтому поцелуй пришлось прервать. Вова хотел сразу спрятать покрасневшее лицо на угруди у парня, но ничего не вышло - Лев взял лицо в свои ладони: - Ты плакал? - обеспокоенно спрашивает Лев, пытаясь заглянуть в глаза парня. - Не важно, - Вова пытается отвернуться, но ничего не выходит из-за держащих его рук. Он уже начал жалеть, что все век-таки ответил на приставания Левашина. - Это из-за меня? - виновато спрашивает он, обходя диван и садясь на корточки перед Вовой, - Малыш, прости меня, - он берёт его руки целует в тыльную сторону ладони по очереди каждую, - Я не хотел твоих слез. - Не стоит извинений. Просто… - он замолкает, не зная как произнести эти слова, от которых на сердце становится неприятно и больно, - Я думал, что… Зачем все это? Эти ссоры, переживания… Да, я знаю, что повторяю это довольно часто, но… Лев прекрасно понимал, что хотел сказать Круглов, поэтому он и не дал ему договорить. Он не хочет слышать этих слов. Ни за что. Никогда. Только не эти. Этот поцелуй оказался очень коротким и быстрым. А за ним последовал такой же быстрый и короткий ответ: - Нет. Ты не посмеешь бросить меня. Я не дам тебе этого сделать. Он снова его целует, а руки пробираются под рубашку. Эта одежда… Она всегда мешает, всегда стесняет действия и не позволяет ничего сделать. Левашин, поглаживая тонкую, подтянутую талию парня, поднимает белую футболку все выше, останавливаясь на сосочках. Нежно лаская их, он все-таки не надолго отстраняется от них, снимая рубашку. Вова не сопротивляется, позволяя своему партнеру исследовать тело по миллиметру, отвечает на его ласки, немного смущаясь. - Лев, ты… - Тшш... не хочу ничего от тебя слышать. Только твои стоны, - шепчет Левашин, спускаясь губами ниже и растегивая шринку штанов, желая как можно быстрее оставить своего белоснежного ангелочка без одежды. - Но… - его губы накрывает рука. - Только твои стоны, - произносит Лев, окончательно лишая его одежды. Он садится на колени перед Вовой и целует его колени, раздвигая их. - Не… Ах… - выдыхает Круглов, откидывая голову назад, когда губы Левашина касаются головки его члена. Он медленно проводит рукой по стволу, а после вбирает его весь в рот. Юноша срдрагается и снова стонет. Лев улыбается и доводит своего партнёра до оргазма, посасывая и поглаживая его член. Вова кончает ему на лицо, запустив руку в его волосы. - Ох… - вздохнул Лев, вытирая своё лицо покрывалом, которое было уже им не нужно, - Ты испачкал меня. - Прости, - Круглов хотел было помочь парню вытерется, но Левашин думал на этот счёт по-другому: - Раздень меня. Это твоё наказание, - властно произносит Лев, усаживая парня на пол подле себя. - Н-ноо… - Никаких “но”. Ты должен освободить меня от грязной одежды, коя стала таковой по твоей вине. Вове было не куда было деваться. Он неловко поднимает руки к его рубашке и немного трясущимися руками начал расстегивать пуговицы. Одну за другой. Постепенно он лишал одежды своего партнёра, одновременно с этим заливаясь краской. Пуговица за пуговицей он раздевал Левашина, краснея ещё больше, хотя парень не понимал как такое возможно. Медленно лишив его одежды, он опустил глаза, ожидая, что ему скажут дальше. - Теперь раздень себя, - предвкушающе улыбнулся Левашин. - Что? - Вова взглянул на парня и, так не дождавшись ответа, кроме выразительного взгляда, выполнил приказ парня. Когда они оба остались лишь в трусах, Левашин поднял своего возлюбленного и дотащил до кровати. Поцеловав парня, он тепло улыбнулся, лег рядом обнимая: - Спокойной ночи. Вова не стал спорить с решением парня, хотя ожидал другое. Но ему оказалось достаточно того, что сегодня было между ними, так как быстро уснул в объятиях любимого достаточно быстро.