Новый Бог

Кастиэль поглотил души из Чистилища и стал новым Богом. Он убивает Рафаэля по щелчку пальцев, смотрит на испуганных братьев - и у него в голове зреет план. Он не убьёт его. Он сделает его своим архангелом - и тот будет служить ему, но для этого надо убить Михаила и Люцифера - чтобы не мешали. Кастиэль отправляется в клетку первенцев старого Бога - и впитывает их благодати. Затем убивает. Он могущественнейшее существо во всей вселенной. Кастиэль возвращается в тот сарай, где оставил братьев, Сингера и короля Ада. Дин пытается привести в чувство бессознательного Сэма, Бобби не понимает, что случилось. - Вы такие забавные. Он исчезает вместе с Дином. - Что ты? - Ты такой грозный. Но мне теперь ничто не страшно. Я новый Бог, Дин. Ты - моё первое создание. Кастиэль творит медленно - он хочет насладится процессом и при этом не ошибиться. Благодать Архангела - очень тонкая материя, любая ошибка может привести к проблемам. Они не нужны новому Богу. Дину больно. Он кричит. Не понимает, что с ним происходит. Его тело начинает светиться - и скоро прорезываются крылья. Огромные, золотые крылья. Каждое пёрышко на краях чёрное, и от этого ещё более прекрасное. Перерождение подходит к концу, остаётся лишь дать Знание. Дин Винчестер - орудие Кастиэля, которое будет верно служит своему отцу, вот только это больше не Дин. Это Старший, Первенец, архангел Нового Мира, ничего не помнящий о том, кем был до своего рождения. Кастиэль поставил стену в его сознании, чтобы избежать проблем. Новому Богу проблемы не нужны - он убивает Сэма и направляет его душу в Рай, чтобы тот не мог разрушить стену в сознании его любимого сына. Теперь его архангел принадлежит только ему. Ангелы любят Старшего - архангел знает, он видел, как его младшие появились на свет и часто рассказывал им об этом чуде - рождении ангела. -Бог взял душу мальчика, украсил её лилией из Райского сада и вздохнул в неё благодать. Он назвал тебя Бальтазаром, потому что тот был его другом до того дня, как был создан Новый Мир. -Старший, а я могу вспомнить, как родился? -Думаю, что нет. Я пытался, ничего не вышло. Бальтазар разочарованно вздохнул и улетел на свой пост. Старший остался в раздумьях. Как же он родился? Что произошло? Эти вопросы мучали его с момента Сотворения, но Отец не отвечал на них. Из мыслей его вытащил голос Анны. -Я смогла вспомнить, как родилась. Нужна боль, равная той, которая была в момент Сотворения. Мне хватило ангельского клинка. Старший не сомневался в том, что Анна искренна. Ангелы не могут лгать - Отец не дал им такого счастья. Архангел мучал себя так, как будто хотел умереть. Он срезал с себя кожу, дробил каждую клетку своего тела на атомы, но боли не было, раны заживали моментально, но вдруг он понял. Первенец Божий. Бог создал его самым первым, значит, потратил всю свою силу на него. Бог - это Свет. Солнце. Что будет, если он прикоснется к Солнцу? Но Старший решил ещё раз спросить Отца о рождении. Новый Бог лишь сказал: "Это запрещено вспоминать. Слишком больно." Глупец. Что такое боль перед Знанием? Ничто. Солнце было горячим. Оно сжигало архангела, переставшего быть Старшим. Кожа плавилась под языками пламени, свет ослеплял глаза.Огонь сжёг стену, защищавшую Первенца от собственной души. От души Дина Винчестера. Множество воспоминаний сводило его с ума - страх, боль, предательства, младший братишка, убитый ради высших целей, а ещё эта любовь... Он вспомнил, как любил Кастиэля, тогда ещё просто ангела, но они боялись этой любви. Не зря. Обожжённый, слепой, Старший вернулся в Рай. Его испугались. Все. Плевать. Нужен только Кастиэль. Он понимал, что теперь он новый Люцифер Нового Мира, но он должен был сделать это. Никто кроме него не знает, на чём построен этот Новый Рай, поэтому нужно сделать хоть что-то. Даже слова могут что-то изменить. Страшный, изуродованный, он стоит перед Новым Богом. -Ты ведь знаешь, что я тебя люблю, Кастиэль. Тот закрыл глаза и понял, что случилось. Так же как и участь архангела. -Ты ведь знаешь, что я просил тебя не вспоминать. -Это стоило того. Спасибо, что спас Сэмми. Долго я буду падать? - Слезы стекали по обожжённому лицу. -Нет, Дин. Быстро. -Мне плевать на себя, ты это знаешь, Отец. Но могу я тебя попросить о двух вещах, хотя и не имею права даже говорить с тобой? -Можешь, сын мой. Слезы стекали с изуродованного лица архангела, прикоснувшегося к Солнцу. -Спасибо, Кастиэль. Новый Бог давно не слышал своего имени. -Присмотри за Сэмми и вспомни, ради чего всё это было затеял. -Хорошо. Прощай, Дин, хоть я и не заслуживаю прощения. Кастиэль поднял голову вверх, чтобы его любимый не видел боли, переполнявшей его. Разверзлись Небеса. Открылись Ворота Ада. Клетка Люцифера встречала нового узника, только в этот раз не было печатей, чтобы открыть её. Она закрылась. Навсегда. Дин Винчестер гладил свои обугленные крылья, вспоминая жизнь до того, как его ангел поглотил души Чистилища, и душевная боль, такая страшная, такая сильная, перепонила его. В порыве отчаяния он вырезает свои крылья, навсегда порвав нити Рая. Ему больше не взлететь вверх, к Кастиэлю. К его ангелу. Кастиэль сообщил в этот момент своим ангелам, что его старший сын ослушался и приговорен к вечности в Аду, и боль Дина звоном отдалась в его ушах. Новому Богу было легко, зная, что Дина больше не существует. Он спрятан. Забыт, как забыты и те жертвы, которые принёс Кастиэль ради этого Мира. Теперь он снова слышит его боль, доносящуюся из глубины Ада, ровно как 5 лет назад.