Найди меня, если сможешь ("Тень огня" часть 1)

//не бечено Иногда самое стойкое мнение, которое складывается о вас у окружающих людей, одновременно является и самым не верным. Большинство людей с самого детства привыкли прятаться за той или иной маской и эти маски, порой, намертво прирастают к нам. Наверное это не хорошо, но чертовски удобно, растянуть губы в привычной улыбке и вот уже никому из окружающих невдомёк, что там такое творится у тебя на душе, прикинуться глуповатой и недалёкой блондинкой и вот уже никто не будет предъявлять к тебе повышенных требований. Дети рано учатся использовать этот приём, они вообще очень быстро схватывают всё, что видят у взрослых. Но иногда маска так плотно срастается, что и сам уже не помнишь, где маска, а где настоящий ты. Что-то подобное произошло и с Хатаке. Пунктуальности он научился от отца, полицейского до мозга костей. Отец был для него непререкаемым авторитетом, слова отца не обсуждались и уж тем более не оспаривались. Сакумо Хатаке рано остался вдовцом и всё свободное время посвящал сыну, впрочем, не считая необходимым просто сходить с ребёнком в зоопарк или погулять по парку, убеждённый, что сын рано или поздно пойдёт по его стопам и станет полицейским. Какаши с детства занимался дзюдзюцу, метанием кунаев и сюрикенов и прочим, что по мнению отца могло пригодиться ему в жизни. Каждое утро начиналось для маленького Какаши рано-рано, тогда, когда все остальные дети ещё мирно спят. Он вставал, умывался, одевался и не позавтракав, шел с отцом на утреннюю пробежку, потом немного упражнений на пресс, отжимания и только после этого ребёнок мог позавтракать, правда сил на это уже не было. Какаши искренне любил дни, когда мог задержаться в школе допоздна, только тогда его освобождали от дополнительных вечерних тренировок, оставив время для приготовления уроков. А ещё отец был пунктуален до жути, любое опоздание даже на две минуты он расценивал как личное оскорбление и очень долго Какаши придерживался тех же взглядов. Ровно до тех пор, пока в его класс не пришел новенький. Мальчишку звали Обито Учиха и как оказалось он тоже был из семьи потомственных полицейских, когда отец узнал, что Учиха будет учиться в одном классе с сыном, он нахмурился и сказал, что с Учиха надо бы быть поосторожнее, они как спящая ядовитая змея - никогда не знаешь спит ли она на самом деле или готовиться к смертоносному прыжку. Далеко не сразу Какаши удалось выяснить, что об этой семье в полицейских кругах практически легенды ходили и далеко не все они были с хорошим концом. Но пока Обито и Какаши были детьми и просто детьми и им дела не было до взаимоотношений между взрослыми. Со временем Обито стал лучшим другом для Какаши, они проводили вместе всё свободное время, которое у них было, они обменивались книгами и вместе смотрели фильмы про великих героев, спасающих мир, они помогали друг другу делать уроки, когда класс шел в поход - они всегда шли вместе. У Обито была только одна черта, которую Какаши ненавидел до дрожи в коленках - Обито умудрялся опаздывать везде и всегда, сколько бы Какаши не говорил ему, сколько бы не пытался приучить друга к пунктуальности, это всё было бесполезно. А потом семья Обито переехала в другой район. Что случилось потом, Какаши так и не узнал, говорили, что Обито серьёзно заболел и долго лежал в больнице, когда ему было всего четырнадцать - он умер. Наверное именно тогда словно в память о друге у Какаши и появилась эта привычка - везде и всегда опаздывать. Ничего с собой поделать он не мог, он пробовал вставать чуть раньше и даже не чуть-чуть, а на много раньше, он пробовал выходить заранее, готовить с вечера одежду, чтобы утром не тратить время на её поиски. Не помогало ничего. Каждый раз случалось что-то из-за чего он снова опаздывал, сам он давно с этим смирился, но окружающим почему-то это не нравилось. Он даже пробовал ходить к психологу, но единственный дельный совет, который он получил, был - прими себя таким, какой ты есть, тогда и другие примут тебя. Вот и Сакура злится, когда он опаздывает, молчит, не говорит ничего, но он-то видит, что она сердится. Поначалу он был рассержен решением Цунаде-сан поставить новенькую в пару с ним и даже всячески пытался унизить её — вдруг она сама откажется работать с ним. Сейчас он даже был отчасти благодарен Цунаде за такое решение, глядя на Сакуру в нём просыпалось что-то, давно забытое, он даже и сам не мог охарактеризовать, что же это было.

***

Машина остановилась у обочины дороги, по большому счёту, казалось, что останавливаться именно здесь не было никаких причин, тут не было ни магазинчиков, ни какой-нибудь одинокой автобусной остановки и вообще тут не было ничего, с одной стороны бежала серая лента дороги, по неё мчался поток автомобилей всех видов, размеров и цветов, а с другой стороны - лес. Именно тут всего в нескольких метрах от дороги и нашли тело второй девушки, да и тело первой тоже было найдено совсем недалеко от сюда. Какаши и Сакура вышли из машины и углубились в лес, найти нужное им место не составило труда, до сих пор тут было вытоптано всё вокруг. - А что мы тут ищем? Мне кажется, полиция просмотрели тут всё, что представляло интерес. - Сам не знаю, вероятность того, что мы найдём какую-то, никем незамеченную улику, просто-напросто близка к нулю, в полиции тоже не идиоты работают. Наверное просто хотел посмотреть на это место, ведь что-то должно же его здесь привлекать. - Хочешь поймать преступника - мысли как преступник? - улыбнулась девушка. - Что-то типа того, есть даже такая дисциплина - психология серийных убийц, не знаю на сколько это применимо ко всем маньякам, с учётом, что поймать удаётся далеко не всех, а значит и обследовать. Судебные психиатры пытаются как-то структуризировать полученные знания и перенести их на всех, наверное чаще всего это работает, но порой, меня гложет мысль - что у всех тех, кто так и остался не пойманным, есть что-то общее и именно это "что-то" позволяет им уйти от следствия. Мы слишком многого о них не знаем и потому не понимаем. Девушка задумалась, в таком ключе она как-то раньше не размышляла, то есть совсем не задумывалась о том, что далеко не все преступники оказываются пойманы и получают своё наказание. Вроде бы такая простая мысль, а вот смотри-ка, ей даже в голову не приходила, наверное пора бы уже распрощаться с юношеским максимализмом и снять розовые очки, мир далеко не так прекрасен, как когда-то ей представлялось. Вдруг что-то свистнуло, Сакура даже удивиться не успела, как Какаши-сенсей одним прыжком подскочил к ней и повалил на землю. В спину больно впивалась ветка, неудачно оказавшаяся как раз там, куда она упала, сверху всей своей массой давил сенсей и при этом ещё и грубо ругался над самым её ухом. - Что... Что это такое? - Молчи. От неожиданно грубого ответа, она даже опешила, происходящее выходило за пределы её понимания, но то, что произошло дальше не только не объяснило, что, собственно, происходит, но добавило ещё больше вопросов. Какаши вскочил, огляделся и куда-то побежал, уже не обращая внимания на всё ещё лежавшую на земле девушку. Не занимайся бы он, стараниями отца, с раннего детства метанием разнообразных предметов, единственным назначением которых, не смотря на разницу формы, было убивать, он бы и не понял, что-за свистящий звук раздался в непосредственной близости от них, но опыт был. Мелькнувшее нечто было тому только подтверждением. Хатаке Какаши всегда отличался отличной реакцией, он успел повалить напарницу раньше, чем в ствол, около которого она стояла мгновение назад, воткнулся остро отточенный сюрикен. Вскочив, он бросился в ту сторону, откуда метали смертоносную звездочку, с краям, заточенными до того, что сюрикен вполне был способен перерубить волос на лету. Сакура, кажется, всё ещё не поняла, что её только что пытались убить, но сейчас не до объяснений, жаль только, что у него нет при себе никакого оружия, даже тех же кунаев, которые он мастерски метал и при случае мог по своему желанию или убить, или ранить противника так, чтобы тот не мог уйти. За деревьями мелькнула фигура, метатель был там и сейчас убегал в сторону дороги, погоня длилась совсем не долго и окончилась ни чем, когда Какаши выскочил из леса на дорогу, там никого не было, вернее он успел увидеть в сгущавшихся сумерках, как от кромки леса, резко взвизгнув шинами по асфальту, умчался автомобиль, тут же влившийся в поток машин, что ехали по дороге. Надо же какой предусмотрительный, это значит машина ждала его открытая и с не заглушенным мотором. Чертыхаясь, Какаши пошел обратно, не стоило оставлять Сакуру на долго одну, больше всего его беспокоило то, что он готов был поклясться чем угодно, но когда на доли секунды убегавший повернулся к нему, ему показалось, что в нём было что-то от его давно умершего друга. Так мог бы выглядеть Обито, если бы был жив. Девушка стояла у ствола, в который впился сюрикен, смотрела на него широко открытыми глазами и готова была вот-вот расплакаться. - Меня хотели убить, да? - не поворачиваясь, спросила она у сенсея. - Одного из нас, - уклончиво уточнил он, доставая из кармана тонкую матерчатую перчатку и надевая её на руку. На сюрикене вполне могли бы остаться отпечатки пальцев несостоявшегося убийцы. - У тебя есть враги? - спросил он, осторожно вытягивая железку из древесины. - Таких, кто хотел бы убить - нет. Ну бывший парень, конечно, частенько говорил, что меня убить мало, но не думаю, что он пошел бы на такое. - А у меня есть пара - тройка, надо бы конечно и их тоже проверить. - Г-говорят, что преступники часто приходят на место преступления. - всё ещё не оправившись и слегка заикаясь, сказала Сакура. - Есть такое, - неохотно подтвердил мужчина, - Но видишь ли в чём дело, из двух трупов ни на одном не было следов метательных орудий. Вроде как не типично для него. - Так то были его настоящие жертвы, а мы так - случайные, мог и изменить тактику, например испугался или не ожидал нас тут увидеть. - Мог, пошли-ка увезём эту штуку экспертам. Может хоть что-то удастся выжать из неё. С этим словами Какаши убрал сюрикен в бумажный пакет, следя, чтобы случайно не оставить на нём отпечатков, и пошел из леса по направлению к дороге. На Токио опускалась вечерняя тьма, и в месте с тем дальнейшее пребывание в лесу становилось ещё более опасным.