Найди меня, если сможешь ("Тень огня" часть 1)

//не бечено Как и предполагал Какаши, клиника для душевнобольных расположилась за городом, тем, кто тут лечился, городской шум и суета только вредили. Территория больницы со всех сторон была обнесена высоким забором и для полного счастья сверху по забору тянулись мотки колючей проволоки, въезд только по пропускам и то на въезде и выезде для начала проводился досмотр автомобиля, не везешь ли случаем на территорию лечебницы что-нибудь запрещённого. Но он не был новичком в своём деле, да и связи, приобретённые за годы работы тоже, порой, бывали полезны. Один звоночек старой знакомой, которую однажды он вытащил из очень неприятной ситуации и Анко Митараши, работавшая в редакции одной столичной газеты и уже через час он получил удостоверение журналиста и несколько советов как не расколоться на первых же минутах "интервью". По легенде он журналист, желающий осветить в статье особенности содержания и ухода за пациентами с психическими заболеваниями. Остановившись перед главными воротами в клинику, Какаши достал удостоверение и опустил стекло, тут же к нему подошел молчаливый бугай, кобура из которой виднелась ручка револьвера, как бы говорила сама за себя, что этот человек настроен очень решительно. Проверив удостоверение, он кивнул головой и ушел в будку, где находился его пост, створки ворот медленно разъехались в стороны, пропуская автомобиль на территорию. Прямо за воротами располагалась стоянка для машин, Какаши припарковался и вышел на улицу, не забыв повесить на шею пластиковую карточку - удостоверение и захватить блокнот и ручку, использовать звукозаписывающие устройства тут было строго на строго запрещено. К нему тут же подошел молодой человек в белом медицинском халате. - Здравствуйте! Вы должно быть Хатаке Какаши - журналист? Мне только что доложили, что вы прибыли, это так удивительно, что нашей работой интересуются, обычно все считают, что мы тут не лечением занимаемся, а только издеваемся над нашими больными. Верите ли люди до сих пор считают, что у нас в ходу смирительные рубашки! Ах, да, я же не представился - Микаэль Шварц, у меня отец был немец, а мать японка, вот я и получил внешность от матери, а имя от отца, странное сочетание не правда ли? Мужчина говорил без умолку, Какаши не успевал переключаться с одной темы на другую, хотя, с другой стороны это было ему даже на руку - такого собеседника только и надо, что вовремя повернуть в нужную сторону. Наконец, заметив, что слегка ошарашил посетителя, доктор Шварц на секунду умолк, но тут же продолжил: - Я имею дурную привычку много разговаривать, вы не стесняйтесь и останавливайте меня когда нужно. - Конечно, ничего страшного я как раз и пришел сюда для того, чтобы вы мне рассказали о вашей клинике и ваших пациентах. - Ну о пациентах я вам рассказать не могу, сами понимаете - врачебная тайна. - Конечно понимаю, но я же не прошу имён и личных данных, можно в общих чертах. - В общих чертах это ладно, но давайте сначала пройдёмся по территории клиники, у нас есть прогулочный сад, небольшой огород. где наши пациенты в рамках программы реабилитации могут ухаживать за растениями, спортивный уголок - если у человека психическое заболевание то это не значит, что он не нуждается в банальной физической нагрузке и ещё много что. Сейчас мы с вами быстренько пробежимся и посмотрим всё самое интересное.

***

Два часа спустя, порядком вымотанный и одуревший от непрекращающегося потока информации, Какаши разглядывал выставку изделий пациентов. Тут предлагалось всё разнообразие ручного труда: желающие могли выпиливать, рисовать, заниматься скульптурой, оригами, вышивкой и вязанием. Кто не умел, могли подойти к педагогам-психотерапевтам, в чьи задачи входило наблюдение за творческим процессом и при необходимости помощь. На стенах небольшого зала висели акварельные и масляные полотна, некоторые из них были вполне даже ничего, зато другие напоминали мазню трёхлетнего ребёнка, только выполненную тёмными красками и в крайне агрессивной манере. Глядя как гость рассматривает картины, доктор Шварц заметил: - Вы не поверите какие демоны могут таиться в душе того или иного человека, вот взгляните сюда - это умиротворяющий пейзаж, написанный в несколько примитивной манере, но всё равно сюжет легко узнаваем, нарисован тем же пациентом, который буквально через два месяца после пейзажа нарисовал вот это. - он указал на полотно, почти сплошь покрытое чёрными и красными ломанными линиями и мазками краски. Действительно, сложно было догадаться, что две, столь разные вещи, мог нарисовать один и тот же человек. Тем временем Какаши понял, что не зря сюда приехал и два часа беспрестанного трёпа, который ему пришлось выслушать - того явно стоили, на полочках стояли и лежали фигурки, выпиленные из дерева и среди них облачко, выкрашенное в красный цвет и покрытое лаком. - А вот это облачко, его тоже делал ваш пациент? - как бы невзначай спросил Какаши. Доктор Шварц замялся, потом ответил: - Если быть точнее - наш бывший пациент, уже почти год как он тут не лечится. Из категории "сложных", попал сюда много лет назад после того как жестоко убил девушку, отказавшуюся с ним встречаться. Умел производить хорошее впечатление, был благожелательным и спокойным, часто помогал сотрудникам ухаживать за другими пациентами. В свободное время много читал, любил рисовать такие вот красные облака, их же выпиливал из дерева. Каждое такое облако выпиливал долго и упорно, тщательно шкурил, покрывал краской, потом лаком, большая их часть хранилась у него в комнате, мы знаете ли не любим слово "палата", у нас тут - комнаты, так вот облака хранил в комнате, еле-еле мы выпросили одно для выставки. - Но вы говорите, что он был "сложным"? - Лживый и умелый актёр. Нельзя верить ни единому его слову, к сожалению, мы слишком поздно поняли это. Ненадолго Шварц замолчал, словно что-то вспоминая, потом снова посмотрел на Какаши: - А давайте-ка я покажу вам спортивный уголок!

***

Из клиники Какаши вышел только под вечер, хотелось хоть немного тишины после нескольких часов общения с доктором Шварцем, даже ему - психически здоровому, и то было сложно вынести этого человека, а уж каково тем, кто там лечиться он не хотел даже думать. Однако, время он потратил не зря, как минимум он узнал, что это облако имеет непосредственное отношение к Обито Учиха, теперь осталось доказать его причастность к убийствам и по возможности упрятать этого психопата подальше от общества и по возможности в этот раз навсегда. Он включил телефон, конечно же там было несколько десятков пропущенных вызовов, ему звонили Сакура, Цунаде, Гай, зачем-то соседка по квартире, у которой был его телефон на всякий экстренный случай и один звонок из химчистки, куда он отдавал в чистку своё осеннее пальто. Химчистка точно могла подождать, звонить Цунаде и Гаю сейчас он тоже не станет, только не хватало выслушивать сейчас от них нравоучения, на разговор с Сакурой у него тоже не было никаких сил, а вот выяснить, для чего его искала соседка, пожалуй, что стоило. Включив связь, Какаши принялся ждать когда пожилая женщина возьмёт трубку. - Алло. По позвоночнику мужчины поползли мурашки, грубый мужской голос ну уж точно не мог принадлежать пожилой госпоже Наручико. - Обито, что ты творишь? - прошипел Какаши. - Значит, догадался? Сначала упекли меня на добрый десяток лет в психиатрическую клинику, а потом спрашивают чего это я. Да, представь себе, что это я, но пойми меня правильно - те женщины, их не надо жалеть, это были дешевые шлюхи, готовые лечь с любым, кто позовёт. Это были плохие женщины, без них мир будет чуточку лучше. Ты знаешь, я ведь не собирался заходить так далеко, пока не увидел тебя с этой девкой в лесу. Надо же как по глупому мы с тобой встретились: ты записался в частные детективы и пытаешься поймать меня. Я бы посмеялся над этой шуткой судьбы, но не нахожу её смешной. - Г-д-е г-о-с-п-о-ж-а Н-а-р-у-ч-и-к-о? - в плохо скрываемом бешенстве просипел Какаши, произнося каждую букву по отдельности. - Эта старуха? Зачем тебе она? Да не волнуйся ты так, она умерла сразу, даже не поняла, что вообще происходит. А вот твоя девка у меня. Вот скажи мне - зачем она тебе нужна? От женщин одни неприятности, ни одна из них не способна сделать мир лучше, ты же должен это понимать. - Ты болен. Давай договоримся так: ты ничего не делаешь Сакуре, а я отпускаю тебя на все четыре стороны и будь, что будет. - Нет уж, девку твою я не отпущу. Приходи на наше место, там и поговорим, что с ней делать. - На какое, к чертям собачьим "наше место"? - взревел Какаши, уже практически не контролируя свою ярость. - Друг мой, ты меня удивляешь, ты никогда не был столь недогадливым, я же тогда в лесу оставил тебе подсказку где меня искать. Неужели ты до сих пор не догадался? Знаешь, мне кажется,общение с этой девкой плохо сказывается на твоих мозгах, раньше ты был куда сообразительнее. - с сожалением сказал Обито и бросил трубку. Какаши в бешенстве смотрел на телефон из динамика которого раздавались короткие гудки.