Мне не нужен Альфа!

– Поговорим? – спрашивает Антон, а Арсений резко порывается закрыть дверь, но нога альфы не даёт это сделать. – Нам не о чем говорить, – говорит Арсений, всё ещё пытаясь закрыть входную дверь, но Антон держит её уже не только ногой, а ещё и рукой.       Применяя немного силы, открывает её чуть больше, чтобы пройти в квартиру. Попов сдается и отпускает ручку, начинает пятиться назад, тем самым давая проход для альфы. – Думаю, поговорить все-таки стоит, – говорит Антон, медленно вступая в квартиру омеги, – мне тут новости кое-какие рассказали, – закрыв за собой дверь, проговорил он. – Серега. Трепло, – сказал Арсений, складывая руки на груди. – Ну, вообще-то мне Димка позвонил, – чуть улыбнулся Антон. – Вообще-то они мужья, – немного раздраженно ответил Арс. – Чаю нальешь? – спросил Антон. – Обойдёшься, – огрызается Арсений, – хотел поговорить, ну, так говори.       Антон глубоко вздохнул. – В коридоре говорить будем? – уточнил он. – А что, для тебя кровать расстелить? – опять хамит омега, на что Антон закатывает глаза. – Давай хотя бы пройдем на кухню, – предложил альфа. – А тебя туда никто не звал, как и в квартиру в принципе, – фыркает Арсений и идет на кухню.       Антон от злости сжимает кулаки, разувается и идет за омегой. Пытаясь утихомирить свой пыл, чтоб случайно не ответить в том же тоне. Ведь он пришёл с миром, так сказать, а не ругаться.       Арсений стоит, облокотившись о столешницу и всё ещё держа руки на груди, смотрел прямо на альфу. Сам же Антон под взглядом этих холодных голубых океанов чувствовал себя неуютно, хотелось провалиться под землю. Альфа молча садится за стол, складывая руки в замок и кладя их на деревянную поверхность, и начинает рассматривать свои кольца. Арсений наблюдает за ним со стороны и тоже молчит, вернее, ждет, что ему скажет Антон, это же он к нему пришел поговорить. Сам же Антон пытается собрать мысли в кучу и уже сказать хоть что-то. Странно, он так много хотел сказать, пока ехал и поднимался на нужный этаж, но вот Антон увидел этого идеального Арсения, и все мысли как будто улетучились. Ещё пахнет от него так сладко чёрной смородиной, что хочется думать только об этом запахе, и просто быть рядом и всю жизнь дышать только им. Вот альфа поднимает взгляд и натыкается на холодные глаза омеги, сразу же вспоминая, что приехал поговорить, и тут же возвращает свой взгляд на руки.       Попов поднимает глаза на настенные часы и отмечает, что они молчат уже целых пять минут. Пять минут как сидят в полной тишине, и чего-то выжидают. Арсений шумно выдохнул и уже хотел спросить, долго ли они ещё будут молчать, но Антон его опередил. – Прости меня, – сказал он почти шепотом, не поднимая взгляда. – Ч… Что? – Арсений настолько был удивлен, что начал заикаться. – Говорю, прости меня, – повторил Антон уже громче и взглянул в эти удивленные голубые глаза, – прости, что мы перескочили не один десяток свиданий, год совместной жизни, свадьбу, а сразу перешли к детям, – улыбнулся уголками губ Антон. – А кто тебе сказал, что я хотел бы все это? – спросил Арсений серьезно. – А ты бы устоял передо мной? – уже вовсю улыбался Антон так солнечно, что Арс забыл, как дышать, но после вспомнил, что, вообще-то, его ненавидит, и тут же собрался. – Конечно же, да! – ухмыльнулся Арсений, – таких, как ты, только на раз и отшиваю, – улыбка с лица Антона пропала, – я не завожу отношений, от слова совсем. – Ну, может для истинного ты бы сделал исключение? – спросил с надеждой Антон. – Для такого? – с каким-то отвращением сказал Арсений, – нет. «Для такого» – так и звучало эхом в голове у Антона и, что ответить на это, он тоже не знал. Он молчал, медленно перебирал браслеты на руке. Слышал, как шумно выдыхает омега, сидел и будто ждал своего приговора. Арсений понимал, что ответить альфе нечего и внутри ликовал такой маленькой победе, но разговор ещё не закончен, значит, расслабляться рано. – Ну, и что ты сейчас предлагаешь? – спросил Арсений, на что альфа поднял грустный взгляд. – Рожать, – чуть поколебавшись, ответил Антон. – Да, – протянул Попов, – а, может, ещё в загс сходить предложишь, купить дом у моря и жить счастливо? – Было бы неплохо, – прошептал Антон, но Арсений все равно услышал и взорвался. – А ты у девушки своей спросил? – чуть не прокричал Арс, альфа лишь промолчал, и Арсений продолжил, – что, не успел ещё? Ладно, – махнул рукой, – а у меня, блять, спросить, нужен ли ты мне вообще? – Арс даже не давал вставить слово альфе и сам же ответил, – Нет! НЕ НУЖЕН! Как и этот ребенок, блять!       Проговорив это, Арсений стал смотреть в окно и быстро дышать, про себя пытаясь успокоиться. Антон смотрел, не отрываясь, на омегу и отмечал, что он красив даже сейчас, когда был практически в бешенстве и еле контролировал себя. На удивление, альфа был абсолютно спокоен, да, он был в смятении, расстроен и разочарован, но не зол. – Ладно, я не нужен, – начал говорить Антон, а Арс повернулся в его сторону, – но причем здесь ребенок? – Арсений уже открыл рот, чтобы что-то ответить, но альфа ему не дал этого сделать, – он тебе что сделал? Он ведь ни при чем. Этот маленький человечек ни при чем, что ты такой ебанутый на всю голову, крича всем, что тебе не нужен никакой истинный, – глубоко выдохнул Антон, – Ну, вот сделаешь ты аборт, и я исчезну из твоей жизни, и останется у тебя только работа. Через десять лет, возможно, ты переедешь из филиала в главный офис, будешь самым крутым боссом на свете, будет у тебя много денег, а семьи – нет. Будешь приходить в пустую квартиру, где тебя не будет ждать никто, никто не будет бежать тебе на встречу с радостными криками «Папа, папа!», а в старости не будешь нянчить внуков. И на твои похороны придет только лучший друг, если ты, конечно, и с ним не поссоришься. Классно? – Арсению нечего было сказать на этот длинный монолог, и Антон продолжил, – я не заставляю выходить за меня и играть счастливую семью, также не могу заставить тебя не делать аборт, но если ты оставишь НАШЕГО ребенка, я клянусь тебе, что буду помогать, буду, так называемым, воскресным папой, если, конечно, ты позволишь, – Антон встал, достал бумажник, а оттуда свою визитку, и положил её на стол, – если оставишь ребенка, позвони мне. А если нет, то не утруждай себя, – Арсений кивнул, – я буду ждать звонка. Не провожай.       И Антон ушел, через минуту послышался хлопок входной двери, означающий уход альфы из квартиры. Попов медленно поплелся в прихожую, сделал два оборота замка и также медленно пошел на балкон. Ему срочно нужна была сигарета, потому что где-то в середине горла застрял ком.       ***       Больше полночи Арсений не спал, лежал посередине большой кровати, смотрел в потолок, слушал, как на кухне тикают часы, левой рукой поглаживал себя по впалому животу и прокручивал в своей голове слова Антона. Ведь, если так подумать, то, на данный момент, у него есть только работа, и он действительно одинок. У Арсения даже кота нет. Он всегда приходил в пустую квартиру, где его никто не ждал. После работы он не смотрел на часы, засиживался всегда допоздна и не понимал большую часть своих сотрудников, которые быстро убегали из офиса, как только стрелки часов показывали шесть вечера. А вот сейчас задумался, наверное, они бегут домой, где их ждут с вкусным ужином и с теплыми объятиями, вот только Арсений никогда и никуда не торопился. Раньше его все устраивало, а вот сейчас он уже не был ни в чем уверен. Все хотят семьи, все хотят, чтобы их любили, что омеги, что альфы, даже беты, и те семьи заводят. Может, с ним что-то не так, может, Арсений какой-то неправильный. Он все думал и думал, пока усталость не взяла свое, и мозг просто не отключился.       ***       Проходит несколько дней, сколько конкретно, Арсений не знает, потому что из своей квартиры он не выходит, и все дни у него смешались в один. Он все ещё ничего, кроме крекеров, не ест, все так же смотрит бесполезные передачи по тв и пытается работать. Но выходит не очень, так как он часто отвлекается и не может ни на чем сосредоточиться. Вот и сегодня сидит он напротив телевизора, жует крекер и смотрит один из тысячи сериалов, пока на всю квартиру не раздается звонок в дверь. Попов медленно идет открывать дверь. – Кто? – в этот раз спросил Арсений перед тем, как открыть. – Муж твоего лучшего друга, – послышался знакомый голос по ту строну двери.       Арсений быстро открывает дверь и видит, что на пороге стоит Дима. – Дима? – удивился Арсений. – А ты знаешь ещё каких-то мужей Матвиенко? – уточняет гость, – впустишь? – Да, конечно, проходи, – пропускает его в квартиру Арсений, – какими судьбами?       Арсений закрыл дверь, пока Дима разувался. – Поговорим? – вопросом на вопрос отвечает Дима, на что Арс кивает. – Пойдем на кухню, – предложил Арс и сразу же пошел в нужном направлении, за ним пошел и Дима. – Я тебе яблочки принес, – сказал Дима, кладя их на стол, – тебя же от них не тошнит? – Не знаю, – отвечает Арсений, – чай будешь? – Не откажусь, – ответил он, присаживаясь за стол. – Я правильно понимаю, ты в курсе всех дел, – уточнил Арс, включая чайник. – Именно, – ответил Дима. – Зеленый или черный? – спрашивает хозяин, доставая кружку. – Зеленый, если можно, – отвечает Дима.       Арсений заваривает чай для своего нежданного гостя, а Дима молча ждет, пока Арс закончит и сядет за стол, чтоб начать разговор и смотреть прямо в глаза собеседнику. Попов ставит чашку с зеленым чаем, от которой поднимается пар, прям напротив Димы, моет яблоки и так же ставит их на стол, затем садится напротив него. – Извини, у меня к чаю ничего нет, – говорит Арсений. – Ничего страшного, – отвечает Дима, – Ничем не хочешь поделиться? – Да ты и так все знаешь, – пожимает плечами Арсений, берет нож и яблоко и начинает его чистить. – Хотелось бы услышать эту историю с твоей стороны, так сказать, – сказал Дима, делает пару глотков из кружки, а Арсений молчит, – Давай, я расскажу, а ты, если что, поправишь, – получив молчаливое согласие от хозяина квартиры, он продолжал, – Ты забеременел от своей истинной пары, в лице моего друга, Антона, и хочешь сделать аборт, потому что, как я понял, тебе не нужен ни альфа, ни ребенок. Так? – Так, – на выдохе подтвердил Арсений. – Давай, поговорим как омега с омегой? – решил зайти с другого конца Дима. – А до этого мы как разговаривали? – уточнил Арсений, разрезая яблоки на дольки. – Как приятели, – ответил Дима. – Ну, давай, как омеги, – подтвердил Арсений, откусывая небольшой кусок от дольки яблока, отмечая, что оно кисленькое, и его не тошнит. – У тебя были отношения с альфами? – спрашивает Дима. – Это имеет значение? – пытается уйти от ответа Арс. – Значит, нет, – говорит Поз, как будто для себя, – Неужели ты никогда не хотел почувствовать себя нужным для кого-нибудь, или же чувствовать заботу, нежность и, конечно, чувствовать себя любимым? – Арсений не знал, что ответить, – неужели ты не хотел бы чувствовать себя настоящей омегой, а не строить из себя крутого директора.       Арсений глубоко вдохнул, как он мог ответить на это, если он просто не знал, что такое быть омегой под защитой альфы. Не знал, что такое, когда о нем заботятся, когда, черт побери, его любят. Задумавшись об этом, он погрустнел. Дима был слишком умен, чтоб не понять, почему голубые глаза наполнены грустью. Он аккуратно накрыл своей ладонью ладонь Арсения, которая лежала на столе, чуть сжимая и возвращая его из своих раздумий. Голубые глаза встречаются с карими. – Все будет хорошо, – говорит Дима, чуть улыбаясь, Арсений лишь кивнул.       Проходит время, и Арсений успокаивается, вовсю жует яблоки, пока Поз что-то читает в телефоне. – Яблоки, вижу, понравились? – спросил Дима, блокируя телефон. – Да, – улыбается Арс, – спасибо большое. – Не за что, – отвечает Дима, – а в какую ты больницу ездил? – В частную, «Доктор+» – отвечает Арс, откусывая яблоко, – а что? – А тебя что-нибудь спрашивали про истинного? – игнорирует вопрос Дима. – Ну да, что-то спрашивали, – ответил Арсений, – я ответил, что, мол, ребенок не от истинного, ну, я тогда не знал, что Антон мой истинный. – Тогда понятно, – отвечает Дима, опять утыкаясь в телефон. – Что-то не так? – беспокоился Арсений. – Просто, если омега хочет сделать аборт, а ребенок от истинного, – начал отвечать Дима, – то они не могут этого сделать без письменного разрешения альфы, – проговорив это, Дима показал телефон, на экране которого была статья, – вот. Арсений начал читать, когда Поз добавил. – А в другой статье сказано, что если делать аборт после 30, скорее всего, детей потом не будет, – Арсений поднял взгляд на Диму, – просто информация. – Ясно, – отвечает Арс, отодвигая телефон от себя.       ***       Дима ушел через полчаса, оставив Арсения со своими мыслями наедине. Он ходил из одной комнаты в другую и убирал разбросанные вещи. Опять пытаясь себя отвлечь от собственных мыслей, и опять получалось не очень. Где-то час он убирался в квартире, потом принял душ, оделся, сел в машину и поехал в больницу. Пока он ехал, стоял в пробке, сидел в очереди, не был уверен, что поступает правильно. А вот когда зашел в кабинет к врачу, понял, что назад дороги нет. – Добрый день, – сказал Арсений, стоя у двери. – Здравствуйте, Арсений, – удивленно посмотрел врач, – мы же должны с вами встретиться только через неделю. – Да, – сказал Арсений, присаживаясь на стул, – но тут такое дело, я передумал. Я не хочу делать аборт. – Это очень хорошо, – улыбнулся врач, – подождите минуту, – врач начал что-то вбивать в компьютере, а когда закончил, сказал, – так, я все отменил и записал Вас на УЗИ через три недели, в тот же день и консультация. Сейчас что-то беспокоит? – Меня тошнит постоянно, – ответил Арсений. – Это нормально, – ответил врач, – исключите алкоголь, сигареты, вредную пищу и как можно меньше нервничайте. Больше спите, гуляйте на свежем воздухе. – Хорошо, – ответил Арсений. – Ещё пропишу Вам витамины, – добавляет врач.       ***       Арсений сидит в машине на парковке больницы и держит в руках визитку. «Менеджер по продажам. Антон Шастун» – написано на маленькой бумажке, а сзади номер телефона. Арс набирает этот номер, выдыхает и нажимает на вызов. – Да, – послышался голос альфы. – Привет, Антон, – начал Попов, – это Арсений. – Что-то случилось? – спрашивает он. – Почти, – мямлит Арс, – я не буду делать аборт, – наконец-то выдаёт он.