Самая яркая звезда

      Они встретились на одной из вечеринок, устроенной очередным толстосумом.       Шикарный дом, напичканный антикварными вещицами; лимузины, плавной змейкой струящиеся по подъездной дорожке; богато одетые мужчины, обсуждающие какие-то дико выгодные сделки, дымящие кубинскими сигарами; элегантные дамы, демонстрирующие свои дорогостоящие безделушки; официанты, мельтешившие повсюду, разнося в хрустальных бокалах шампанское, стоимостью в половину её квартиры. Она была рада попасть на эту работу, ведь обещали заплатить столько, что хватит на месяц проживания.       Она подошла к нему, предлагая угоститься шампанским, а он попросил апельсиновый сок. «Странный, — подумалось ей. — Все торопятся скорее опустошить запасы алкоголя и набить брюхо подготовленной провизией, а он в стороне сидит, книгу читает».       Она поставила напиток на рядом стоящий кофейный столик и поспешила удалиться, но он оторвал свой бегающий взгляд от книги и спросил: — Почему вы работаете здесь?       Одним из пунктов её договора был запрет на общение с гостями, и она, прошептав еле слышное: «Простите», отправилась обхаживать богатеев-зазнаек.        Последние гости покинули особняк далеко за полночь, с их отбытием завершилась и её работа.       Она неспешно брела по тротуару, не позволяя себе раскошелиться на такси. Ноги безбожно ныли, а глаза смыкались от усталости. Путь предстоял неблизкий, но она привыкла к таким прогулкам.       Глядя на причудливые узоры рассыпанных по небу звёзд, она не сразу заметила ехавший за ней лимузин. Девушка остановилась, всматриваясь в затемнённое окно, будто в этом был толк. Стекло медленно поплыло вниз, и она увидела его — чудака, просидевшего весь вечер с книжкой в руках. — Простите мистер, вам что-то угодно? —несмело, полушёпотом произнесла она. — Могу ли я подвезти вас? —  послышалось из салона.        Она отказалась: негоже разъезжать одинокой даме с незнакомцами. Тогда он предложил проводить её, и она согласилась. Он вышел из автомобиля, и теперь они вместе шли под звёздным небом, не обращая внимания на плетущуюся за ними машину.        Весь путь они провели в беседе. Говорили о красоте ночи и созвездиях, украшающих почти чёрное небо; о радующей слух песне ночных цикад; о тёплом ветре, нежно ласкающем кожу, и о том, откуда он прилетел. Она утопала в его глазах, словно в воронке в кружке с кофе, и не понимала, что же мог забыть он там, в столь прогнившем и отвратном обществе, интересующемся лишь шелестом зелёных купюр.        В дороге они провели больше часа, но для обоих это время пронеслось незаметно. Попрощавшись с молодым мужчиной, девушка поднялась в свою квартиру, и лишь когда она захлопнула за собой дверь, поняла, что даже не знает имени незнакомца.        Следующие полгода своей жизни она не видела ничего, кроме работы и дома, и это был очередной заказ на обслуживание вечеринки, на которую волей случая выпала её смена. Дом заказчика выглядел менее помпезно, чем те, в которых ей довелось побывать, но от этого он не выглядел хуже, наоборот, он показался ей очень тёплым и уютным.       Это был юбилей милой женщины, на который собралось не так много гостей, но приглашённые люди были весьма учтивыми, и за весь вечер никто даже и слова грубого не сказал обслуге, что являлось большой редкостью.        Выходя с хозяйской кухни нагруженная полными подносами с провизией, она услышала песню, а затем и исполнявшего её. Это был он, тот незнакомец. Она остановилась сбоку от него, не смея пошевелиться.       Завершив песню, он тепло обнял юбиляршу, затем повернулся и увидел её. Заметив на себе его взгляд, девушка будто оттаяла и, опустив глаза, вернулась к работе.        Они пересекались ещё несколько раз в этот вечер, но он не смел заговорить с ней, зная про пункт о запрете в договоре.       Вечер близился к своему завершению, и она, уже переодевшись, собиралась покидать этот милый дом, но один из работников оповестил её о премиальных, которые хозяева любезно захотели преподнести наемным за отличную работу. Поднявшись на второй этаж, девушка робко постучала в дверь кабинета и тут же вошла.       За столом сидел он. Улыбнувшись, мужчина попросил присесть напротив, что она и сделала. Он достал конверт из верхнего ящика стола и протянул ей, она робко приняла его в свои руки и поднялась со стула, не забыв поблагодарить его. Она ещё не успела покинуть кабинет, как он предложил её подвезти. Она ответила согласием.        По дороге к её дому они наконец-то познакомились. Она узнала что незнакомца зовут Майкл, а он узнал её имя — Ребби. Ей было неловко ехать в столь дорогой машине, на которую она, при всём своём желании, не скопит и за всю свою жизнь. Он ощущал её неловкость и пытался разговорить её на любые отстраненные темы, что ему и удалось. Прощаясь возле дома, он осмелился спросить номер её домашнего телефона, и она дала его, написав на клочке бумаги, найденном в дамской сумочке.       Звонка не последовало ни через неделю, ни через две. Она особо и не ждала, хотя и надеялась. Погрузившись в работу, она не заметила, как прошел ещё один год.       Как-то под утро, возвращаясь с работы, девушка увидела возле своего дома дорогую для этих бандитских районов машину, но, опустив голову, продолжила путь. — Ребби! — девушка обернулась на оклик своего имени и увидела его. Майкл вышел из авто и, оглядываясь по сторонам, направился в её сторону.        Он обнял её так, как будто они знакомы всю жизнь и являются закоренелыми друзьями, и она смутилась от этого действия. Майкл рассказал, что потерял её номер и поэтому не звонил. Следующее его действие повергло девушку в шок — он взял её руку в свою и попросил стать его женой. Она взглянула в его глаза и ответила отказом, от чего в глазах Майкла словно погас огонёк. Ни слова не сказав, он выпустил её руку и отправился к своей машине, оставив на память лишь бархатную коробочку в крохотной ладони.        На негнущихся ногах она добралась до дома, удерживая в глазах непролитые слёзы. Ребби была уверена в правильности своего ответа. «Где он, а где я? — думала она. — Майклу, с его огромным материальным состоянием, нужна подходящая девушка рядом, а не брошенка без рода и племени».        В её жизни он больше не появлялся, а она всё также продолжала работать за те гроши, которых едва хватало на жизнь, а, точнее, на выживание. Спустя несколько лет она узнала в популярном певце своего Майкла, но не жалела о своём выборе — она ему не пара.       Она была счастлива за него, узнав о покупке ранчо, разглядывая фотографии в новостной газете. Она лила слёзы, узнав о проклятых, извращённых обвинениях, и приезжала к воротам «Неверленда», сливаясь с толпой поклонников. Она улыбалась его женитьбе на Лисе, моля Бога о вечном счастье для Майкла. Узнав о появлении наследников, хотя уже и от второй жены, она молила о здоровье для всей четы Джексонов.       Она любила его.        Ребби никогда не слышала его пения, не считая юбилея его матери. Узнав, что на тридцатилетие своей карьеры он даст концерты, женщина заняла денег, хотя их хватило лишь на самый дешевый билет, и приобрела его.        Надев лучший свой наряд, Ребби прибыла по нужному адресу. С её места сложно было что-то увидеть, но зато она слышала. Слышала его голос, от чего сердце билось как заведённое. Несмотря на свой возраст, Майкл до сих пор двигался как тот парнишка, каким она его знала. Она смотрела на него, и не важно, пусть хоть так, издалека, и слёзы лились градом из её очей.       Следующая её встреча с ним произошла отнюдь не по радостному поводу. «За что? — обращалась она к Господу. — Неужели я мало молюсь за него? Посмотри!» — показывала она на свои стертые колени: «Посмотри! Оставь его в покое!»       Она каждый день приезжала к зданию суда, теряясь в толпе людей. Каждый день молила Господа пощадить его, дать благословения. Каждый день проливала слёзы, стоя за ограждением, а вечерами, тратя последние отложенные деньги, неслась к воротам «Неверленда».       Смотря на него, еле идущего к зданию суда, она умирала, прося всевышнего забрать её никчёмную жизнь, взамен на его свободу.        Когда всё закончилось, и Майкла признали невиновным, она выдохнула, впервые за последнее время почувствовав себя живой, и позволила купить себе бутылочку красного вина. Она пила вино и разглядывала свою руку, на безымянном пальце которой, красовалось давным-давно подаренное ей кольцо.       После оглашения оправдательного вердикта он пропал, исчез, сгинул — как угодно. Честно говоря, она чувствовала, что он в порядке. « Наконец-то он свободен», — думала она, продолжая ходить на работу, выполняя её за сущие гроши.       Ребби находилась на работе в тот день, когда узнала о его последнем туре. Она убирала в хозяйской комнате, когда дочь хозяина дома, в котором она работала, вбежала, с требованием купить ей билет на шоу. Тряпка для мытья пола выскользнула из её рук от услышанного, и она поторопилась закончить всю работу, в желании быстрее очутиться дома, дабы узнать обо всем подробнее.       У неё не было таких денег, чтобы попасть на его последние концерты, но она отчаянно откладывала, ущемляя себя в еде и беря дополнительную работу.       В тот день она, сама того не понимая, одела кольцо, подаренное им, и отправилась выполнять свой служебный долг. Денег она так и не накопила, да и билеты были распроданы за какие-то считанные часы. Кажется, она протирала пыль, когда услышала о чудовищной новости, о его смерти. До этого уже были извещения о его смерти, но в этот раз казалось всё куда правдивее. Ребби, бросив все дела, отправилась к больнице, название которой повторялось во всех новостях.        Тысячи поклонников, цветы, игрушки, плакаты, свечи — первое что она увидела, и увиденное заставило сердце учащенно биться. Она присела на асфальт и слушала его голос, доносящийся из колонок приемника, принесённого одним из фанатов.        Дальше как во сне: подтверждение его смерти старшим братом, слёзы сквозь гортанный крик, его песни и… тишина…        В себя она не приходила с того самого дня. Дорога на работу была давным-давно забыта, неоплаченные счета стопкой копились на столике в её крохотной квартирке. Ребби забыла вкус еды, лишь иногда пила воду из-под крана. Она просто сидела и смотрела на отблеск бриллианта, обрамлённый золотом помолвочного кольца.       Кажется, она даже не заметила того, как оказалась на улице, в повидавшем виды платье, без гроша в кармане.       «Старуха с косой» пришла за ней в одну из ночей пребывания на промозглой улице. Ей не было больно, она улыбалась, прижимая к себе колечко, бережно хранящееся в кармашке платья, у самого сердца. Кажется, что и в кромешной тьме Ребби видела его сияние, точно такое же, как в небе, на котором самая яркая звезда, сияя, звала её к себе.