Осколочное явление

— Иди нахуй, Хенджин, — голос человека сменился гудками. «Иди нахуй, Хенджин» — слышит Хван от Ли Минхо чуть ли не каждый день по нескольку раз. Никакого разнообразия. Вяло вздохнув, Хенджин завел внедорожник, выезжая с парковки около своего офиса и направляясь в неизвестном направлении. Элитарный район сменился частью города обыкновенных. Без всяких указателей и табличек, отличия были на лицо: высотки и небоскребы сменились кирпичными и панельными пяти-шестиэтажными сооружениями, красивые названия улиц сменились больше на карикатурные слова; на смену пестрой и бурной оживленности пришел сброд людских компаний, беззаботно слоняющихся туда-сюда без какой-либо цели, в следующем квартале посреди тротуара лежал труп женщины, над которым столпились стражи правопорядка. Смотря на данную анархию, парень за рулем подметил тот факт, что родиться среди элитарных — большая удача. Атлантида являлась одной из семи последних городов, которые строились на руинах Земли, пережившей апокалипсис. Тысячи метеоритов обрушились на планету, оставив в целости некоторые части земли, где сейчас люди в поте лица делали все возможное по воссозданию Земли. Точнее, делали вид, что восстанавливают. Планета пережила конец света, но планету добьют люди. После катастрофы прошло 50 лет. Люди сделали видимость того, что, после апокалипсиса, им удалось сохранить и улучшить уцелевшую часть планеты. Если углубляться в подробности, и прожить от силы в Атлантиде месяц, сразу станет понятно, что это только оболочка. Кому пытаются доказать, что они не сломлены — не известно. Все случившееся пятьдесят лет назад люди трактуют по-разному: кто-то считает это вторым шансом для планеты, кто-то считает Божьей карой, кто-то свято верит, что они посланники с небес. Фарс. Изначально существовало тридцать три клана, но с годами число уменьшалось в разы. Кто-то, зная наперед исход всего, кончал жизнь самоубийством, кто-то убивал лидеров других кланов за право главенства Атлантидой. Спустя время после кровопролитных междоусобиц, шестнадцать выживших кланов создали альянс по восстановлению одного из последних целых городов. Теперь каждый месяц представители, оставшихся к этому моменту, тринадцати кланов встречаются на территории того или иного представительного офиса, кому принадлежит данная территория. Хенджин не помнит ни свою мать, ни своего отца. Молодой человек занял главенство компании Хван (как ему объяснили) еще с пеленок. Взрослые решили уйти из жизни, чтобы все обязанности и тяготы существования в Атлантиде легли на плечи ребенка. Так поступали зачастую старые представители элитарной касты, вешая на детей ответственность за продолжение рода и восстановления мира после катастрофы. Юный господин Хван искренне верил, что новому поколению, в котором полно здравомыслящих молодых умов, удастся с всенародной силой восстановить хотя бы эту часть планеты. Нынешний же Хенджин знает, что планета сгниет. В людях не осталось ничего святого, и он стал таким же. Духовно опустошенным с физиологическими потребностями и без надежды в светлое будущее, которое если и наступит — его безжалостно разрушат другие люди. Атлантида действительно достояние Земли после катастрофы, так как остальные объекты восстанавливаются в разы медленнее. Жители других городов наивно рвутся сюда за лучшей жизнью и по началу им это дают. Здесь намного меньше(на первый взгляд) преступности, наркоторговли, черного рынка и сбыта оружия, но об Атлантиде ходит множество слухов, которые принимают больше за сказки. Атлантида — город похоти и разврата, здесь первыми сгинут те, которые не будут вертеться ради выживания в прямом смысле этого слова. Знающие богачи из других городов едут сюда, чтобы снять себе первоклассную шлюху или поиграть в русскую рулетку без каких-либо последствий. За деньги всегда и везде приветствуется все. В районе обыкновенных, если захочется, можно найти целый букет винерических заболеваний, которые еще попробуй вылечить, но сейчас вылечиться от СПИДа и ВИЧа возможно, однако все упирается в деньги. Родиться у обыкновенных без таланта — считай лучше не жить. В лучшем случае — проституция, в худшем — подопытная крыса. Везде бывают темные стороны. Единственным плюсом Атлантиды, скорее всего, является то, что им не надо переживать по поводу деторождения, так как элитарные доктора создали лабораторию по искусственному выращиванию эмбрионов, которые после становятся жизнеспособными организмами и имеют естественный процесс рождения. Теперь женщины могут спокойно кричать о своих правах феминистки, потому что больше нет обязанности воспроизводить потомство, за это все сделала новейшая медицина. Главной загадкой нынешнего века остается то, что люди по той или иной причине гибнут от любви. Стихийное бедствие это или последствия чумы никто не может точно ответить. Знают одно — никому и никогда не говори о своих чувствах вслух : « Я люблю тебя ». Любовь убивает изнутри. Медленно. Болезненно. Безвозвратно. « Люблю тебя » — звучит, как проклятие, которое накликает стопроцентную смерть. Врачи долго бьются над решеним и лечением специфического диагноза «влюбленность» , но ничего толкового не выходит до сих пор. Выходом из этой проблемы — молчать о своих чувствах. « Если взаимно, то вы это почувствуете без лишних слов », — пожимают плечами медики. Как понять в этом шатком мире? Даже дружба здесь какая-то неправильная, опасливая и лживая. Найти здесь настоящего друга, а тем более компанию — шанс на миллион. Серьезные отношения стараются не заводить — себе дороже. Светлые помыслы и чувства призрачно витают в воздухе, и схватив ты их ртом — заражаешься. За долгие годы существования с данной болезнью, люди кое-как научились избегать данной темы. Браки разваливаются на глазах, потому что не так поняли в молодости, это была не любовь. Перепутали. Ошиблись. В итоге — сломанная судьба. Атлантида — город несчастных и разбитых людей с изуродованными судьбами, у которых отсутствует главный смысл жизни — любить и быть любимыми, довольствуясь мимолетными и частыми физическими влечениями.

× × × × ×

— Мне надоело, что ты приходишь и трахаешь меня, без привета и ответа, я тебе друг, а не шлюха! — из темноты, волосы парня были отчетливо видны от уличных фонарей, свет которых попадал в комнату и подчеркивал белокурые пряди. Хенджин разглядывал белый потолок, ничем не прекрываясь. В комнате душно после жаркого секса, дыхание двоих до конца не восстановилось. Парень, который высказывал свое недовольство на повышенных тонах, все никак не мог найти место поудобнее. В конечном счете забив на все и усевшись на край постели, тот прикрыл только интимные части тела. — Мне надоело, что ты пмсишь, но я же молчу. Романтики захотел? — Хенджин перевел задумчивый взгляд на друга, слегка морщась от запаха табака. — Нет, но можно же по-человечески себя вести, — не волнуясь о наличии Хвана в комнате, и что вообще лучше бы открыть окно, светловолосый закурил прямо в кровати и стряхивал пепел в пепельницу под ногами. — Может, мне тебе завтрак, обед и ужин приготовить еще? — усмехнулся Хван, все-таки отбирая у парня сигарету и туша ее, — не зазнавайся, Джисон. —Это ты оборзел, — расфокусированно разглядывая привычный вид за окном, Хан пренебрежительно глянул на парня, — Какой дрянью вы вообще занимаетесь на работе, если так бессовестно тратите свое время попусту? Я тебя в своем районе вижу чаще, чем в школе на уроках наблюдал. — Не твое дело, у нас как раз-таки сбор представителей скоро, — Хенджину всегда нравилось, когда Джисон между разговором упоминал школу, и все, что с ней связано. Было неплохое время, — нравится мне твоя задница. У Минхо я уже все вдоль и поперек изучил, не интересно. Хан на мгновение завис в одном положении, через секунду меняя угол сидения. Якобы ничего не произошло. Якобы он не слышал о Ли Ноу и не сжал оставшуюся пачку. — Вот так ты теперь школьных друзей используешь? — Говорю же тебе — не зазнавайся, — Хенджин потянул Сона за оголенные плечи назад, впечатывая спиной в свою грудь, — ты не из нашей касты, но каким-то чудом попал в нашу школу. — Какой ты урод все-таки, Хван Хенджин. — Оглянись вокруг, — смотреть особо не куда в квартире Хана, но воображение неплохая вещь, — хочешь жить - умей вертеться. Тебе ли не знать. Так что, идем завтра в кино? — Пошел ты, — глянув через плечо, Сон возмущенно сощурил глаза, быстро толкая Хвана обратно на постель, — только еще Минхо позовем.