Ты так просто не уйдёшь

      Мир вокруг Тони рухнул, оставляя её в темноте. Девушку затрясло. Она попыталась ущипнуть себя, чтобы проснуться, но это не помогало. Она продолжала оттягивать кожу, пытаясь причинить себе боль и проснуться, но это не был сон. — Прекрати! — закричала проснувшаяся Шерил, хватая Тони за руку. — Что с тобой? Ты так себе синяков наставишь. — Приснился кошмар, — ложь казалась хорошим выходом, чтобы не пугать беременную девушку. — Мне нужно бежать. — Передай Алекс от меня привет, — от этих слов сердце Топаз сжалось.       Тони выбежала из больницы, на бегу выуживая из сумки ключи от машины. Правда, она боялась, что в таком состоянии не сможет нормально вести. Она уговаривала себя, что это не они. Ведь она сейчас идёт на опознание. Зачем опознавать того, у кого есть документы? Дрожащими руками Тони вставила ключ и завела машину. Такого страха она ещё никогда не испытывала.       Только проехав уже около километра, Тони поняла, что понятия не имеет, где находится морг. Она остановилась и зашла в гугл карты. Всё это время она ехала в противоположном от нужного здания направлении, а теперь повернуть можно только через семьсот метров. Чертыхаясь, девушка выстроила маршрут и теперь точно ехала в нужное место. Интересно, слышит ли кто-то сейчас её отчаянные молитвы, её мольбы, чтобы Алекс оказалось жива? Ещё никогда она так сердечно и искренне не молилась, как сейчас.       Тони наконец добралась до морга. Она вышла из машины и на негнущихся ногах и поплелась внутрь. В нос ударила ужасная смесь запахов формальдегида, хлорки, антисептиков и смерти. — Антуанетта Топаз? — позвал мужской голос. — Д-да, — девушка дрожала. — Пойдёмте со мной.       Мужчина лет тридцати пяти со светлыми волосами и серьёзными чертами лица повёл Тони по бесконечной веренице коридоров. Девушка с трудом держалась на ногах. — Это несомненно мисс Роббинс и мистер Сент-Клэр, но это стандартная процедура опознания, — сухим голосом, в котором отсутствовали эмоции, отчеканил мужчина, словно он произносит эти слова несколько раз каждый день.       Тони не хотела верить, что это действительно Алекс и Ник. Такого просто не может быть. Мужчина остановился возле железной двери, открыл её и жестом пригласил девушку войти. Топаз потребовалось немало усилий, чтобы переступить порог. Внутри горел яркий свет, отчего глазам было больно. На двух железных столах лежали люди, накрытые под белыми простынями. Слишком идеально белыми простынями. Хотя откуда ей знать, как тут всё должно выглядеть, ведь до этого она видела морги только на экране. Врач в медицинской маске, скрывающей почти всё его лицо, что видны только глаза, явно ждал её. Мужчина кивнул врачу, спрашивая у Тони: — Вы готовы? — ответом послужил кивок, больше похожий не на согласие, а на нервный тик.       Конечно же, она не была готова. Как можно к такому подготовиться? Врач поднял простыню, и Тони увидела Ника. В следующее мгновение он поднял вторую простыню, под которой лежала Алекс. Исцарапанное осколками ветрового стекла лицо уже посинело. Губы казались практически чёрными. Топаз не заметила, как из её груди вырвался громкий, оглушающий вопль отчаяния. Если бы не врач, успевший поймать её вовремя, то сейчас бы она валялась на полу. Горячие слёзы заструились по щекам. Тони кричала, пока не закашлялась. Её вывели в коридор и усадили на скамейку. Девушка захлёбывалась от собственных слёз, но не могла прекратить истерику. Она почувствовала, как игла впилась в её шею. — Это успокоительное, — спокойный голос врача ничего не выражал. — Подействует через пару минут. Советую вызвать такси.       Дальше всё было как в тумане. Тони помнит, как её посадили в такси, но не помнит, как добралась до своей кровати и отключилась.       Ей снилась Алекс. Её милая живая Алекс. Они счастливые бежали по песчаному пляжу. Белый раскалённый песок щекотал пятки. Лучи солнца грели кожу. Лёгкий ветерок обнимал. Они были так счастливы. — Я люблю тебя, Тони, — произнесла Алекс останавливаясь и хватая девушку за руку. — Ты ещё будешь счастлива. Не забывай меня.       После этих слов Алекс начала исчезать в ослепляюще белом свете. И Топаз осознала, что так её невеста пришла попрощаться с ней.       Тони словно ударили в солнечное сплетение. Она резко подскочила на кровати, проснувшись. Тони задыхалась, слёзы снова хлынули из глаз. И она снова закричала. Она забила кулаками по стене. Кричала, пока голос не сел. Била стену, пока на коже не появились синяки и кровоподтёки. Потом она снова провалилась в сон. Видимо, успокоительное до сих пор действовало.       Сколько времени Тони находилась в отключке, сложно сказать. Когда она проснулась, часы показывали полдень. Яркое солнце светило сквозь открытые шторы, которые некому было зашторить. И больше будет некому. Тони никогда не зашторивала окна, поэтому именно её прекрасная невеста делала это. Лишь в редких случаях Тони могла завесить шторы, но не считала это нужным, ведь они жили на двадцать третьем этаже.       Топаз вскочила и побежала в душ, чтобы отправиться в больницу. Она сейчас не хотела быть одна. И она не хотела, чтобы о смерти Ника Шерил сообщил кто-то другой. Наспех переодевшись, Тони вызвала такси и поехала к Шерил, стараясь ни о чём не думать. Вот только она смогла найти лишь пустую палату. Медсестра сообщила, что Шерил сегодня выписали и её забрали родственники.