Веснушки

Блейз любил в Роне абсолютно всё: заливистый смех, заряжающий рядом всех окружающих, алеющие от смущения щеки, когда Забини, вопреки всем упрёкам, нагло лез целоваться, небесные глаза, заглядывающие в душу, едва заметную привычку поджимать губы и громко возмущаться. Но больше всего Блейз любил его веснушки. На лице Рона их было довольно мало, но только он один знал, какая огромная россыпь маленьких крапинок образовывалась на спине и груди: они тянулись незатейливым узором от левого и правого предплечий, обвивая крепкие мышцы, и редели к пояснице, охватывая практически всю верхнюю часть тела. Забини нравилось лежать и разглядывать их, раз за разом кончиком пальца составляя разные комбинации незамысловатых фигур, порой и вовсе выводя что-то грандиозное, но известное лишь ему одному. Сам Уизли не считал свои веснушки поводом для гордости: подумаешь, ничего особенного, у него вся семья в таких же, а Джинни иногда вообще их специально подрисовывала на лице, как будто ей имеющегося миллиона мало. Он даже рассказал Блейзу историю, как однажды какой-то средневековый мерзавец посмел оскорбить его отличие и назвать это сыпью, а потом еще и раздавал советы, как от неё вылечиться и что там надо привязывать к горлу, чтобы инфекция не распространилась и не обезобразила его. Пережив подростковый период, когда гормоны до невозможности бушуют, пятна решили сменить место жительства и перебрались вниз, чему Рон был несказанно рад. Как, впрочем, и его парень: он не был намерен ни с кем делить звездную карту под своими руками. — Солнце, — привычно произнес Блейз, поглаживая усыпанную лопатку. — Как думаешь, сколько у тебя их? — Не знаю, — сонно отозвался Уизли, почувствовав легкое прикосновение чужих губ к своей спине. — Который час? — Самое время их посчитать, так что не двигайся, — и покрепче прижал Рона к себе, словно тот мог сбежать куда-то из кровати в такую рань. — Когда надоест сбиваться и пересчитывать заново — разбудишь, — со знанием дела сообщил эксперт, вновь погружаясь в дрёму. В следующий раз он открыл глаза более охотно: во-первых, выспался, а, во-вторых, Забини удобно устроился на его коленях и самозабвенно выцеловывал каждую веснушку на подтянутом животе. — Триста тридцать семь, — с видом победителя сообщил змей-искуситель, опустив ладонь на внутреннюю часть бедра. Даже там, при желании, можно было разглядеть пару крапинок. — Но это только сверху, а если уже считать — то все полностью. Без твоей помощи не обойтись, сам понимаешь, — пальцы медленно двинулись выше, задевая тугую резинку трусов. — Ещё как понимаю, — улыбнулся Рон, закидывая руку за голову. Если Блейзу нравились его веснушки, то ему нравился одержимый ими Блейз. Каждый раз у него получалось гармонично объединить невинный интерес и плотское желание, и каждый раз новый способ будоражил не менее предыдущего. Кровь прилила к паху, а приятная телу ткань сейчас только мешала, тем не менее, отлично подчеркнув каждую деталь. — Но тогда тебе придется избавиться от единственной преграды на твоём пути, так что либо ты снимаешь с меня трусы, либо… Договорить ему не позволила рука, обхватившая член. От неожиданности Рон шумно выдохнул, прикрыв глаза, а Забини продолжил издеваться, неспешно обводя пальцем головку. — Спокойно, солнце, вовсе не обязательно лишать тебя одежды, — Блейз немного приспустил трусы, оставив поцелуй возле изнывающего органа, нарочно оттягивая момент удовольствия. — А как же досчитать?.. — В другой раз. — Ты не туда полез изначально, — вынес вердикт Уизли после жаркого утра. Хотя, если бы кто-нибудь из них посмотрел на часы, то понял бы, что время давно перевалило за полдень. Почувствовав вопросительную бровь и лукавую ухмылку, пояснил, — Единственное место, где ты не посчитал веснушки — ягодицы, — рука пробралась в черные, жестковатые волосы, приятно массируя голову, покоившуюся на плече. — Я полез именно туда, куда хотел, а твою прекрасную задницу мы оставим на десерт, — будничным тоном сообщил Блейз, вновь вырисовывая узоры на груди. — Кстати, у тебя под соском Лебедь*. — Нашел Дерека на свою голову. — Хорошо, что не Ротбарта. — Ты смотрел? — искренне удивился Рон. Он советовал "необразованной шайке идиотов" мультфильм "Принцесса Лебедь" еще в школьные годы, но и не ожидал, что кто-то из общества Малфоя переносил на дух маггловедение. Уизли решил на всякий случай заглянуть в глаза, проверить правдоподобность сказанного, потому потянул за волосы чужую голову вверх, всматриваясь в необычайно красивую радужку. — Да. Я даже прочитал Пеппи Длинныйчулок, — усмехнулся Забини, горделиво заглядывая в небесные омуты. — И мне понравилось. — Ты один сплошной сюрприз, Блейз. Люблю тебя, — Рон потянулся за поцелуем, необходимым сейчас больше, чем воздух. Ответ ему был вовсе не обязателен.