Блеск серого цвета.

Безымянный лес на территории России. Весна. Одинокий уютный домик, аккуратный, мало заметный с высока, неразличимый среди лесного разнообразия деревьев и прочей растительности. Сырость, грязь, нежно салатовые проблески ростков и почек на деревьях. По небу, одна за одной, проплывают небольшие тучи, иногда пропуская на землю нежный и теплый солнечный свет, такой живой, трепетный и столь необходимый для земной живности. Жительницу этого дома никто не знает. Почти неприметная, темная и холодная с виду личность. Изредка наведывается на рынок ближайшей, почти безлюдной, деревушки за некоторыми продуктами питания и предметами необходимыми для проживания в безымянной глуши. Со всей душой вкладывает свои старания в малые кустовые розочки, которые растит вокруг своего дома. Ягоды, грибы растущие в лесу собирает в определенном количестве, дабы позже можно было набрать еще, или дать дозреть малым плодам леса. Родник в километре от дома был для нее бесценен, он воплощал ее представление о чистоте, силе и скрытом могуществе природы. Нет человека, с которым она перемолвилась хотя бы словом, нет никого в ее жизни, кроме самой себя. За исключением снов и ночных кошмаров, которые пробуждали в ней желание жить дальше, мечтать, фантазировать, думать «а если бы». Изредка находила утешение в книгах, ее иногда трогали грустные и романтические моменты, однако обычно конец ее никогда не устраивал. «Слишком наивно кончаются эти истории. Слишком глупо и банально». Она обожала музыку. Из этого обожания она училась играть на различных инструментах. Скрипка могла дотянуться до самых хрупких нитей души, могла заставить ее выпустить пару, всего пару звонких слез наполненных мечтой. Гитара могла пробудить слабую улыбку на ее бледном лице, даря крупицу надежды на столь сомнительное будущее. Фортепиано словно насильно взывало ее к буре эмоций, но она не смела поддаваться. Флейта была неким тихим откровением которое она обычно обращала звездному небу. Виртуозно играя на инструментах, она словно тихо просила о помощи, помощи в которой она нуждалась, но плохо понимала. Чтобы иметь хоть малое желание просто не умирать, она как то решила просто верить в какое-нибудь чудо. Бывает ведь что люди излечиваются от рака просто веруя в излечение, бывает чудом спасаются из какой-нибудь опасной ситуации, кого то вдруг осеняет прозрение и человек живет дальше, зная какую то великую тайну, зная что им в чем то повезло, да и просто уметь думать о хорошем, верить. Запах весны как никогда будил её, словно после зимней спячки он будоражил её чувства, не давал ей забиться в темный угол её сознания. Она словно трепетала вдыхая аромат весеннего дождя, пробуждающейся зелени, чувство солнечных лучей на коже чуть согревало ей душу, всё дарило ей хрупкую любовь и нежность. Вечерний дождь потихоньку топил эти чувства в падающих каплях, рассеивая их в еще слабо позеленевших деревьях, кустарниках, еле-виднеющейся траве и земле. На смену им пришли слабая грусть, тоска, одиночество, они не были болезненными, они были так же сладки как и прошедшие хрупкие чувства, даже больше ей по душе. Она заварила зеленого чаю и села на крыльцо укутавшись в плед. Капли дождя стремительно падали уже в небольшие лужи, разбиваясь о поверхность они расплескивали другие капли в разные стороны, попадая на две первые ступеньки крыльца, приземляясь на край пледа, и даже ее босые ноги. Небо становилось всё темнее. Чёрные тучи нависали над безымянным лесом, слышался отдаленный грохот грозы, где то сверкнула молния. Среди деревьев ей показалась фигура человека. Подобное видится не впервые, она уже почти перестала это замечать. Раньше это пугало, позже интриговало, а сейчас лишь слабое любопытство «либо это моё воображение, либо кто то действительно следит за мной» холодно рассуждала она про себя. Чашка чая опустела, она встала, коротко улыбнулась промелькнувшей ей фигуре, которой там уже не стояло, и направилась в дом. Приняв спешный душ, она натянула на себя ночную рубашку и улеглась спать. Ночной кошмар. Прекрасный сон. Шум грозы вызывает раздор.