Укрыт.

      Кромешник сидел на холодной, покрывшись инеем земле, и обнимал потемневшую Лу. Луиза резко изменилась, её белые, словно выпавший снег волосы стали темными, кожа тоже приобрела темный оттенок. Кромешник не хотел глядеть на то, что произошло с его любимым лучиком, который ранее подарил и позволял насытиться вдоволь кошмарами. Теперь же ничто не может этого исправить. — Прости меня, Лу, — ласково, но в тоже время безжизненно пробормотал Кромешник, убрав потемневшие волосы с лица девушки. — Кроми, — внезапно произнесла Луиза, открыв глаза, и моментально обвила шею короля. — Я не в обиде. Честно.       Затем она отстранилась от него, и уставилась на потемневшие голые руки, и на темные длинные волосы, которые развивались на ветре. Кромешник пристыжённо улыбнулся, и виновато опустил голову. Однако в следующий миг кто-то подхватил его подбородок не давая голове короля опуститься вниз. Кромешник все ещё винил себя за тот поцелуй, открывший его чувства. — Я не злюсь на тебя, — прошептала Луиза, касаясь его губ.       Кромешник ответил, отдавая всю ту нежность и некую страсть, которую испытывал ещё в тот роковой день неся её на руках, прижав к себе. Теперь же он усердно целовал полюбившиеся столь ранее губы, и осторожно водил по спине. Луиза лишь с его позволения углубляла поцелуй жадно и голодно. Они уверенно целовались, что не заметили пролетавшего мимо Джека, который задержавшись на момент, удивлённо разинул рот. — А, Ледяной Джек, — проговорила Луиза, остранившись от короля, ощутив на себе полный потрясения и поражения взгляд. — Не вздумай сувать свои чертов ледяной нос не в свое дело. — Но, — пробормотал Джек, но в него тут же полетел темный песок, от которого парень сумел увернуться.       Поняв, что он здесь третий лишний, и что он больше ничего не может сделать, Джек поспешил убраться к хранителям. Кромешник засмеялся, и приобнял Луизу, целуя шею. Он не мог держать себя в руках. Он слишком долго этого ждал. Как ни странно этого же ждала и Луиза. Они снова поцеловались.       Тем временем Ледяной Джек пересказал увиденное Северянину и Фее. Кролик и Песчник определённо задерживались, поэтому Джек не стал их дожидаться поспешно рассказал, не упустив то, что девушка его видит. Фея в немом ужасе перестала летать, при этом прикрыв рот рукой, а Северянин в разочаровании почесал бороду. Джек холодно и раздражённо смотрел на карту, а именно на темный участок, который больше никогда не будет сверкать. — Наверное об этом и говорил он, — пробормотал Северянин. — Но зачем ему она? — спросила Фея, ещё не понимая. — Да затем, чтобы восстановить баланс, — злобно прошептал Джек, и не дождавшись Кролика с Песчаником мигом взмыл в небо.

***

      Кромешник обняв Луизу за талию наблюдал за тем, как та смущается, и как зарывается ему в плечи, щекоча волосами подбородок. Они решили укрыться от начавшийся бури в бывшем укрытии короля. Их близость росла с каждой секундой. — Ты действительно этого хочешь? — спросил встревоженно Кромешник. — А ты будто бы и нет, — обиженно ответила Луиза.       Король неуверенно, но в тоже время ласково усмехнулся, целуя щеки, и шею девушки. Он уже не мог сдержать свое влечение к девушки, появившиеся ещё с того последнего момента. Как долго он этого ждал. Теперь же припав к губам, он не заметно для себя, скользнул вниз подымая платье. Луиза покрылась красным румянцем, когда король снял с неё платье, попутно сбрасывая свою мантию. Луиза восхищённо охнула, когда король приблизися к ней, и уронив на рядом стоящию кровать, навис сверху. — Ты очень красив, — улыбаясь, сказала Луиза. — Ты тоже, — ответил Кромешник, оценивающе оглядывая свою королеву. — Моя королева. — Твоя, — усмехнулась Луиза.       Вновь последовали новые более бережные, но такие страстные поцелуй. Луиза улыбнулась, и нежно прижавшись щекой к щеке Кроми прикрыла глаза. Король лишь обнял её за плечи, прижимая к себе, целуя. Луиза охотно отвечала, попутно смущаясь и краснея. В конце концов первый сдался Кромешник, виновато улыбнувшись король вошёл в девушку, которая вскрикнув, обвила шею. — Какая же ты тесная, — в голосе короля не было ни упрека, ни недовольства, только тихое, но загадочное восхищение.       Луиза лишь закусила губы, виновато улыбаясь. Кромешник усмехнулся, и дав девушке привыкнуть, стал двигаться ей на встречу. Луиза лишь открыто застонала, сильнее закусывая губы. Ей это нравилось, и она показывала это стонами и криками, которые рвались наружу. — Кричи для меня! — воскликнул король. — Сделай это!!! — воскликнула в ответ девушка.       Кромешника не надо было просить дважды. Криво усмехнувшись, король ускорил темп, после кончив на темные простыни. Луиза устроилась рядом с ним, беря его темную руку в свою, и глянув в темные глаза короля, она чмокнула его в губы. — Ты меня любишь? — спросил в недоумении король. — А ты и не понял дурачёк, — протянула Луиза. — Конечно люблю! Не бросай меня! — Больше никогда! — пообещал король. — Я тебя люблю!       Луиза прижалась к королю влюблено и нежно смотря в глаза. Тот лишь неловко покраснел, и прижал её к себе. Все как всегда, все как до ухода, все так, как и должно быть. Девушка никак не могла поверить в свое счастье, которое наконец, спустя несколько лет она нашла. Эту ночь они провели вдвоём, обнявшись.       Через несколько дней Луиза смирилась с новыми возможностями, и удовлетворено улыбаясь, летала рядом с Кромешником. Она была счастлива. Она нашла свои лучик счастья, свою любовь. Кромешник чувствовал тоже самое. Его королева делала успехи. Теперь он не нуждался в кошмарах детей, отдавая их хранителям. Но одну душу король никогда не отдаст. Он будет бороться до конца за нее, даже не подозревая, что сражаться и биться за неё больше не надо.