Я не...

Если хлёсток заклятья круг, вырывайся, ищи другое. Я не враг тебе и не друг. Я никто и всё то иное, оградит что тебя от зла, обменяя всё на усталость. Я не то, чем ты был вчера. Я то, что у тебя осталось. Вырезай на своём пути руны, раны, артерьи, вены. Напевай по пути мотив, всех ввергающий в сон забвенья. Находи средь углей всегда то живое, что уцелело. Что не смыла времён вода. Что жило, ведь оно умело. Перекрою тебе сама все пути, что ведут на гибель. Только не отвергай ветра: они вечно тебя любили. Очищая твоё лицо, твои лёгкие от той гари, что осела внутри. Тогда они верили, не играли. Они верили — лишь в тебя. За горами ложится солнце светом вечного ноября. И богиня теперь смеётся. Отчего? Да кому же знать. Неизведанны её мысли. Только ты не приучен ждать. Ты — циничен и бескорыстен. Ты уйдёшь, не испив вина, не оставив врагам и шанса. В волосах твоих спит заря, по утрам тормоша скитальцев, оставляя во злых глазах блики вечного и живого. За тобой все мосты горят, не оставив пути другого. Не оставив пути туда, где хоть часик спокойно было. Кровью вскипячена вода, и её не очистить мылом. Иль слезами, иль колдовством, или же жертвоприношением. Улыбаешься. Нет того, что зовут многие везеньем. Нет того, что зовут они вечным счастьем, любовью, чудом. До чего же пекут огни, наречённые божьим судом. До чего же смешно смотреть на то, что от людей осталось. Им и нечего больше дать. Бесполезна тут даже жалость. Бесполезно в ночи играть и тревожить струны пространства. Войн вовек избежать нельзя, как и гибели того царства, что, вообще-то, почти мертво, как зимою травинка в поле. И не стоит искать того, чего нет там и вовсе боле. Чего не было никогда, оттого смерть и тянет пальцы. Вода в реках пока чиста: ты напейся — и вновь скитаться. Избегать дальше хватки той, кто вовеки не ведал жалость. Защищу я, хоть не герой, А лишь то, Что тебе Осталось.