Я нашёл себя в Чукуре

Тёмная, грязная и вонючая каморка на нижней палубе старого, разваливающегося корабля. Вот моё место обитания уже вторые сутки. На борт меня взяли за 200 лир, с условием, что весь путь я буду сидеть тут и никуда не выходить. С собой у меня не было никакой еды и всего пара бутылок воды. Туалета тут тоже не было. Было только ведро. Как я оказалась тут? Это будто ад на земле. Но на самом деле ад был там, откуда я так старательно убегала. На третьи сутки дверь открыли. Солнце больно резануло по глазам. — Ты жива? — Да. Есть только хочу — я утирала выступившие слёзы. — Ничем помочь не можем. Мы отплываем через тридцать минут. Тебе пора валить с борта — мужик меня буквально выкинул с корабля. — Для таких как ты, есть район в Стамбуле. Спроси у любого подозрительного человека «где Чукур?» — напоследок крикнул мужик и скрылся за огромными контейнерами. Чукур? Что это? Яма? Турция, что ты за место такое странное? Я не знала куда идти и что делать. Но тут я была хотя бы в неком подобии безопасности. Выхода нет, надо попытаться хотя бы найти еды, и потом ночлег. Хотя сейчас было лето, и я могла заночевать на улице. Но для начала еда. К вечеру я всё же раздобыла булку хлеба. На неё у меня ушли мои последние 10 лир. Всё. Денег больше нет. Как и плана действий. Тот моряк говорил про Яму? Может, стоило найти это место? Идя по незнакомым улицам, я то и дело ловила на себе взгляды прохожих. Они выражали отвращение и презрение. Я и сама была не рада тому, как я выглядела. Но зато я прекрасно вписывалась в антураж местных бедняков. Один из которых как раз сейчас сидел около дома на картонке и просил пожертвование. Не долго думая, я присела рядом. — Дочка, что с тобой? — Устала. Я же могу тут посидеть? — Конечно. Ты есть, наверное, хочешь. — Всё в порядке. Я просто посижу тут немного — я была правда уставшей и честно сказать, той булкой я не наелась. Но я не собиралась отбирать еду у того кому она больше нужна. — Ты может кого-то ищешь? — через какое-то время заговорил мужчина. — Скорее место. «Чукур»? Знаете, где это? — О! Конечно, что же ты раньше не сказала. Я тебе сейчас скажу как до туда дойти. Потом будешь там, и если встретишь Аличо, передай привет от Сулеймана. — Постараюсь передать. Глубокой ночью я добралась до этого места. Тот бедняк всё же не соврал мне. Я была вымотана и очень хотела спать. «Ничего не будет, если я просто присяду тут и немного отдохну?» Я присела на выступ дома и прикрыла глаза. — Девушка? Эй? — сквозь сон слышу голос молодого человека. Турецкий язык. Чёрт. Всё это правда и я сейчас в Стамбуле. — Извините, я сейчас уйду — спросонья я не сразу переключилась на турецкий. — Ты не местная? Тебе нужна помощь? — молодой парень стоял вплотную ко мне и даже делал вид, что ему не противно. Хотя я сама адекватно понимала, что я выгляжу ужасно. Грязные, спутанные волосы, одежда в пятнах мазута (спасибо той каморке на корабле). Да и пахло от меня уж точно не цветами. — Всё в порядке, я сейчас уйду. — Тебе негде жить? Что произошло? — не унимался тот. — Правда, всё нормально. — Ладно, пошли я тебя накормлю — парень был моложав, но он с удивительной лёгкостью подхватил меня и повёл по улице. — Не надо. Я не пойду. Мне не нужна помощь! — я пыталась выбраться из его хватки. — В Чукур просто так не приходят. Тебе кто-то сказал про него. А значит, ты нуждалась в таком месте. Я покормлю тебя и ты поговоришь с моим другом. Если, после этого захочешь уйти, то тебя никто держать не будет. Но сейчас, давай я тебе помогу. И кстати, меня зовут Меке. — Приятно познакомиться. Меке быстро довёл меня до местного кафе. Усадил за пустой стол. Через пару минут передо мной стоял горячий суп и половина булки хлеба. Я так соскучилась по горячей еде, что накинулась на суп с остервенением. Когда тарелка была опустошена и я пила чай (принесённый всё тем же Меке) в кафе зашли двое. Первый молодой, одет модно, но его лицо выражало многомесячную усталость. Под глазами были синяки, а улыбка была больше уважительной, чем искренней. Второй же человек был старше первого. Лысый, с седыми усами. Статный мужчина и внешне он источал теплоту дома. — Познакомься, Ямач — Меке указал на молодого — и господин Идрис. — Приятно познакомится — я честно не понимала, в какое место я попала. Почему ради какой-то беглянки приходят люди в три ночи и при этом даже не ругаются. — Здравствуй — господин Идрис сел напротив меня, Ямач же сел сбоку и прикрыл глаза. — Какими судьбами в Чукуре? — Просто как-то занесло. Сама не знаю. А вы вообще кто? Почему вам так интересно? — Ты думаешь, что этот район называется «Чукур», но на самом деле его официальное название «Кочова». Моя фамилия Кочовалы. Можно так сказать, что это район наш. Это наш дом, наша семья и наши друзья. Я приветствую всех новых людей, оказавшихся в нашем районе. — Вы какой-то бандит? — от моего предположения Ямач засмеялся. — Отец, она очень умна. И дерзкая. Как раз для нашего района. — Сын, не хами — господин Идрис грозно посмотрел на Ямача, но я заметила в его глазах так же искры смеха. — Вы родственники? — я присмотрелась к этим двум. И действительно некая схожесть была. — Да, он мой сын. Главный сейчас в районе. — Точно бандиты — пробормотала я на болгарском. — Ты не из Стамбула? И не из Турции? — господин Идрис внимательно смотрел на меня. Ямач так же внимательно слушал, но вопросов не задавал. — Я из Болгарии. — Что привело тебя в Чукур? — Я не конкретно Чукур искала. Я бежала из своей страны. А куда было уже не так важно — удивительно, что я так легко говорила с этим мужчиной. — Что произошло, что тебе пришлось бежать? — Я кое-что сделала, и на меня выписали ордер. — Ты в розыске? — подал голос парень. — Если это проблема, я сейчас же уйду. — Нет. Всё в порядке. Что ты сделала? — Я, правда, должна говорить об этом? — Если не хочешь чтобы тебя нашли, мы должны всё знать — опять заговорил мужчина. Я глубоко вдохнула и на одном выдохе сказала. — Меня изнасиловали. Один делал, второй стоял и смотрел. Им ничего не сделали. Хотя я заявила в полицию. Я нашла пистолет и убила их. После этого, меня быстро объявили в розыск, и я убежала. В Болгарии мне помогала сестра. А потом я приплыла сюда на корабле. — Сколько у вас дают за убийство? — уже серьёзно спросил Ямач. — Мне за такое дадут от 30 и выше. Я не хотела в тюрьму. Хотя я и виновата. — Не волнуйся. Тут тебя точно не найдут — господин Идрис говорил серьезно. А я ему почему-то верила. — У тебя с собой есть какие-то документы? — задал вопрос Ямач. — Паспорт только. Я убегала в спешке. — Хорошо, давай его сюда — я нашла в рюкзаке паспорт и передала его Ямачу. Тот открыл его, прочитал мои данные и порвал его. — Что ты творишь?! — закричала я. — Тебе он больше не нужен. С этого момента Марины Начевой нет. Она умерла. Тебе нужно будет выбрать себе новое имя. Мы сделаем паспорт. Но это уже завтра. А пока я провожу тебя до квартиры, где ты можешь пожить — Ямач встал и, сказав что-то отцу на ухо, пошёл к выходу. — Выбирай с умом, дочка. А теперь ступай с Ямачем. Всю дорогу за нами шли двое парней в костюмах. Один выглядел, будто он сошёл со страниц какой-то книги про маньяка. Взгляд, выражение лица, всё в нём говорило, что ещё секунда, и он перережет кому-нибудь горло. Второй же был тихим и скорее всего из-за него первый ни на кого не бросался. Они будто мысленно говорили. — Ты не бойся. Кемаль и Метин только с виду такие страшные. Но на самом же деле они такие же, как и ты, и я. — Убийцы? — Ах, девочка, ах. Ты бесстрашна? — Что мне терять? Семьи нет, дома нет, страны и той нет. Так что я могу говорить то, о чём я думаю. — Теперь здесь твой дом. Даже если и временно. Ты можешь уйти из Чукура. Но однажды попав сюда, Чукур не уйдёт из тебя.