Снимите это немедленно

      – Нет, нет и еще раз нет, доктор. Эти брюки непозволительно широкого для вас фасона, да еще и велики по размеру.       – Я не убежден. Мне кажется, все прекрасно, – Башир все старался повернуться перед зеркалом так, чтобы понять, чем настолько недоволен портной.       – Вам кажется, – отрезал Гарак. Он положил ладони на талию Джулиана, оттянул пояс большими пальцами, демонстрируя ширину брюк, и, не увидев понимания на отражающемся в зеркале лице, позволил себе запустить внутрь всю ладонь: с некоторых пор он вполне мог позволить себе продемонстрировать лишний объем ткани именно таким жестом.       – Видите? – проворчал он. – В идеале швы должны прилегать к коже, в худшем случае – находиться в паре сантиметров от тела, а это...       – Гарак, – выдохнул моментально охрипший Башир и неловко поерзал в его руках.       Глаза кардассианца чуть расширились. Он знал, что земляне – в большинстве своем неприлично чувствительные создания, но не вполне рассчитывал на именно такого рода реакцию... которую, впрочем, уже вполне однозначно ощущал кончиками пальцев, так почему бы и не воспользоваться ею?       С легко различимым в тишине примерочной смешком он, продолжая едва заметно поглаживать ткань чужого белья, уверенно обвил талию землянина свободной рукой, а сам подался вперед, прижимаясь грудью к спине, лишая Джулиана равновесия и вынуждая опереться рукой о зеркало. Как ему уже не раз довелось убедиться, Башир тем отзывчивее был к чужим властным жестам, чем больше сам пытался выглядеть способным на них, и мгновенное превращение хищника в жертву бесконечно забавляло Гарака. Кардассианец даже позволил себе довольно заурчать в чужое ухо, когда его ладонь скользнула под тонкую ткань, даря полновесную ласку уже увлажнившейся лихорадочно-теплой коже. В ответ Башир судорожно вздохнул, опуская голову на грудь, и бесполезно проскользнул ногтями по стеклу зеркала.       – Ведите себя тихо, – тоном заметно ниже обычного предупредил Гарак – не столько ради самого предупреждения, сколько чтобы увидеть и почти почувствовать заливающий чужие скулы румянец стыда, и многообещающе повел запястьем. Ответом ему был тихий всхлип, и Гарак едва не зарычал: подобные звуки легко разжигали в его собственном теле голод, которому трудно было не дать волю, когда в руках была столь симпатичная добыча...       Трудно. Но не невозможно.       До разгара рабочего дня было еще долго, большого наплыва туристов на станции можно было не ожидать, а несколькиминутное отсутствие для случайных покупателей вряд ли порушило бы Гараку бизнес, так что он решительно никуда не торопился. Его пальцы небрежно поглаживали отлично изученный в более спокойной обстановке член, каждым прикосновением чуть сдвигая нежную кожицу, и малейшего усилия воображения хватало, чтобы представить во всех подробностях вязкий блеск смазки, наливающуюся кровью плоть и выступающие, словно от напряжения, вены на стволе. Большой палец едва обвел головку, а Башир уже едва не скулил, его губы беззвучно двигались, и Гараку нравилось думать, что внутренне Джулиан готов умолять его.       Кардассианец, повторив дразнящее прикосновение, без особого нажима обхватил член ладонью (над ухом зазвенел сдавленный стон) и принялся за более активные ласки, но и здесь не был вульгарно-прямолинеен: непредсказуемо ускоряясь, а потом медленнее и ленивее ведя рукой то вниз, то вверх, он самыми безобидными методами скоро добился того, чтобы лицо Джулиана приняло его любимое выражение. Сейчас в умелых руках словно находился невинный юноша, а не взрослый партнер, отмеченный лишь некоторой излишней впечатлительностью, и Гарак был доволен зрелищем.       Башир так красиво ерзал на месте, так старательно сдерживал порыв толкнуться в руку... Непринужденные ласки резко ускорились – и он восхитительно закусил губы, вздрагивая всем корпусом от наслаждения. Темп стал плавнее – и стройные бедра расслабились настолько, что Гараку пришлось крепче обхватить чужую талию. Он скользнул языком по влажной от выступившего пота смуглой шее, слизывая солоноватые капли, низко утробно зарычал и, плотнее обхватывая пальцами влажный напряженный член, сомкнул зубы у самого плеча. Быстрый взгляд в зеркало подсказал, что он все делает правильно: землянин крайне соблазнительно приоткрыл подрагивающие губы, страдальчески прижмурил глаза, да и вообще выглядел так, будто был в шаге от...       – Это витринный образец, они должны быть в идеальном состоянии, – будничным тоном напомнил Гарак, без малейшего предупреждения убирая руки. Он, бы, конечно, не дал Джулиану упасть, но и потакать слабостям плоти больше не собирался. Пока.       – Что?.. – Башир, все еще одурманенный, кажется, не сразу понял, что ему вообще что-то сказали, и мотнул головой. – Что?! Я их у вас куплю! – то ли возмутился, то ли взмолился он, приходя в себя.       – Я их вам не продам, – безапелляционно заявил кардассианец, отходя в сторону, и принялся протирать покрытое отпечатками пальцев зеркало с таким видом, будто это действие занимало все его мысли. – Это было бы просто преступно, они вам совершенно не идут.       – В этом я все еще не убежден, – с легким отчаянием в голосе повторил Джулиан фразу, с которой все началось, явно надеясь, что она же способна и продолжить действо.       – Позже, – так же нейтрально отозвался Гарак и вдруг снова перешел на урчащий горловой тон, – позже, возможно, я попробую еще раз убедить вас. Если, конечно, вам того хочется.       Он запечатлел легкий поцелуй на шее землянина, там, где все еще виднелись следы зубов, и вышел из примерочной.       Интересно, хватит ли Джулиану терпения и дальновидности дать ему шанс закончить начатое?