Жизнь по закону ТВ

      Утренний кофе обжёг язык, Ребекка каждый раз забывала дуть, прежде чем касаться края губами. Часы показывали почти половину восьмого утра, телефон разрывался от писем, рабочий день сегодня обещал быть нагруженным. Она осторожно натянула на правую ногу капроновые колготки, на большом пальце показалась дырочка, а выше колена тянулась стрелка, которая пряталась под её юбкой от коллег уже неделю. Ворот рубашки душил её, но должность обязывала — она была личной ассистенткой большого босса. Даже её малышки-волосики на макушке головы боялись вылезать из прически рядом с начальником, который мог отругать за нерасчесанные ресницы. Ребекка Чемберс устало взглянула на своего младшего брата. Завидовала ему — кому не хотелось бы потратить всё раннее утро на глупейший сериал по телевизору? Настолько глупейший, что ему выделили время в эфире, когда никого взрослого в такое время уже не бывало дома. Губы брата двигались чуть-ли не синхронно с персонажами на экране — он смотрел сериал уже в пятый раз. Сама же Ребекка даже не знала сюжет, но прекрасно могла предсказать каждый диалог. Клише девчачьего сериала про старшую школу считывалось крайне легко. Девушка не могла однозначно сказать, откуда в её семнадцатилетнем брате взялся такой интерес к опере для девочек-подростков. Быть может, думала она, я его слишком интегрировала в свою жизнь, когда была помладше. И если Ребекка смогла перерасти интерес, то Стив был в процессе. Крайне долгом процессе. — А Джейк и Итан знают, что ты смотришь «Апрельскую школу»? — спросила девушка, вскочив с места перед зеркалом, волосы сегодня не слушались, стрелки шли криво, кожа шелушилась. Всё было против неё. Не к добру. — Более того, я их заставил тоже посмотреть, когда устраивал третий марафон, — горделиво ответил тот, кидая на сестру взгляд, но не отворачивая лица от экрана. — Вот-вот, смотри, вот эта персонажка, Алесса Ковальски, — он указал на экран, девушка была еле видна в толпе массовки, — она выглядит как моя мечта. Появлялась, правда, всего несколько раз, но я в восторге от её игры. — Да-да, мне не интересно, фрик, — отрезала Ребекка, уже откровенно ругаясь на свой внешний вид себе под нос. — Я надеюсь, что ты так же увлечен предстоящими аттестациями в школе. — Такая грубая, — Стив скривил губы и вернулся к просмотру. — Это всё твоя тупая работа. Превратилась в такую же немощь, что и остальные взрослые. Верни всё как было, а то даже говорить с тобой порой неохота, — он говорил без грусти или обиды в тоне, а довольно буднично. Старшая сестра проедала ему плешь порой не хуже родителей. — И вообще, ты недооцениваешь юношескую любовь. — Да что ты знаешь вообще о юношеской любви? — Ребекка засмеялась, поправляя пиджак. Туфли грустно валялись у двери и ожидали её. — А что ты знаешь? — встречно спросил Стив, обернувшись к ней. Повисла тишина. Сестра не смотрела на него и её хрупкий силуэт в большом коридоре словно начал уменьшаться. Стив смотрел на её стройную спину, сведя брови. Она, словно скидывая печаль, дернула плечом и начала натягивать обувь. — Знаю достаточно, чтобы не ждать апрельской любви в старшей школе. И тебе того же советую, — кинула она, после чего, не дожидаясь ответа, выскочила за дверь.

𝜗ৎ𝜗ৎ𝜗ৎ

— Подумаешь, тоже мне… — пробурчала Ребекка себе под нос. Она быстрым шагом неслась вдоль дороги к остановке, автобус должен был вот вот прибыть. Несчастные доллары в её кошельке ждали своей очереди, чтобы оказаться на накопительном счету, который девушка открыла на машину мечты. Туфли на ногах были малы на полразмера, дырочка на пальце с отчаянием трещала. — Может я действительно знаю больше. Самообман. Отрицание. Ничего Ребекка Чемберс не знала о любви. Не смогла стать частью школьной драмы, даже не смогла понять — что же такое краткосрочный, но полный интриг роман на работе. Она всегда была далека от этого, жизнь других сверстников проходила мимо неё, пока она же была заядлой заучкой в школе, которая тряслась над оценками и результатами олимпиад. Каждый день в школе был для неё словно просмотр сериала на фоне — иногда она обращала внимание, улавливала общий костяк сюжета, но с интересом не вникала. Что она знала наверняка, так это то, что сериалы врали о таких, как она. на экране серая мышка получала своего принца, за неё сражались двое, если не трое, её ненавидела самая популярная девушка школы, что боролась за внимание главного героя. В жизни всем было плевать. Даже буллингу подвергаться было сложно, когда тебя просто не видели, ведь ты пустое место даже с громкими оценками. Ребекка размышляла о школьных годах крайне редко. Сейчас она не могла даже вспомнить имена одноклассников, пустышки расплылись в её воспоминаниях, их лица стёрлись, только их молодой и звонкий смех звучал в ушах. И было только жаль, что никто из них не увидел какой она стала, как похорошела, какую хорошую работу нашла. А помнит ли вообще кто-то из них обо мне? — подумала она, — Есть ли в их воспоминаниях место для меня? Автобус подъехал крайне тихо, она заскочила в него, откинув печальные мысли об упущенном.

˚˖𓍢❀˖𓍢❀𓍢˖❀˖𓍢˚

— Слушай, не хочешь пойти сегодня со мной в торговый центр? Ребекка подняла взгляд на молодого коллегу. Брюс МакГиверн был высокий, красивый, но умом особо среди остальных в офисе не отличался — так о нём думала девушка, привыкшая оценивать всех по извилинам в мозгу. Она покосилась на него, не понимая к ней ли вообще был адресован вопрос — знакомы они были мало, она всегда была подле начальника и появлялась в офисе только в его отсутствии. — Ты это мне? — уточнила она, убирая со лба челку. Тот неловко осмотрелся. — Ну… Да? — голос мужчины звучал неуверенно, Ребекка поджала губы и тоже осмотрелась. Большинство в коллективе были мужчинами, офисные клерки не отрывали рук от клавиатур и продолжали работать, их крайне мало интересовал разговор молодых новичков. Девушка была самой младшей — она вышла на стажировку сразу после школы, обучаясь по вечерам в вузе уже третий год. Глаза Чемберс невольно зацепились за украшение их коллектива — прекрасную Джину Фоли, выпускницу лучшего университета в стране. Она, казалось, всегда светилась, даже сидя в самом дальнем углу она умудрялась притягивать к себе внимание. Её почти прозрачная от белизны кожа походила на фарфор, кукольное лицо было спокойно, её тонкие пальцы стучали по клавиатуре. Ребекка не была с ней знакома лично, но часто смотрела в её сторону и искренне восхищалась. Умная, красивая и трудолюбивая Джина порой умудрялась вдохновлять её одним своим присутствием. Хочу быть как она, — пронеслось в её мыслях, и в эту же секунду взгляды девушек пересеклись, заставляя Чемберс стыдливо отвести глаза обратно к стоявшему около коллеге. — Я освобожусь в два, начальника сегодня нет, — продолжал он. — Да-да, хорошо, — выпалила Ребекка, не понимая что говорила, и только она попыталась поправить себя и отказать мужчине, как тот растянул улыбку и ушёл к своему месту. — Чёрт, — прошипела она, закатывая глаза. Работы и так было навалом, покидать офис настолько рано не входило в её планы. Надо ему отказать, — размышляла она, — скажу, что появились дела. Нет, скажу, что начальник навалил задач. Точно. — Вот это тебе повезло, Ребекка, — подала голос коллега около. Женщина была заметно старше, работала в компании почти десять лет, что отражалось в одних только усталых глазах. За что, так же, начальник мог отругать. — В смысле? — Брюс позвал тебя на свидание, — пояснила женщина, — За его внимание весь отдел кадров борется. Не каждый день в офисе появляется молодой и перспективный мужчина, — женщина кивнула на остальных коллег, абсолютное большинство работников были взрослыми и семейными людьми. Брюс МакГиверн выделялся среди них сразу, даже его костюм отличался — был дороже, явно вышитый под заказ по его стройной фигуре. Волосы всегда уложены, лицо гладко выбрито. Даже пах он по-другому, чище, вкуснее. А в работе он явно был на хорошем счету начальника отдела. — Меня? — удивилась Ребекка, кривя лицо, — На свидание? Ты что-то путаешь. — Ага, а тебя часто мужчины приглашали гулять по торговому центру, чисто так, по-дружески? В рамках корпоративных мероприятий? — женщина хихикнула, после чего пригубила чай. Чемберс задумалась. — Меня вообще никогда никуда не приглашали, — она неуверенно пригладила свои короткие волосы, неловко смотря на стол. Цифры на экране монитора расплылись, рабочая задача затерялась где-то в её голове. Сердце застучало в тревоге. Она не ощутила ни окрыления, ни трепета. Её пугала перспектива свидания с Брюсом. Она кинула на него взгляд, он сидел через несколько столов в большом помещении офиса, их глаза встретились, он улыбнулся ей, Ребекка спешно развернула лицо к женщине рядом. — Ты уверена, что это свидание? — Я не вижу ни одного другого повода, чтобы приглашать тебя куда-либо, — прозвучало довольно сухо, но девушка не стала обижаться на её слова. Ребекка прикусила нижнюю губу и, осторожно, снова посмотрела в его сторону, но он больше не смотрел на нее, а был занят разговором с другими мужчинами. Меня… на свидание? — думала она, это звучало словно бред. Однозначный ответ она могла получить только в два часа.

˚˖𓍢❀˖𓍢❀𓍢˖❀˖𓍢˚

      За несколько часов работы ранее более-менее уверенная девушка начала ощущать себя откровенно неуютно, слишком предавшись размышлениям о предстоявшем свидании с коллегой. Так ли лежат мои волосы? Она отчаянно укладывала их перед зеркалом в офисном туалете. Моя одежда выглажена? Она намочила свою рубашку и сушила её десять минут под сушкой для рук в надежде разгладить невидимые складки на несчастной одежде. Мои глаза не слишком косят? Она поправила линзы для зрения, вызвав раздражение, и теперь её спасти могли только капли для глаз, благополучно забытые дома этим утром. Она отчаянно достала из сумки очки, которые надевала только когда по вечерам работала с бумагами, и с отвращением взглянула на себя в зеркало. Входная дверь заскрипела, в туалет вошла Джина, Ребекка осмотрела её. Идеальная. Даже когда волосы выбивались из её укладки, они выглядели хорошо. Как Брюс мог позвать меня… Когда рядом есть Джина? Ведь сама Ребекка на месте коллеги точно выбрала бы её. И нельзя было однозначно сказать, хотела ли Чемберс быть ей или… быть с ней? Джина встала около неё перед зеркалом и принялась поправлять свой макияж, Чемберс надеялась, что она действительно не замечала её взглядов. Или Фоли очень хорошо делала вид, что не замечала. Рядом с ней Ребекка ощущала себя ещё хуже. Вдруг всё это большая шутка? Нет, нет. Я больше не Очкастая Бекки из старшей школы. Я стала лучшей версией себя. Стала лучше. Я… Я тоже могу ходить на свидания. У меня тоже может быть апрельская любовь. Она кивнула самой себе и уверенно поправила пиджак. — Ты же Ребекка Чемберс? — подала голос Джина, та вздрогнула и кивнула. Она оценивающе осмотрела её и ухмыльнулась своим мыслям, та стушевалась. — Делаешь отчёты по платному шаблону? — А? — Ребекка захлопала глазами и растерялась, — Эм… Нет. Я всегда готовлю шаблоны сама под сезонные задачи. — Хм, — Фоли вскинула брови и одобрительно кивнула, — Мне нравится. Знаешь, я проходила курсы повышения квалификации прошлой осенью, у нашего лектора был схожий стиль оформления. Альберт Вес- — Кер, — докончила Ребекка, — Альберт Вескер. Я… была его ассистенткой за год до того, как устроилась сюда. Диалог складывался странный. Фоли удивилась. — И… с таким опытом ассистирования ты… На должности помощницы нашего начальника отдела? — почти обесценивая собственное начальство, спросила Джина. Ребекке стало неловко. Их отдел был одним из самых важных для функционирования компании и их начальник был не простым смертным, как она и её коллеги. Но на фоне профессора Альберта, работа с которым гарантировала карьеру в науке, работа на уровне секретаря выглядела жалко. — Прости, — Джина улыбнулась, — Я, кажется, тебя смутила. — Нет-нет, все нормально, — Чемберс поджала губы, — Я в процессе. Мне надо закончить вуз, без диплома меня не могут взять на полную ставку у Вескера. А я сейчас не могу работать на низкую зарплату. Та с пониманием кивнула. Телефон Ребекки завибрировал, Брюс ждал у выхода из офиса. девушка спешно запихнула расчёску в сумку и понеслась к двери, но перед тем, как она вышла, Джина Фоли пожелала ей удачи, но та её так и не услышала.

˚˖𓍢❀˖𓍢❀𓍢˖❀˖𓍢˚

      Ребекка Чемберс волновалась всю дорогу на такси, её душило смущение от самого факта свидания. Коллега лишь улыбался себе под нос, его глаза светились, он был крайне доволен. Ещё больше её смутило, когда таксист протянул ей аппарат для оплаты поездки, а Брюс даже не моргнул и молча вышел из машины, не предложив самостоятельно оплатить дорогу. На свидании, на которое он сам пригласил девушку. Может быть многое в отношениях изменилось? — подумала она, кладя банковскую карту обратно в кошелек, — Сериалы и тут соврали? Они прошли в здание торгового центра, МакГиверн болтал без умолку: о своей карьере, об успешных закрытиях сезонных проектов, о жизни, столь заурядной для ушей Ребекки, но столь интересной для него самого. За полчаса пешей прогулки по этажам Чемберс убедилась в том, что в школе Брюс был одним из тех, за кем она наблюдала со стороны. Главный герой, в личность которого не следовало всматриваться, чтобы не находить его минусы. — Вот в эти акции я и вложился. Брокер, у которого я иногда учусь, сказал, что в мае они взлетят до небес, — продолжал МакГиверн, не забывая пробовать кофе, который он взял только себе. Ни одного вопроса Ребекке о ней самой он так и не задал. Однако так девушке было даже легче — ей не приходилось много думать над ответом, чтобы выглядеть в его глазах лучше. Казалось, она вообще никак не выглядела в его глазах. Порой она осматривалась на парочек, шедших мимо, и не понимала кто именно ухаживал правильно и по-современному. Те парни, что шли под ручку с девушками и покупали им еду, или Брюс, который ни разу не взглянул ей в глаза. Может, он ещё не уверен в своих чувствах и пригласил меня, чтобы убедиться? Она успокаивала себя этим, стараясь не считать себя виноватой в его холодном отношении. Вдруг он остановился перед ювелирным магазином. Блеск десятков камней на дорогих украшениях кружился на стенах, их мерцание, казалось, тоже облагалось оплатой. Глаза Ребекки округлились, губы дрогнули в улыбке. Вот оно. Он купит мне что-нибудь. Проявит внимание. Так же делают, когда тебе кто-то нравится? Он, не говоря ей ничего, зашел внутрь, и сразу понесся рассматривать витрину с золотом, Чемберс же не была уверена, золото ей не шло. Но ведь дареному коню в зубы не смотрят? — Вот, вот это очень красиво, — сказал он, когда девушка подошла ближе, и указал на золотой браслет, улыбчивая консультантша спешно достала его и протянула к паре. Брюс по-хозяйски взял девушку за руку и надел ей браслет, начиная смотреть как он сверкал под искусственным светом. Щёки Ребекки горели. Она была крайне довольна и смущена. Браслеты сменялись один за другим, МакГиверн выбирал тщательно, на цену даже не смотрел, чем льстил своей спутнице. Браслет был выбран, подкорректирован ювелиром под размер кисти, упакован и передан в руки Ребекки, которая смущенно прижимала его к себе. Она даже не нашла в себе слов благодарности, лишь неловко, вся розовая, шла подле мужчины к выходу. Когда они покинули здание, Брюс вызвал машину и начал курить, молчал, но улыбки не скрывал. Взгляда на Ребекку не переводил. Она же вцепилась носком туфли в асфальт и вертела ногой, как школьница на свидании. Даже начала ощущать себя так же, надеясь, что не выглядела глупо. Разговор с мужчиной не складывался, но она всё равно была рада. Ведь это было не последнее их свидание? Машина подъехала, Брюс открыл дверь и протянул руку девушке. Она смущенно положила ладонь в его, большую и бархатную. Вселенная запела в эту секунду, облака разошлись и засияло солнце. И вдруг всё замерло. — Ты чего? Пакет отдать не хочешь? — спросил МакГиверн, смотря на девушку искоса, затем слегка толкнул её хрупкую ладонь и снова протянул руку; та сначала не поняла, а после проморгалась. — Что? — она убрала руку как ошпаренная и прижала пакет ближе, глаза мужчины не сходили с него. — Пакет, — повторил он, — Браслет отдай. Ребекка растерлась, даже голова закружилась от этого чувства; ей казалось, что на неё высыпали целый мешок камней. Она неуверенно протянула ему пакет с украшением и тот с улыбкой забрал его, приоткрыл и заглянул внутрь, проверяя на месте ли была коробочка. — Замечательно, — сам себе сказал под нос мужчина, затем обратился уже к девушке: — Надеюсь, ей понравится. — Ей? — не поняла Чемберс. Она облизнула в миг пересохшие губы, очки начали сползать, все тело начало потеть, руки дрожали. — Кому ей? — Как кому? — искренне удивился Брюс, — Джине Фоли, кому же еще! Не тётке Чжо же, — он усмехнулся, имея ввиду их общую взрослую коллегу. — Я никак не мог решить: кольцо или браслет, боялся не угадать с размером. Повезло, что у тебя кисти такие же тонкие, как у Джины, а вот пальцы потолще. Сама понимаешь, ты мне особо разгуляться не дала из-за этого, — его смех разошелся по улице, ожидавший таксист оглянулся на них. Ребекка побледнела в лице и уставилась меж глаз Брюсу, словно смотрела сквозь него. Пот подступил ко лбу, она сжала ладони в кулаки. Всё нутро задрожало от обиды. Казалось, вот-вот слезы подступили бы к глазам, она глубоко вдохнула, пыталась выдержать момент. Даже таксист заметил её смятение, МакГиверн же не видел ничего из этого и был увлечен своей покупкой. Девушка не успела сказать ему и слова, как тот сел в машину и, не попрощавшись, не поблагодарив, уехал, оставив её одну перед торговым центром. Мудак. Мудак. Мудила! Грязный кретин! Её начало распирать от злости на месте. Она была готова затоптать ногами, представляя под ними его самодовольное лицо, обида комом встала в горле, возмущение вырывалось наружу. Слёзы гнева почти брызнули из глаз, нос тут же взмок. Она агрессивно схватила свой телефон и начала искать такси, но, казалось, весь мир встал против неё в эти секунды — со счета списало средства и она осталась без интернета. — Что-б тебя, — зашипела Чембрес, после чего осмотрелась на наличие автобусных остановок. Вокруг не было ни одной. Все ополчились на неё, словно пытаясь поставить на место за минутную самоуверенность. За то, что она посмела поверить, что ей таки суждено провести хорошо день с человеком, которому она нравилась. Тучи начали сгущаться над её головой, казалось, словно солнца сегодня и не было. В считанные мгновения началась морось, пока она шагала на туфлях, которые ей жали, перерастал в дождь. Волосы встали дыбом от влаги, костюм намокал, а ей не хватало терпения, чтобы вернуться в торговый центр и переждать. Нет. Ей было принципиально проглотить обиду и шагать. Она знала, что если остановится — задумается, начнёт жалеть себя и таки заплачет. Ребекка даже не могла подумать о том, как завтра стоило смотреть в лицо Брюсу, а тем более наблюдать за Джиной. Её вины во всём этом не было, но Чемберс знала, что больше не сможет смотреть на неё теми же глазами. Потому что ее сжирала бы зависть, куда более мерзкая, чем обычно. И дело вовсе было не в молодом коллеге, он был последним, чего Ребекке хотелось. Ей хотелось просто… Тоже быть любимой кем-то. Хотелось апрельской любви в конце этого мерзкого марта. Когда она дошагала до остановки дождь намочил её ноги и короткие волосы, но одежда каким-то чудом осталась относительно сухой. Автобус всё никак не проезжал мимо; она устало опустилась на скамью и смотрела вперёд. Через дорогу от остановки были небольшие ресторанчики, как только начался дождь, все шедшие мимо скопились внутри и Чемберс даже отсюда видела какие забитые залы там были. Я бы всё отдала сейчас за чашку горячего кофе. Она посмотрела на свои наручные часы. Всего четыре часа вечера. Если бы не Брюс МакГиверн, она всё еще была бы на работе и доделывала остаток задач на сегодня. Из носа всё ещё текло, она открыла сумочку и начала копаться в поисках салфеток для носа, однако вдруг нащупала что-то странное. Нахмурившись, она заглянула в сумку и увидела торчавшую коробку, достала её и застыла. Диск брата с «Апрельской школой» оказался у неё в сумочке. Но как? Его не было здесь ещё пару часов назад. Она осмотрелась, пытаясь понять не подшутил ли над ней младший братец. Вокруг не было ни души. Даже машины начали мелькать только по соседним улицам. Забитые ресторанчики затихли, словно все гости внутри замерли в надежде услышать её мысли. Она вновь посмотрела на коробку с диском. — Глупая история, — прошипела она, — Глупая, глупая, глупая! Она со злостью бросила коробку на землю, та хрустнула и отбросилась блинчиком в нескольких метрах от неё, почти у самой дороги; одним щелчком пластик раскрылся, обнажая сам диск, на который тут же попал дождь. Ребекка смотрела на него несколько секунд, со злобой, обидой, но затем поджала губы и понеслась поднимать его, диск ещё можно было спасти. Возможно, брат случайно положил его к ней, и было бы не очень хорошо потом лгать ему, говоря, что она не видела его тупой сериал нигде. Как только она высунулась из-под навеса остановки, дождь начал снова мочить её волосы. Она нагнулась над диском, в эту секунду из ниоткуда появился автобус. Он не остановился, а пронёсся мимо словно гоночный болид, проезжаясь прямо по самой глубокой луже на дороге и разбрызгивая воду вокруг. А в частности прямо на девушку, которая стояла нагнувшись у самых колёс машины. Вода полностью облила и её, и диск, который теперь точно нельзя было спасти — жидкость тут же впиталась в маленькую щель между острым краями пластика, заполняя собой все лазерные каналы. Девушка от неожиданности отлетела от обочины назад, падая на землю. Вся мокрая, грязная. И тут она не сдержала слёз и заплакала, так громко и отчаянно, как могла. Вываливала всю свою обиду на сегодняшний день, но её не слышал никто и даже дождю было плевать, он с силой тысяч игл бился о её лицо, поднятое к небу, неловко скрывая её горячие слезинки. Она всхлипывала и плакала недолго, вдруг раздался рокот грома, такой громкий, что задрожали даже её внутренности. Земля содрогнулась, небо окрасилось в алый цвет на мгновение, зазвучал звон колокола. Ребекка застыла, забыла как плакать и осмотрелась. Никаких церквей в этом районе не было. Колокол ударил один раз так громко, словно висел прямо над ней. Она в ужасе вжалась в холодный асфальт, несчастная стрелка под юбкой уже растянулась по всей длине ноги. Сердце Чемберс стучало как бешеное, ей казалось, что она несколько мгновений назад умерла под колесами автобуса и сейчас отправлялась на тот свет. Вдруг кто-то коснулся её плеча, она ошарашенно оглянулась. Над ней стоял какой-то школьник в дорогой униформе в духе частных гимназий, но эмблему этой Чемберс не могла узнать. Он протянул ей руку в попытке помочь встать, в другой руке у него был большой черный зонт. Девушка поджала нижнюю губу, словно ребенок, и, будучи тронутой, наспех вытерла дождь и слезы с лица, поднимаясь с земли, оказываясь на пол головы выше старшеклассника. — Спасибо… — неловко произнесла она, пробежав под навес и пытаясь привести себя в порядок, но мысли не собирались, волосы не собирались, ничего не собиралось. Она была разбита и чувствовала стыд за свой внешний вид перед незнакомцем. — Сара, тебе стало плохо? — спросил юноша, обеспокоенно смотря на неё, и Чемберс не сразу поняла, что обращался он к ней. Она оглянулась, чтобы удостовериться. — Давай я провожу тебя к медсестре? — Медсестре? — Ребекка снова подумала о том, что могла действительно умереть и все это было предсмертной галлюцинацией. Юноша кивнул и подхватил ее под локоть. — Пойдем, а то ты так ещё и простудишься. Он потянул её к дороге, она поддалась, не понимая что тот делал, а затем обомлела, когда вместо ресторанчиков через дорогу показались железные ворота во двор частной старшей школы. Разинув рот, она даже не возражала незнакомцу и шла под руку с ним под зонтом, пытаясь понять какие ещё вещи подкинет ей воображение. Ворота были слишком реалистичные. Охранник у этих ворот был слишком живой. Может я сошла с ума от стресса сегодня? Они перешли дорогу и прошли во двор, школа выглядела словно сошла со страниц книги: все было современно и дорого, совсем не в духе обычных государственных старших школ Чикаго. Родная школа Ребекки даже рядом не стояла с этой. Юноша вёл ее глубже во двор, дождь постепенно прекращался, стук капель о зонтик начинал походить на лёгкую мелодию, атмосфера вокруг переменилась, воздух стал легче. Когда они оказались в нескольких десятках метрах от входа в школу, Чемберс наконец проморгалась и остановилась. — Постой, погоди, — она отпустила его руку и сняла очки, протереть их о мокрую одежду не особо получалось. — Я не могу войти, меня же не впустят, — она оглянулась на ворота, — странно, что меня даже во двор пустили! Безумие какое то… Может у меня температура? — она приложила руку ко лбу, — Я готова поклясться, что этой школы не было здесь. — У тебя явно сегодня с головой не все хорошо, Сара, — с тревогой сказал старшеклассник, чуть выше поднимая зонтик над их головами. — Школа стоит здесь почти сотню лет. — Ты меня с кем-то перепутал, — девушка отступила от него на шаг, выставив руки вперёд. — Меня зовут не Сара, я Ребекка. Ребекка Чемберс. Парень посмотрел на неё как на умалишенную, так искренне, что сама девушка начала сомневаться — а звали ли её Ребеккой Чемберс? — Сара, давай лучше к медсестре. Мне кажется, перед аттестациями у тебя крыша начала ехать. А я говорил, что подготовка к тестам днями и ночами ни к чему не приведет. Вон, посмотри на свою обувь, — она опустила взгляд и ахнула — вместо туфель на каблуках, что были на размер меньше, на её ногах были классические, грязные лоферы, а вместо капроновых колготок снизу вверх тянулись белые гольфы, разукрашенные водой из лужи. Чемберс, не веря, несколько раз перевела взгляд с юноши вниз и снизу на юношу, пытаясь удостовериться — одно ли они видели? — Что за… — пропищала она и посмотрела на свои предплечья. На ней был такой же пиджак, что и на юноше, темно синий с золотыми орнаментами на рукавах и груди вокруг эмблемы школы. Вместо прямой офисной юбки была бежевая юбка плесе, такая же испачканная. Она покрутилась на месте, не в силах поверить в происходившее. — Я схожу с ума, я точно-точно схожу с ума! — Да, тебе явно надо отдохнуть, — парень снова подхватил ее под руку и повел в сторону здания, Ребекка была растеряна и не могла найти ни одного логичного объяснения. Только шизофрения. Галлюцинации. Свихнулась. Ку-ку! Студенты внутри ходили из стороны в сторону, холл школы был невообразимо большой, девушка затерялась в нём взглядом, когда они пересекли порог, даже назойливые взгляды старшеклассников, обращённые на ее внешний вид, не беспокоили ее. Это всё моё воображение. Этого нет — повторяла она себе под нос, продолжая идти за парнем словно тряпичная кукла. Мокрая обувь мерзко скрипела, тело дрожало от неприятного соприкосновения с грязной и мокрой школьной формой, но она ощущала себя словно парила вне своего тела. Убеждала себя, что всё это — не настоящее. Юноша постучал в кабинет медпункта, взрослый голос впустил их. — Билли, это ты? Проходи, сынок, — приятный женский голос обволакивал, Ребекка зашла вслед за старшеклассником, озираясь вокруг. — С тобой и Сара? Что это с ней? Она не ранена? — к ним подскочила взрослая женщина в белом халате и обеспокоенно осмотрела девушку, пытаясь понять где она так измазалась. — У нее был какой-то припадок, несёт околесицу какую-то, — спешно ответил тот, усаживая растерянную Ребекку на кушетку. — Она ещё и упала на остановке через дорогу. Уверен, что это переутомление, она не слезала с книжек последние недели две так точно. А я ведь говорил, что ей стоило хотя бы выйти подышать, только вот она — ни в какую! — Бедная девочка, — оба посмотрели на неё как на последнюю умалишенную, а глаза Ребекка действительно почти начали кружиться и косить. — Я не Сара, — повторила она, обняв себя за плечи, — Я Ребекка Чемберс. — Вот видишь, мам, — Билли посмотрел на женщину, — Крыша полетела от книжек. — Ей просто надо отдохнуть, поспит тут пару часов и все будет нормально, — женщина тепло улыбнулась ей, словно разговаривая со школьницей, и развернулась, чтобы продолжить делать свою работу. Что за бред — подумала девушка, — когда это так проблемы с головой лечились? Разве что в каких нибудь условных фильмах… Тут Ребекка замерла, уставившись в одну точку. Увидела на стене напротив зеркало, могла видеть себя со стороны. Она была готова закричать от шока. Но напугал ее не потрёпанный внешний вид, не торчавшие волосы, а лицо. Её лицо — на три, а то и четыре года младше. Словно она помолодела за несколько часов. Девушка с неверием коснулась своей щеки, подскочила к зеркалу и пыталась убедиться, что ей это не казалось. — Ты тоже это видишь?! — завопила она парню. — Вижу что? — Мое лицо? Я… Почему я так выгляжу? И куда делась родинка? — она ткнула пальцем на свою щеку, где на первом курсе университета проявилась маленькая родинка, еле заметная, но вполне реальная. А сейчас ее не было, как не было во времена её старшей школы. Билли коснулся её щеки, разворачивая лицом к себе, и задумался. — Я не помню, чтобы у тебя на лице вообще были родинки. Мне кажется, тебе прямо сейчас стоит прилечь и поспать, я скажу преподавателю, что тебе стало плохо. — Н-нет, стой… — она схватилась за свою голову, пытаясь успокоиться. Этот парень и его мамаша просто ненормальные. Мне нужен другой взрослый человек, который все рассудит. Скажет, что я, тетка, ошиблась и пришла в школу в припадке. — Идём на урок, я хочу увидеть учителя. — Ты уверена? Мне кажется, тебе стоит сначала привести себя в порядок, — юноша слегка брезгливо заправил ее мокрую короткую прядь за ухо, но по-дружески, словно Ребекку не должно было это оскорбить. А её оскорбило, и так, что лицо раскраснелось от злости. — Издеваешься? Где я тебе сменную одежду сейчас найду? — Так в нашем драмкружке полной сменной одежды на любой размер, — словно делясь чем-то очевидным, сказал тот. И Ребекка подумала: какое удобное совпадение. Подозрительно удобное. Оставив медпункт, он провел девушку в какое-то крыло, Чемберс абсолютно не могла понять планировку этой школы. Снаружи она выглядела совершенно иначе, такое бывало только по телевизору, когда снимали одно здание сверху, а другое — изнутри, выставляя все за одну и ту же локацию. Когда они дошли, кабинет был пуст, а вот вещей было полно в гардеробной, нашлась даже сменная спортивная форма, которую девушка коснулась, и в это мгновение нечто в её голове словно щёлкнуло, перед глазами расплылась мгла, а когда расступилась — она чуть не грохнулась в обморок. Одежда уже была на ней. За секунды. Она даже не успела расстегнуть пиджак, а он уже валялся в нескольких метрах. Откровенная чертовщина морочила ей голову, сводя её с ума и всё больше убеждая в том, что всё это был предсмертный сон. Ребекка не сказал ни слова Билли, который вел себя так, словно они дружили много лет, её смущало такое отношение. Он провел её к классу, когда дверь отворилась, все уставились в их сторону. девушка тут же выделилась на фоне одетых в обычную форму школьников. — Сара Ариас и Билли Коэн, — недовольно пробурчал учитель, смотря на них исподлобья, — Что на этот раз? Ураган или кошку с дерева снимали? — Мистер Бёртон, Саре стало плохо, я водил её в медпункт, — спокойно и с улыбкой ответил юноша, по классу прошёлся шепот. А Ребекка стояла, молча, ошарашенно. Даже учитель делал вид, что она была некой Сарой. Все вокруг неё ненормальные, или она одна? Я должна позвонить маме, — сразу решила она, разворачиваясь на месте, тут же сталкиваясь почти что носами с другой девушкой, так же шедшей в этот класс, от неожиданности Ребекка чуть не повалилась обратно, девушка схватила её руку, за талию её подхватили крепкие руки ещё одного незнакомца. Двое школьников держали ее на весу спасая от падения, казалось, время замедлилось, воздух стал гуще, словно пустили розовый пар, свет из окон обильно освещал их лица. Они, подобно двум ангелам, парили над Ребеккой, что у неё перехватило дыхание. Красивые, молодые, те, кого она так же могла назвать в школе главными героями. Над головой Чемберс снова раздался грохот колокола, он вот-вот был готов упасть на неё. Секунды растягивались, взгляды двух старшеклассников были устремлены на девушку. Всё вернулось обратно только когда голос Бёртона разрезал ткань их маленькой реальности. — А вот и ещё одна парочка прогульщиков, Клэр Рэдфилд и Леон Скотт Кеннеди. Оба подняли взгляд с Ребекки в сторону класса, девушка подтянула её вверх, ставя прямо, и бесцеремонно толкнула, освобождая проход в класс. Чемберс ошарашенно отступила и пропустила обоих внутрь, Билли даже слегка опустил взгляд, в кабинете стало неспокойно. Только учителю было все равно, но почти сошедшая с ума от событий сразу поняла, что у этих двоих был определенный авторитет в этом классе. — Я напоминаю, кхм-кхм, что отношения в нашей гимназии строго запрещены, молодые люди, — словно напоминая всем, но адресуя конкретным лицам, сказал Бёртон. Возмущение опоздавшей студентки было считать легче, она с явным отвращением посмотрела на парня. — Отношения? С этим дятлом? Никогда, — отрезала она. Тот с не меньшим омерзением ответил: — На себя посмотри, кобыла. — Сели оба, — приказал учитель, после чего они наконец сели на места: девушка у окна в середине класса, парень через один стол от неё. Парта между ними пустовала. Повисла тишина, старший мужчина окинул строгим взглядом Билли и Ребекку, которые до сих пор стояли в дверном проёме. — А вам отдельное приглашение нужно? Быстро на места. Чемберс не собиралась слушаться, она уже отучила своё, была взрослой девушкой, которая не хотела подыгрывать своему больному воображению, окружавшем её, и садиться, однако она не смогла ступить шага от кабинета. Невидимая сила сдавила её тело, никто не замечал с каким усилием некая мощная энергия тянула её обратно в кабинет. Это чувство было похоже на то, что нашло на неё когда она меняла одежду в драмкружке. Кто-то сверху, колокол, давил на неё. Это сводило её ещё больше с ума. Она, не в силах противиться этому невидимому барьеру, шагнула обратно в класс. Свободно и без преград. Выбора не оставалось — она сейчас должна была поступить так, как того хотел сошедший с ума мозг. Билли уже уселся на своё место в конце ряда, пустовало лишь одно место в классе — между Леоном и Клэр. Там витала тяжелая энергетика, их взаимная неприязнь давила на всех вокруг, Чемберс очень не хотелось перетягивать весь этот негатив на себя, становиться преградой между их ненавистными взглядами. Но она села и, дрожа от стресса и сжав челюсть, уставилась в стол, не собираясь слушать говор учителя, что был лишь частью её разума. Она не знала, что делать, как найти выход из этого лабиринта фантазий. Конечности замерзали, тело просило тепла солнца за окном. Ребекка посмотрела в сторону окна и увидела, что Клэр сидела сверля взглядом её. Она смотрит на того парня? — не понимала Чемберс, та смотрела пристально, но без эмоций, словно просто разглядывая. Ребекка обернулась на Леона. Он тоже смотрел в её сторону. Всё выглядело так, будто они пытались проделать дыру взглядами в ней и досмотреться друг до друга. Но она не знала, что смотрели они именно что на неё.