Сияй!

Теплый вечер подходит к концу, окно раскрыто нараспашку, но это не спасает от духоты и жара, которым охвачены двое парней. Один - высокий, худощавый, а второй на фоне первого кажется совсем хрупким. У парня пониже, загадочно горят глаза, он притягивает брюнета с пухлыми губами к себе и глядит в глубину карих глаз. Он будто ищет там ответ на самый главный вопрос в его жизни. Поцелуй получается неловким, смазанным, но искренним. Оба понимают, что алкоголь окончательно затмил разум, и тот отключился. Чарующий аромат кожи хозяина квартиры сводит с ума танцора, который уже на все согласен. Он даже готов был стоять на коленях, если бы ему приказали, только для того, чтобы почувствовать атласную кожу кончиками пальцев. Хлопковая футболка и классическая рубашка летят на мягкий ковер. - Ка-ай... - Выстанывает Сухо, когда чувствует влажные губы, перебирающиеся с его подбородка ниже. Шея, потом ключицы. Желание слишком сильное, да и вино, выпитое в баре совсем недавно, дает о себе знать. Он возбудился от простых прикосновений, невинных ласк, да что говорить, наверное, одного взгляда было достаточно. Он хотел этого парня уже очень давно. Осознание этого, пришло, как гром среди ясного неба, все его планы рушились, он терялся рядом с этим юношей, ему слишком хотелось быть рядом. Вот как это все закончилось - он плавится в руках, которые в его фантазиях вытворяли такое, что кожа горела адским пламенем. А младший, тем временем, поспешно стянул последнюю ткань вниз и спустился на колени. Обхватив теплой ладонью ствол, он начал медленно водить ею, немного осмелевший после алкоголя. Кай даже не задумывался, что это может быть неправильно. Закрыв глаза, он обхватил головку сочными губами, но сразу чуть отстранился, тихо причмокнув. Он просто водил по стволу и головке губами и языком, помогая рукой. Джунмен чувствует, что на долго его не хватит и оттягивает парня за волосы, опускаясь рядом. Джонин слышит голос, но сути не улавливает и просто набрасывается с поцелуями. Услышав довольный стон, он отстраняется, чтобы старший удобно устроился, а потом садится на его бедра. Страстные поцелуи, жадные руки, переплетенные тела. Кай извивается от неприятных ощущений, жмется еще ближе, пока его растягивают холодные влажные пальцы, а когда привыкает, трется носом о кожу шеи от нетерпения. Сухо жмурится и поджимает губы от наслаждения, когда его плоть проникает в гибкое стройное тело. Удовольствие накатывает штормовыми волнами. Жар охватывает все тело, каждую клеточку, ему кажется, что это все не правда, что это просто не может быть его первым разом... Он никогда не думал, что так выйдет. Этот парень заставил его потерять голову, такого никогда не было. Чувство эйфории овладевает и Джонином, которому было больно, но от осознания того, что именно этот человек с ним, боль не казалась дикой. Он тоже не думал, что лишиться девственности вот так... Но его сейчас это совсем не волновало, ему стало хорошо, экстаз завладел его разумом, он просто позволил себе податься инстинктам. Он все глубже уходил в нирвану, завлекая за собой Сухо, о котором он мечтал так долго. Сухо чувствует, что тело в его руках заходится мелкой дрожью и начинает входить быстрее и глубже. Кай стонет громче, кажется, что вот-вот и голос сорвется, и Джунмен пытается как можно ярче запомнить эти звуки. Он слышит вскрик удовольствия и видит, как танцор изгибается дугой. Теперь в память Джунмена навечно врезался образ этого опьяняющего парня, бьющегося в оргазме, с губ которого в крике срывается его имя. Он видит приоткрытый рот, хватающий спасительный воздух, смуглую блестящую от бисеринок пота кожу, грудь, которая вздымается от прерывистого дыхания, втянутый живот и сам доходит до края. Громкое "Кай!", и с глубоким толчком он кончает в парня. Утром Джунмен просыпается один и понимает, что он натворил. Нельзя было позволять себе этой слабости, это могло закончиться катастрофой, потому что он хочет стать звездой, а прослыть тем, кем он сейчас является, в его планы не входило. Они оба пока несовершеннолетние, если родители узнают... Отец просто прикончит его. Он видит забытый Каем бумажник на полу и понимает, что все кончено. Для них нет будущего, нет права быть вместе, нет права на что-то больше дружбы. Это одновременно злит и душит. Ему кажется, что он сейчас стоит перед дьяволом и решается продать душу. Ему страшно, но он уже знает, что сделает. Потому что он хочет избавится от картинки, стоящей сейчас перед глазами, потому что он хочет забыть, как звучат его стоны, которые были бесспорно прекрасны... ______________________________________ Наше время. Холодный пол, застилает мягкий ворсистый ковер. Узкая кровать уже с трудом выдерживает двух человек и скрипит слишком громко от каждого звука. Сухо кидает телефон около кровати, не заботясь о том, что он может разбиться. Он прекрасно слышит, что ему звонят, но не обращает внимания, а просто делает музыку громче. В комнату заходит еще один парень, которого Джунмен подцепил совершенно случайно, но вовремя. Парень смотрит на него голодными глазами и подходит ближе. Сухо пытается вспомнить, как его зовут, но попытка не увенчалась успехом. Хотя, ему плевать, он не дружить собрался, имена сейчас мало что значат. - Лухан. Я вижу, как ты отчаянно пытаешься обратиться ко мне. - Парень усмехается и наклоняется. - А ты, Сухо, кажется? - Ближе к делу. - Резко, но ведь для этого он здесь. - Не терпится? Успокойся ты, у меня есть время, хоть до завтра могу проторчать в твоей постели. Не спе... - Он не успевает закончить, потому что его роняют на кровать и лишают футболки. - Молчи. - Сухо и правда сразу берется за дело. Обводит ключицы, сначала легкими поцелуями, потом начинает прикусывать кожу. Когда он переходит на шею, Лухан слегка прогибается и мычит от наслаждения. Идиллия рушиться, как только Сухо прикусывает нежную кожу за ушком. Он догадывается, кто мог его навестить, ведь только у одного человека есть ключ. Это злит Джунмена, ведь ему мешают сейчас, но он решает, что все-таки нужно поговорить с Каем, мало ли, вдруг он что серьезное рассказать хотел. После разговора с младшим, его злости не было предела. Из-за какой-то чуши отвлек от столь важного дела. Но в душе он осознает, что намерено делает больно, а злость лишь прикрытие. Хотя он действительно зол, вот только на себя, а не на Джонина. Он ловит себя на мысли, что снова слишком много думает о нем, а это не правильно. Это тоже не убавляет коэффициент ярости и окончательно взбешенный, он возвращается в спальню. - Прости, это мой бывший... Долгая история, на чем мы там остановились? - В ответ он только получает лисий прищур и понимает, что так просто он не отделается. - Говори. - Не хочу на кровати, хочу на ковер! - Командный слегка капризный тон, доносится, как из под воды. Сухо хочется кричать - "Нет, только не это" - но он понимает, что тогда он точно сегодня ничего не получит. Опомнившись, он кивнул, и поспешил раздеться, нашел крем и принялся пожирать глазами сегодняшнюю игрушку. Лухан делает так, как ему хочется. Давит на плечи старосты, заставляя сесть на ковер, потом чуть раздвигает его ноги и садится сверху. Сухо разъярен, что и показывает в поцелуе. Слишком жадный, нетерпеливый, Лухан даже теряется на время от такого напора, но позже понимает, что сегодня он отлично проведет время, потому что ему давно не хватало такого секса. Немного грубого, но с диким желанием. Дальше все, как в тумане, Сухо чувствует, как его охватывает жар, как его плоть скользит по гладким стенкам, доставляя удовольствие. Он чувствует, как тело извивается в его руках, и не открывает глаза, когда чувствует, что Лухан на пределе. Когда он слышит громкий стон и чувствует, как тело в его руках расслабляется, он толкается еще несколько раз, выходит и кончает на живот блондина. На выдохе с губ слетает еле слышное "Кай", а из головы не выходит всплывающий каждый раз в памяти образ смуглого парня с сочными влажными губами, заходящегося в сладких судорогах удовольствия... ____________________________________________ POV BaekHyun Боже, как же я ненавижу этот диван! Будь проклята моя совесть. Ну почему я такой порядочный? Ну пошел бы Джонин домой, он ведь недалеко живет, наверное. Айщ, ладно, пойду будить его, заодно сам соберусь. Чем раньше дойду до больницы, тем лучше. Прохожу в свою комнату и умиляюсь. Джонин спит крепким сном, свернувшись калачиком, положив одну руку под щеку, а вторую под подушку. Одеяло только ноги кое-как прикрывает, и не холодно же ему, окно открыто нараспашку. - Эй, Джонин-а, просыпайся. - Я подхожу и аккуратно трясу его за плечо. - Тонсен, вставай! - Хен, можно я не пойду сегодня? Я позвоню Мёну... - Не думал, что он вот так сам вызовется пропустить, он обычно всегда ходит на занятия, каким бы помятым не был. - Ну чего ты? - Я присел рядом и запустил пальцы в темные волосы. - Ммм... Хен, ты в больницу пойдешь? - Он довольно жмуриться и ластиться под руку. - Я могу твоей маме по дому помочь, а то вы меня приютили... - Может лучше на тренировку? - Он открывает один глаз, а потом закрывает и, довольно улыбаясь, выдает - "неа". - Как знаешь. Мама сейчас на работу пойдет, так что можешь остаться, я надеюсь, что меня не сильно в больнице задержат. Не люблю больницы. - Хорошо хен. POV Kai. Как только входная дверь закрывается, я решаюсь поговорить с Джунменом. Не хочется думать о нем, но приходится. Вчера, наверняка он оторвался на том парне, мне даже жаль того блондинчика. Куда я дел телефон? Точно, в толстовке. В доме так тепло, хоть окно в спальне и было открыто, а я спал в одних шортах, что дал мне Бэкхен. Здесь так уютно, совсем не хочется домой возвращаться. - Алло? - Чего тебе?! - Джунмен, меня сегодня не будет, Бэкхен приболел, я останусь у него. - ЧТО?! - Мне повторить? Бэкки заболел, я останусь с ним! - Бэкки значит? Отлично. - Не начинай, Мён, он хороший парень. К тому же, что за тон? Ты кто мне, ревнивый муж? Вот именно, ты мне знакомый, мой староста, так что скажи преподавателю Киму, что меня не будет, а причину я сообщу ему лично. - А когда-то ты просил меня по-другому. - Ты ужасен, Мён... ты и сам это знаешь. А если не знаешь, то просто поверь мне. - Но тебе ведь понравилось... - Лучше заткнись! Это был просто секс, мы были пьяны, а у тебя на время включилась совесть... Я все понимаю, но потакать тебе во всем я не собираюсь. До завтра, староста. Я уже и забыл, какой ты. Ведь когда-то ты не был таким ублюдком. Ты всегда мог мне помочь и поддержать меня, сильный человек, с трезвым умом и железной силой воли. Что изменилось? Почему же ты стал таким, Сухо?