Сияй!

Стук в дверь перекрыл звук стучащих по столу пальцев. Сухо быстрым шагом направился к двери, но в нескольких сантиметрах от нее остановился, чтобы унять громко бьющееся сердце. Спустя мгновение, он с невозмутимым лицом впустил пришедшего. - Почему ты стучишь? У тебя ведь есть ключ, - подняв взгляд на вошедшего, Сухо немало удивился. - Ты перекрасился? - Если ты названивал мне все это время только для того, чтобы спросить о прическе, тогда я пошел. Парень уже начал разворачиваться, но крепкие руки не дали ему этого сделать. - Что тебе надо от меня, Джунмен? - Что у тебя с этим Бэкхёном? Вы встречаетесь? Джонин ухмыльнулся и с вызовом посмотрел на Сухо. - А что, если так? Тебе-то какое дело? Тебе есть, с кем развлекаться. Сухо сжал кулаки за спиной. - И что с того? Я хотел именно того мальчика. Такого невинного, нежного. Какой он в постели, а? Кай? Кулак Джонина точно прошелся по скуле Джунмена. - И когда ты только стал такой сукой... Ответным ударом Сухо разбил губу блондина, на что тот ухмыльнулся и пальцем стер кровь. - Ты раздаешь себя направо и налево, как дешевая шлюха. Мне противно смотреть на то, как ты гниешь изнутри. Хотя, вкус у тебя неплохой. Последний был очарователен. - Просто заткнись... - Так куда ты дел своего олененка? Хотя, о чем это я. Он же просто очередной парнишка, стонущий под тобой. Еще один резкий удар заставил Кая пошатнуться, а следующий, и вовсе, упасть на локти. Но ухмылка не сходила с его губ. - Что? Правда глаза колет? Бедный, бедный Джунмен. Никто тебя не любит, но, зато, много кто хочет. Не зря ж тебе никто не отказывает, настолько хорош? - Хочешь проверить? Сухо склонился над Каем и пройдясь по внутренней стороне бедра, сжал его пах. - Не смей меня трогать! Кай ударил ногой так, что Джунмен отлетел на большое расстояние, оказавшись в гостиной. Блондин поднялся, им управляла ярость. Он сел на живот Сухо, расставив ноги по обе стороны и начал сыпать удары. Один за одним. POV SuHo Больно ли мне? Конечно. Но внутри боль сильнее. Каждое его слово, словно удар хлыста. И самое страшное то, что он прав. Но я ничего уже не сделаю с тем устоем жизни, что я принял для себя. Ничего не изменить. Мне надоело выносить его удары. Найдя в себе силы, я оттолкнул его на ковер, сам усевшись сверху, тем самым поменяв нас местами. Я нанес удар, который пришелся по скуле. Взяв рукой его за подбородок, я сверлил его яростным взглядом. Хочу избить до полусмерти этого сукиного сына. Как он мог завязать отношения с Бэкхёном! Как он мог меня предать?! Я занес руку для еще одного удара, но, вместо этого, я со злостью впился в его губы, навалившись всем телом и лишая движений. Естественно, он начал дергаться, отпираться, сомкнув челюсти, он не давал углубить поцелуй. Я сильно сжал его пах рукой, отчего он зашипел от боли, давая мне доступ. Освободив руки, он стал колотить меня по спине, по почкам, но я не сдавался. Я продолжал напористо сминать его губы, садистски наслаждаясь их вкусом. Он нанес еще один удар в район поясницы и, вдруг, резко обнял меня, притянув к себе за бедра. В то же мгновение он начал порывисто отвечать на поцелуй, отчего я чуть не сошел с ума. Он целовал яростно, кусаясь, словно отдавая назад всю боль, все эмоции, что кипели в нем. Он уже не пытался оттолкнуть меня, наоборот, он начал перехватывать инициативу на себя, целуя все горячее и глубже. Обхватив руками шею, я поднял его корпус и стянул футболку. Зарывшись пальцами в волосы, я потянул назад его голову, проведя носом по открывшейся шее, целуя ее и кусая. Я провел влажным языком от ямки между ключицами, вверх, по кадыку, по подбородку, наклоняя его голову к себе и впиваясь в пухлые и влажные губы. Кай шипит от поцелуев, его губа разбита, но он все же пылко отвечает, срывая с меня футболку и прижимая к себе. Я снова целую его шею, облизываю мочку уха, слегка прикусываю. Слышу его сладкий стон. Спускаюсь к груди, обхватываю губами сосок, играя с ним горячим языком, потом отстраняюсь и дую на влажную кожу, а затем прикусываю. С его губ срывается еще один стон, а кожа на руках покрывается мурашками. Он давит на мою голову, требуя, чтобы я спустился ниже. Все так же, продолжая кусать кожу, я спускаюсь к линии штанов и провожу влажным язычком параллельно грубой ткани, рукой при этом сжимая возбужденный орган. Я зубами расстегиваю ремень и стаскиваю с него джинсы. Возвращаясь туда, где был секунду назад, я прикусываю сквозь ткань трусов его член, пробираясь пальцами внутрь. Смотрю на то, как он откинул голову, закусив губу. Вены на шее набухли, доказывая, что Каю хорошо. Сам же я медленно отдавался во власть безумию. Я стащил с него остатки одежды и разделся сам. Лег сверху на горячее тело, провел языком линию по его губам и снова спустился вниз. Обхватив губами головку, я очертил пальцем линию его губ, слегка надавливая, давая понять, что требую от моего мальчика. Он послушно обхватил их губами и начал погружать в горячий плен рта, а я вторил его движениям. Он играл языком, который юрко бегал по моим пальцам, я же очерчивал рисунок из набухших вен стараясь поспевать за его движениями. Резко вытащив свои пальцы из влажного ротика, я взял ствол так глубоко, как только смог, одновременно вводя палец внутрь Кая. Не ожидав такого поворота, он возмущенно зашипел, а я впился в его сладкие губы, не оставляя сомнений. Сверху буду я. Углубив поцелуй, я ввел второй палец. Джонин оттолкнул меня, но я укусил его в шею и прошелся языком до уха, от чего он ослабил хватку. Я массировал нежные и тугие стенки, растягивая, поглаживая. Еще немного и шипение сменилось тихим стоном. Я снова оказался у его промежности. Провел дорожку поцелуев по внутренней стороне бедра, по мошонке, по всей длине ствола. Мой мальчик уже сам требовательно насаживался на пальцы, чего проигнорировать я не смог. Приставив тыльную сторону ладони к его губам и покрывая поцелуями шею, я начал входить, предварительно стянув с ближайшей тумбочки какой-то крем и смазав им ствол. Почувствовав только первые сантиметры узкого прохода, который плотно обхватил мой член, я захотел резко войти, но зубы, впивающиеся в мою ладонь, чтобы сдержать крик боли, не давали мне покинуть реальность. Я входил медленно, давая привыкнуть к себе, продвигаясь дальше только, когда увижу уверенный кивок. Я гладил его светлые волосы, массировал кожу головы, ласкал везде, где мог дотянуться. Войдя полностью, я замер. Жар, удовольствие, похоть, желание, любовь. Меня накрывало. Горячие стенки плотно обхватывали ствол, даря неземное наслаждение. Я почувствовал неуверенное движение и начал задавать ритм. Сначала плавно, нежно, двигаясь, едва заметно, в разные стороны, чтобы найти то место, где скопились миллионы нервных клеток, чтобы подарить наслаждение не только себе. Еще пара моих уверенных движений, и его зубы перестали сжимать кожу ладони, а с губ сорвался громкий стон. - Ещё... - первое слово, за все это время. Даже не слово, а полу стон. Я стал вбиваться резче, попадая по нужной точке и массируя ее горячей головкой члена. В моих руках Кай задыхался, дрожал и двигался мне навстречу. Толчок за толчком, я все ближе к нирване. Но я не позволю себе кончить до тех пор, как не почувствую его семя на своем животе. Я обхватил в кольцо из пальцев его член и начал двигать рукой рвано, в такт своим толчкам. Он, обезумевши, рвал ногтями кожу на моей спине, голос хрипел от криков наслаждения. Я укусил его за плечо, пытаясь сдержаться. Еще секунда. - О да... Да... Его крик сорвал с меня оковы, и я с диким стоном удовольствия обильно излился в горячее тело. Через пять минут его шумное дыхание выровнялось. Я посмотрел на него и провел пальцем по ресничкам, лежащим на щеке. Кай заснул. Я лег сбоку от него, обняв и надеясь, что утром он будет рядом со мной...