Созвездия из его родинок

Шерлок нежно подталкивает Джеймса к их общей кровати, на которой рассыпаны лепестки белых, как первый снег, роз. Холмс, пожалуй, лучше всех знает предпочтения криминального гения, хоть они и живут вместе лишь первый год. Мориарти тяжело дышит от накатывающего волнами возбуждения и медленно садится на кровать, смотря прямо в бездонные глаза своего детектива. Младший подходит ближе к Джиму и нежно целует в приоткрытые губы, поваливавая на кровать. Два горячих языков сплетаются в безумном вихре чувств и эмоций, которые с новой силой захлестнули обоих консультантов. Не прерывая своего соития, они остаются без одежды и Шерлок наконец открывается от покрасневших губ ирландца. — Ложись на живот и постарайся расслабиться, Джимми — низким хрипловатым голосом говорит детектив, отходя от возбужденного Мориарти, который практически сразу выполняет просьбу Холмса младшего. В комнате приглушается свет. Он больше не бьет яркими лучами в глаза любовников, а лишь располагает к интимной обстановке, дарит ощущение спокойствия и защищенности. Детектив включает тихую музыку, конечно классику, которую так любит Джеймс. Сегодня хочет полностью порадовать своего мальчика, который до этого хорошо порадовал его новыми расследованиями. Вновь подойдя к постели, младший нависает над бледноватым телом злодея-консультанта и проводит кончиком носа по позвоночнику, пуская по коже старшего мурашки. — Ш-шерлок…— мурлычет Мориарти, благодаря своему ирландскому акценту. Ресницы на его глазах начинают трепетать, словно крылышки бабочки, которая только только пробудилась ото сна. Следом идут губы, которые точно целуют в редкие родинки, что есть на спине Джима. Для Шерлока они подобны звёздам, сияющим в бескрайней глади космоса. Теперь же это своя маленькая галактика, со своими маленькими созвездиями, которые искусно уместились на спине Джеймса Мориарти. Накал растёт и воздух становится жарким, вызывая у обоих консультантов неистовое желание бросить все ласки к чертям собачьим и наконец погрузится в музыку, которая образуется из стонов, ахов и вздохов двух мужчин. Первым не выдержал Мориарти. Честно говоря, он никогда не умел ждать и сдерживать свои желания. Каким-то образом оттолкнув от себя детектива со своими невероятными губами, он перевернулся и игриво поманил Холмса к себе. Окутанный очарованием и плененный сексуальностью своего партнера, Шерлок вновь вернулся к Джиму, который бесцеремонно впился в сладкие губы младшего. Это был сигнал к действию. Сигнал, что рвал всяческие запреты, открывая двери в мир похоти, страсти и всяческих извращений, к которым не были равнодушны оба консультанта.