С-56

— Севастополь, Октябрина, — Марат была очень возбуждена, — немедленно выдвигайтесь к позиции лидера Минск: он нашёл базу С-56 на южной оконечности земли Франц-Иосифа! — Есть! — в унисон выдохнули психомодели линкоров и отключились. — На это раз тебя никакие человеческие фокусы не спасут, тварь мелкая, — процедила сквозь зубы флагман и с такой силой ударила кулаком по башне ГК, что содрогнулся весь корабль водоизмещением более тридцати тысяч тонн. К тому моменту, когда два линкора, идущие в форсажном режиме, достигли района поиска, лидер, а также подтянувшиеся к нему два сторожевика и канонерская лодка уже отправились на дно морское. Естественно, что у них с самого начала не было ни единого шанса против С-56, но они не дали ей покинуть поле боя до подхода «тяжёлой кавалерии». — Вот ты и добегалась, шмакодявка, — радостно потёрла руки Октябрина, а ветвистые плавные узоры алой расцветки, покрывающие корпус её судна, полыхнули кроваво-красным светом. — Она пытается уйти в сторону Северной Земли. — Севастополь была абсолютно спокойна. — Пытается заманить нас в паковые льды? — Она что, думает, мы настолько тупые, что попадёмся на уже виденный фокус? — подняла брови её подруга, барабаня пальцами по рукояти пистолета. — Сомневаюсь, что люди на её борту такие наивные, — покачала головой Севастополь. — Думаю, они рассчитывают сбежать, прикрываясь этими льдами. — Люди… — Октябрина чуть сощурилась, глядя на метку субмарины, которая на максимальной скорости уходила в сторону северной оконечности Северной Земли, но линкоры постепенно её нагоняли. — До сих пор не верится, что корабль «тумана» мог пустить их себе на борт. — Мы не знаем, что в точности с ней произошло, но должны учитывать и такую возможность, — пожала плечами её собеседница и окинула взглядом свой линкор, который покрывали извилистые косые линии синего цвета. — Нравится нам это или нет — значения не имеет. — Работаем корродирками? — сменила тему Октябрина, видя, что они уже подбираются к зоне гарантированного поражения. — Она может использовать лёд как завесу, так что я уработаю её гравипушкой, — ответила Севастополь. — Минута до точки перехвата. — Гриша, они уже в зоне обстрела ракетами, но не стреляют, — доложила Ирина. — Четвёртый вариант, — вздохнул капитан. — Хреново. — Не то слово, — мрачно кивнула «туманница». — Они-то точно погибнут, но и нас с собой успеют прихватить. — Сколько у нас времени? — спросил капраз, не сводя глаз с меток линкоров. — Около минуты, — моментально отозвалась Ирина. — Как раз успеваем загнать их в ловушку. — Ну хоть в чём-то повезло, — нервно усмехнулся Григорий. — Передай информацию Сухопарову и уточни, чтобы они стреляли по той же цели, что и мы. — Есть. Северная Земля. Бункер управления огнём — Товарищ полковник, информация с С-56, — поднял руку один из связистов. — Что там? — немедленно встрепенулся особист, отвечавший за проведение операции «Звездопад». — Говорят, что откроют огонь первыми, — ответил радист. — Основная цель для нас — линкор, по которому они будут стрелять. Готовность — тридцать секунд. — Внимание всем расчётам! — схватил микрофон полковник. — Тревога уровня А! Готовность — тридцать секунд! Стрелять по цели, которую начнёт атаковать С-56! Воды Карского моря застонали, раздираемый чудовищной мощью гравипушки, и раздались в стороны, открывая взгляду зависшую в воздухе С-56, угодившую в сети гравилуча. Субмарина тут же дала полный ход, а её корпус окутался дымом от стартующих ракет с корродирующими боеголовками, которые были нацеленные на судно, готовящееся дать залп: она не собиралась сдаваться без боя. А в следующую секунду на радарах линкоров возник некий странный кусок наноматериалов, начавший запускать волны ракет уже по Октябрине, и тут же персонифицированные воплощения линкоров засекли массированный пуск гиперзвуковых ракет с территории Северной Земли. — Ах вот оно что, — усмехнулась Севастополь пытаясь зафиксировать С-56 в прицеле: подлодка врубила форсажный режим и, пользуясь соплами поворотных рулей и рулей глубины, пыталась вырваться из захвата. — Размен. — Угу, живыми мы отсюда точно не уйдём, — оскалилась Октябрина, глядя на то, как начинает проседать поле Клейна её линкора, не способное поглотить такое запредельное количество урона. — Люди нас снова переиграли. — Она пыталась подавить хотя бы наземные пусковые установки, но их было слишком много. — В последний раз, ве… — Севастополь не успела договорить, изумлённо повернув голову налево. И вновь содрогнулись воды Карса, прочертив полосу от носа крейсера до борта «Севастополя». — Сгинь, — процедила сквозь зубы Слава, которой не нужно было тратить время на прицеливание, потому как линкор стоял неподвижно, и всадила залп из гравипушки точно по центру корабля. Минуту спустя. Рубка «С-56» — Ядра линкоров уничтожены, Слава готовит форсажный режим и собирается уходит на восток, — отрапортовала Ирина, искоса поглядывая на капитана, который, против ожиданий, вовсе не выглядел довольным. — Связь? — Он не отрывал мрачного взгляда от «вмятины» в водах Карского моря: эдакая гравитационная аномалия, образовавшаяся на месте взрыва двух линкоров «тумана». — Заблокирована. — Всплыви и лазируй морзянкой «Спасибо, Слава», — проговорил каперанг, откидываясь на спинку кресла и закрывая глаза. Слава невольно обернулась, когда С-56 всплыла на поверхность, а потому не пропустила того, как лазерный зенитный автомат на крыше рубки подлодки развернулся в её сторону и отстрелял морзянкой «Спасибо, Слава». Она грустно улыбнулась и за секунду до активации форсажа прошептала: «Не за что, любимый». Северная Земля. Бункер управления огнём — Благодарю за помощь, товарищ полковник, — с экрана монитора на Сухопарова смотрели усталые серые глаза каперанга Пастухова. — Да какая там помощь, — отмахнулся особист. — Октябрина практически все ракеты посбивала. — И практически ни одной нашей, поскольку отвлеклась на гиперзвук, посчитав его более опасным, хотя там практически не было корродирующих боеголовок, — парировал Пастухов. — Об этом я не знал, — поднял брови полковник. — Так что если бы не вы, нас даже нежданная помощь Славы не спасла бы, — усмехнулся Григорий. — Октябрина-то ведь успела просадить нам щит на восемьдесят процентов, прежде чем погибнуть. — Я передам твои слова всем участникам операции, — кивнул особист.