Древний и благородный род Равенкло

31 октября 2018 года. — Гарвл гарл кгал магал! — мухомор медленно снял шляпку и поклонился. — Гарвл ларгл гал рлалгал! — второй мухомор в точности повторил жест первого. Макс задумчиво почесал подборок, осмотрел грядку слева, справа. Еще раз почесался. — Знаешь, вот когда я на них смотрю, то задаюсь вопросом — не наелся ли я мухоморов? — От королевских ты галлюцинаций не получишь и даже не отравишься, но вот подружиться с белым другом у тебя выйдет без особых проблем, — хохотнул Лерой, присоединившийся к когтевранцем, как только началась сдвоенная травология. Профессор Лонгботтом медленно прохаживался по оранжерее, показывая студентам как правильно уговаривать красношляпых, чтобы те расстались со своими головными уборами. — Eh horosho, — довольно выдохнул русский, откинувшись на ящиках с перегноем. — Чего хорошего? — настороженно спросил Макс. — Голова перестала болеть. — Опять вчера с Тараном познакомился? Этим прозвищем наградили Гаррета сразу же, как только выяснилось, что его ментальные удары были раза в два сильнее, чем у друзей, хотя он не делал ничего, что отличалось бы от написанного в учебнике. Пришлось все списать на хорошую родословную, да и дядя рассказывал про ритуал, из-за которого черные как смоль волосы предков промелировались. — Ага. Зато я не только научился выкидывать его в пустоту, но и переносить в сознание, — теперь ментальными науками они занимались исключительно в школе, а в освободившееся время они теперь практиковались в дуэлях. Помимо прочего Гаррет значительно продвинулся в легилименции, научившись листать воспоминания, а теперь он расшифровывал загадки чужого сознания, которое выстраивалось под какое-либо помещение, знакомое хозяину сознания. Огонь в воде, окна в потолке, двери, размером в десять сантиметров — все это было для оклюмента вполне обычным способом защиты, которому он обучался, перед тем как приступить к построению своих первых барьеров. — А я теперь листаю воспоминания как книгу. — Не понимаю ваших стремлений к ментальным наукам, голова же потом жутко болит, — пробурчал Макс, который не мог похвастаться такими успехами. — Кстати, я тут познакомился с одной девушкой с пуффендуя. Она вроде как неплохо смыслит в колдомедицине, ее бабушка работала в Хогвартсе, — как бы между прочим сказал Лерой, аккуратно снимая шляпку мухомора. От усердия он даже немного высунул язык, что выглядело немного комично. — Бабушка? — Поппи Помфри, а ее внучку зовут Ванесса Гордон. Она немного жестковата для пуффендуйки, но на факультете ее любят и в случае небольших травм сначала бегут к ней. Я думаю, что нам не помешает колдомедик, тем более, который пользуется на факультете хорошей репутацией. — Ты прав, но она девушка, а они, в основном, простодушны и далеко не всегда преследуют далекие цели, — Гаррет немного засомневался. Он не знал, как девушка будет чувствовать себя в их компании и как может это отразиться в будущем. — Мы тоже далеко не слизеринцы. В первую очередь мы любим знания! — Макс важно поднял палец. — Я вообще не понимаю, что ты делаешь на нашем факультете, — тяжело вздохнул Сергей. — Эй-эй, между прочим, у меня отличные оценки. — Потому что остальные еще хуже. — Тихо! Лерой, почему она хотела бы к нам присоединиться? — Она хочет преобразовать медицинскую сферу в стране. С приходом Поттера и его друзей к власти все заметно изменилось в лучшую сторону, но сферы медицины это не коснулось, поскольку там стоят люди министра. — Хорошо, в таком случае, приглашай ее и Бьерна на следующее собрание. Я сегодня же закажу блокноты с протеевыми чарами. Кстати, как дела с поиском альтернатив меткам? — Гаррет оглядел разочарованные лица друзей и понял, что у них тоже ничего нового. — Если до конца рождественских каникул ничего не найдем, то придется обратиться к учителям. Разговор студентов прервал раздавшийся звонок, и ребята, подхватив свои сумки на плечи, поспешили в Большой зал. В честь празднества Хэллоуина у всех учеников было только два занятия, но, несмотря на это, к обеду подошли почти все ученики. Почтой пребывали всевозможные сладости. Гаррету от дяди достались пальцы ведьм, которые все время шевелились и пытались куда-то уползти. Не менее интересное угощение досталось и Сергею, который воспользовался каталогом и теперь с удовольствием вылавливал в клетке летающих мышей и откусывал им головы, с улыбкой наблюдая за зеленым Максом, которого не устраивала судьба его братьев по анимагической форме. — Варвар! — Ага. А еще наш народ закрывается в узких домиках и истязает друг друга ветками! — ржанул Сергей, припомнив одну из статей старого магловского учебника, которую ему зачитал смеющийся дампир. Первое время он не понимал, почему Гаррет и Сергей безостановочно хохотали над ним и переговаривались друг с другом на русском, но потом ему все же пояснили всю суть его “заблуждений”, после чего Макс долго не мог найти себе места. — Гаррет, не поделишься пальцами, а я тебе червей подкину? — спросила Мария с другой стороны стола. Мальчик сразу оробел, но все же протянул ей тарелку с парой брыкающихся пальцев из заколдованного зефира. — Спасибо! Кивнув, он принял тарелку с копошащимися дождевыми червями. — Серый, смотри как он засмуща… — Красные пределы! — Все-все, я понял. Больше ни слова о тебе и твоей юношеской любви! — Макс примиряюще поднял руки в воздухе. — Кстати, а чего старший Поттер притих? Я думал, что после своего позорного слива он будет тебя вызывать на каждом собрании клуба. — Не знаю, но я рад, что он не лезет ко мне со своими дуэлями, не хотелось бы раскрывать всей школе хоть часть своих истинных знаний. — Ты хотя бы от анимагии избавился, — скривился Сергей, который все меньше и меньше времени уделял собственным изучениям рунам. — Я все еще не умею превращаться с одеждой. Хотя учить нам предстоит многое. Я скоро начну возводить ментальный барьер, а в легилименции приступлю уже к четвертой фазе. — Барьер, если я не ошибаюсь, изучается после того как научился отбивать прямые атаки? А четвертая фаза в легилименции? — Поверхностное считывание эмоций. Как вы, должно быть, поняли, первая — ворваться в сознание, вторая — суметь найти именно то, что тебе нужно, третья — разгадки вражеского разума. — Ментальные науки даются тебе хорошо, чего не скажешь о магии крови. — С этим проблема у всех. Наш максимум — загнать нашу же кровь в рану и заставить ее быстрее свернуться, чтобы рана зажила. — Ну, по крайней мере этого хватит на изучение парочки базовых заклинаний. Может быть, после этого пойдет веселее. Касательно ментального барьера. Интересно, как он чувствуется теми же дементорами? — Ментального барьера? — послышался вопрос со стороны и троица мальчишек синхронно скривились. Перед такими разговорами они всегда накладывали над собой областные чары изменения речи, показанные Лероем, и вот настал день, когда кто-то случайно пересек незримый барьер. Гаррет узнал Салли Берк, которая склонилась к Сергею, презрительно наблюдающему за шоколадной лягушкой, только что спрыгнувшей ему на рукав мантии. — Двигай, красавчик, — девочка даже не коснулась русского, как тот отъехал в сторону. — И лягушку верни. Быстро покончив с магическим деликатесом, Салли снов перевела свое внимание на друзей. — Значит, вы занимаетесь ментальными науками? То-то Чи и Ми только головой качают, когда я прошу их залезть к вам в голову. — Ты их просила прочитать наши мысли?! — возмутился Макс, на что девушка безразлично закинула в рот оставшуюся от лягушки лапу и продолжила: — Мы так со всеми делаем. Девочки только меня и вас не читают, потому что мы можем почувствовать. Они, кстати, очень сильные легилименты и даже могут объединять сознания, чтобы пробить защиту. Правда, удар может получиться такой силы, что они попросту сожгут несчастному мозг. — И зачем ты нам это рассказываешь? — настрожился Макс. — Я хочу к вам. — Исключено. Только если ты научишь нас чему-нибудь взамен, — жестко ответил Гаррет. — Мне нечему вас учить, но зато я могу всем рассказать! — О чем? Что мы изучаем ментальные науки? Даже если ты и докажешь это, то все заклинания по взаимному согласию. А вот если бы ты научила нас, допустим, своим способностям. — Исключено. Дар пробуждается только после длительно приема одного дорогущего зелья котлами. На нашем курсе такие траты себе только ты и можешь позволить. — Мы подумаем, Салли. А теперь не могла бы ты покинуть нас? Девочка фыркнула, но все же отодвинулась в сторону. — Ну и что, берем ее? У нее знатный и богатый род, в будущем она будет нам полезна. Да и лично я не отказался бы от такой способности. Думаю, перед моими доводами он согласится. — Надо подумать и уточнить сумму, а пока прошу простить, но меня ждет Дурхан. * * * Вечером перед камином в темном зале сидели два юноши, и если первого можно было назвать мальчиком, то второй был подростком, который скоро начнет принимать важные и самостоятельные решения. Они вели между собой диалог, то и дело отпивая из небольших чашек с чаем. — Интересно, как повлияет на тебя слияние сущностей? — Не знаю, но пока я не чувствую изменений в своем характере, хоть наша связь и стала гораздо крепче, благодаря твоим советам. — Ну, это довольно очевидно. Раз вы частично слились от того, что зверь прожил твоей жизнью, то ты должен прожить его жизнью, и если в первом случае у руля должен быть ты, то во втором случае это должен стать он. — Со стороны все это, может, и логично, но не для меня, когда ты не знаешь, что делать с пришельцем, поселившимся у тебя в голове. — Думаю, хватит на сегодня диагностики. Я считаю что если не прерывать твои походы, то к рождеству ваши сознания сольются. Мальчик рассеянно кивнул и покинул выручай-комнату. Наложив на себя чары незаметности и дезиллюминации, он направился к запретному лесу. Несмотря на довольно раннее время, он не хотел, чтобы кто-то застал его за этим путешествием. Патрули авроров сняли еще две недели назад, поэтому Гаррет без особых проблем добрался до опушки леса и начал раздеваться, подрагивая от холодных ветров осенней Шотландии. Почувствовав необыкновенный прилив сил рядом с лесом, мальчик спрятал мантию под сваленное дерево, туда же легли две перевязи с волшебными палочками. Оставшись абсолютно голым, он начал обрастать белой шерстью и через несколько секунд он уже исчез с поляны, а его место занял крупный белый тигр. Махнув пару раз хвостом, зверь принюхался и припустил в сторону леса. Адреналин буквально бурлил в крови! Земля под лапами мелькала с необыкновенной скоростью, а Гаррет, чувствуя восторг своей звериной сущности, наслаждался вместе с ней. Через полчаса безудержных метаний зверь встретил лань и тут же припал к земле. Сущность Гаррета было взбунтовалась, но тут же притихла. Охота лучше всего их сближала, и несварение вкупе с обязательной промывкой не такая уж и большая плата за то, чтобы как можно быстрее добиться желаемого. Спрятавшись в лесу за деревом, хищник аккуратно наблюдал за поляной, на которой лань пощипывала траву, ничего не подозревая о надвигающейся опасности. Стараясь ступать как можно мягче и плотно прижавшись к траве, зверь прятался среди высокой травы и подбирался все ближе. Четыре метра. Три метра. Два метра. Прыжок! Зверь взметнулся в воздух, повалив жертву своим телом во время прыжка. Краем сознания Гаррет ощутил тепловатый привкус крови во рту, и его чуть было не вырвало, но мальчик вовремя сдержал свои порывы, чтобы невольно не выгнать зверя. Наблюдая за трапезой, он ощущал довольное урчание второго сознания и даже перенимал часть его чувств, удовлетворенных охотой. Закончив с едой, зверь лениво убрался с поляны. Побродив еще с час, тигр вышел к опушке, вот только не к той части, которая вела Хогвартсу, а к той, которая вела к Хогсмиду. С ужасом для себя мальчик заметил двух детей, играющих возле самой кромки леса, и что самое ужасное — зверь их тоже заметил. Принюхавшись, он начал приближаться к ничего не подозревающим мальчикам. Гаррет было попробовал выкинуть сознание тигра вон, но с удивлением обнаружил что оказался на земле и пришёл в ужас Их сознания начали сливаться и теперь он никак не может повлиять на хищника! Перебирая варианты мысленного воздействия из тех, о которых он только читал в дневнике своего учителя, он с удивлением обнаружил, что необычные дети и не думают бежать. Два абсолютно одинаковых мальчика с серебристо-серыми глазами синхронно повернулись к хищнику и не отпрянули, как ожидалось. Склонив головы вбок на разные стороны, дети с интересом рассматривали зверя. — Котик, такой большой и любопытный, что вышел из леса, — заговорил первый. — А разве он котик? Смотри, какой умный взгляд! Второй мальчик протянул руки, и зверь к ужасу Гаррета подался вперед! Вместо того, чтобы разорвать детей, тигр потерся об их руки. — Он не похож на тех тигров, что мы с папой видели в Индии, — первый мальчик почесал зверя за ухом, и тот тихо заурчал. — Да, он белый! И умный, — согласился второй мальчик и присоединился к своему брату. Зверь тут же разомлел и, заурчав как моторная лодка, повалился на землю, совершенно игнорируя грязь. — Интересно, а что бы мама сказала про него? — Что вокруг него много всяких штук! — Наверное. Интересно, а мы можем взять его домой? — Нет, папа не разрешит. Он и так нам детеныша нунды дал, пока тот не стал опасным. — Да, папа не разрешит. Может, попросим маму? — Мама позволит. Но вдруг у зверя тут семья? — Но он такой красивый! — Нет, оставим его. В это время на поляне появилось новое действующее лицо. Волшебник с вьющимися каштановыми волосами заметил рядом с детьми зверя и на бегу выхватил свою волшебную палочку. — Лоркан, Лисандер! Отойдите! — тигр прижал уши к голове и угрожающее зарычал. — Ну пап! — Он же милый! — Отойдите! — мальчики понурили головы и подошли к волшебнику, оставив тигра одного. — Уходим! Гаррет с интересом наблюдал, как притихший тигр с сожалением смотрел в след уходящим людям. Мальчик не знал почему, но тигр симпатизировал этим странным детям. Человек окликнул своего зверя, и он отозвался! Приняв совместное решение, теперь уже они вместе отправились к Хогвартсу. Немного углубившись в лес, Гаррет далеко не сразу заметил человеческую фигуру, склонившуюся над камнем неестественной формы. Мальчик сразу же уступил место тигру, и тот настороженно притих, рассматривая незнакомца. Голова мужчины оказалась прикрыта капюшоном, под которым клубилась тьма, не давая рассмотреть лица, даже несмотря на кошачье зрение. Вероятно, это были какие-то чары. Волшебник тем временем открыл наплечную сумку и достал оттуда змею. Аккуратно держа ее за голову, левой рукой волшебник достал палочку и, махнув ею, заставил ближайшую ветвь склониться к себе. Подняв змею, он проткнул ее и повесил на сук так, чтобы она висела ровно над центром камня. Присмотревшись, Гаррет понял, что это был вовсе не простой камень, а алтарь, исписанный различными символами, которые показались мальчику смутно знакомыми. И тут человек заговорил: — Кернунн. Владыка леса и плодородных земель. Покровитель зверей и змей, — Гаррет мысленно выругался. Теперь ему понятно, отчего эти символы показались ему знакомыми. Похожие символы кельтских рун использовались и в его ритуале, когда он принимал посвящение языческому божеству. — Я, твой покорный слуга, прошу снять печать западных врат, ведущих в центр твоих заброшенных чертогов. В дар я приношу змею, чей род так и не смог найти пути в забытье, следуя к тебе! Вспыхнули два янтарных огонька, так похожих на глаза бога, которые он видел в своем видении. — Спасибо, владыка! Обещаю служить вам верой и правдой, прошу в замен лишь то, что оставил там чужак! Гаррет понял что пора уходить и взял тело под свой контроль, отчего тело чуть пошатнулось и под ногами треснула ветка. Человек отреагировал мгновенно — резко развернувшись, он выставил палочку и крикнул: — Авада Кедавра! Изумрудный луч ударил рядом с Гарретом, но тот успел увернуться и побежал в сторону школы. Вероятно, маг сумел рассмотреть убегающего, поскольку мальчик услышал его слова: — Проклятое зверье. Надо убираться отсюда, пока еще какая-нибудь гадость не пришла. С трудом управляясь телом на двоих, Гаррет достиг места, с которого начал свое путешествие. Приняв форму человека, мальчик удовлетворенно отметил, что тигр отошел на второй план, не мешая своему хозяину. Одевшись, он наложил на себя чары и пошел к школе, молясь, чтобы не натолкнуться в темноте на одного из преподавателей или старост, патрулирующих темные коридоры.