Любовь в кубе

Итак, если вам очень интересно, как же всё-таки закончилась это весьма увлекательная история, то вот краткий пересказ. Я сумела убежать и скрыться в своей комнате. Признаться, сама в шоке от того, что Эрвин меня не догнал. Есть предположение, что он бежал не в полную силу и типа поддавался… Да не, бред. Я сильно обрадовалась такой победе, и, довольно ухмыляясь, готовилась вкушать прекрасный вкус десерта. Приняла душ, переоделась в ночную рубашку и, ступая босыми ногами по холодному полу на носочках, быстро добежала до своей кровати, на которой уже лежали книга, яблоко и, самое главное, шоколад. А сейчас, дамы и господа, хочу вас огорчить, ведь после пробы первого кусочка, я была полностью разочарована! На вид вполне неплохая плитка оказалась ужасной, знаете, напоминает дешёвый горький шоколад, из которого делают отечественные киндер-сюрпризы, его ещё фольгой оборачивают, и он быстро покрывается белым налётом. Тогда мне стало грустно. Не скрывая своей обиды, я с досадой выкинула практически целую плитку в мусорный бак и легла спать. Даже, несмотря на удавшийся эксперимент, тот день испортил мне настроение. И снова очередное утро. Сколько уже дней или недель я нахожусь в этом мире? Вроде уже апрель у них начался. Так, по-моему, мы с Николь торчим в этой дыре около трёх недель. Покинули мы наш мир осенью. Было прохладно и пасмурно. Самая благоприятная для меня погода, а не вот эта вся жара. Почему здесь в начале апреля так невыносимо сильно солнце печёт? Невозможно же нормально спать, я умираю от таких высоких температур. А под самым тонким покрывалом становится душно. Я встала с кровати. Чувствую себя, мягко говоря, липко. Зря надеялась, что в льняной рубашке будет комфортнее, ведь она меня предала. Тогда я приняла холодный душ и решила как можно быстрее пойти в столовую за водой из погреба, где всегда немного влажно и прохладно. В штанах было очень жарко, не представляю, как солдаты будут тренироваться. В любом случае, сочувствую Николь, она привыкла ходить в майках и шортах. В помещении столовой было уже много людей. Кстати говоря, который час? Неужели уже так поздно? Обычно я прихожу поесть рано утром, когда все солдаты и начальство мирно спят. Но, похоже, сегодня мне придётся разделить трапезу ещё с несколькими сотнями солдат. Меж макушек людей, я нашла и Нику. Она уже мило беседовала со своими друзьями, изредка кладя в рот ложку каши. В тот момент я почувствовала себя крайне странно, словно кто-то порчу наводит. Это было неудивительно. Нужно было ожидать, что Смит мне покоя не даст. Теперь он прожигает меня серыми глазами, как будто пытается душу из тела прогнать. Смотреть на такое физически неприятно, так что сделаем вид, что не заметили его. Рядом сидящие майоры, капитаны и другие неизвестные мне лица даже не обратили внимания на то, что их командир вообще не участвует в диалоге. Ах да, и почему это он из-за одной дрянной шоколадки злится? Уверена, он уже седьмой план моей смерти придумал. Ну да ладно, опустим этот вопрос. Сейчас моя цель – охладить организм. Я подошла к буфету. У него кружились несколько кухарок и поварих. Одна упитанная женщина средних лет наливала стоящим в очереди ребятам кашу из смеси разных круп. Её звали Элизой, мне доводилось много раз с ней общаться. Хоть на вид и не скажешь, но на деле она очень приятный в разговоре человек. Её цветастый фартук опоясывал круглый живот, на добром лице без косметики красовалась одна большая родинка на подбородке, а маленькие карие глаза были похожи на глаза моей покойной бабушки, такие же ясные, смотрящие с заботой. Среди коричневых волос, убранных белой косынкой, можно было разглядеть несколько седых, похоже, что она трудится не спустя рукава. Говорила она по-деревенски с частым повтором слов. - Доброе утро, Элиза. Как погодка? Жарко, не правда ли? - Ох, Кира, здравствуй, - посмотрела на меня она,- Ты сегодня позднее обычного. Ну а про жару вообще ничего не говори, употела я уже. - Да, я сегодня до упора спала, - говорила я всегда с работницами общепита вежливо и приветливо. Я не знаю почему, но в них есть свой шарм, а в этом мире я прониклась к их трудолюбию симпатией, - хотела попросить воды из погреба, в бочках для солдат она сильно нагрелась, хоть чай заваривай. - Тогда подожди немного, нужно эту ораву накормить, - говорила Элиза, пока бодро и быстро набирала в половник жижи, закидывая её в тарелки, - Кстати, заметила я, как командир Смит оторвать от тебя взгляд не может. Небось, охмурила его? Меня немного передёрнуло. - Не охмурила скорее, а напакостила. Теперь работой завалит, думаю. - Ну, ничего, работа это всегда хорошо, - весело лепетала женщина, - и ты, кстати, охмурить не забудь-то его. Все у нас поварихи сплетни распускают, да и считают, что нашему вечно серьёзному Эрвину хорошо бы подошла такая задорная девушка, как ты. Ну и как я к такому пришла? - Нет-нет, Элиза, ты что, - сразу начала отнекиваться я, - Мне нужно изучать титанов вовсю, а не отношениями баловаться. - Не страшно, не страшно, - улыбалась она, - для деток всегда время найдётся. Эх, с ней, человеком, похоже, старой закалки спорить бесполезно. Ну, или она просто не понимает, что это армия, здесь всё серьёзно. Мне это всё не надо, уже давно расставила все точки. - Да, Элизабет, вы абсолютно правы, - над моими ушами прозвучал этот самый мерзкий голос, а тяжёлая рука уже хотела сломать мне все кости, сильно сжимая плечо. Я повернулась, чтобы встретиться с ожидаемой рожей Смита, но увидела только его грудь в белой рубашке. Стоп, я же вроде не из низеньких. Это он каблуки напялил, или я просто раньше не замечала, что эта громадина ростом под два метра? - И я ещё хотел у вас холодной воды попросить, - продолжила блондинка. - Сейчас всё будет, сейчас всё принесу! – кухарка скрылась за дверью, которая вела в тёмный погреб. Тем временем Смит нагнулся, что позволило нашим лицам находиться на одном и том же уровне. - Ну, здравствуй, Ки-ра, - при этом манера речи и выражение его лица явно не желали мне здравия. - Здравствуй, Эр-вин, - попыталась передразнить эту откровенно дебильную интонацию. - Перестань вести себя как ребенок, может уже пора взять ответственность за содеянное, ты же прекрасно понимаешь, все эти наглые поступки с рук не сойдут. - Встречная просьба, «перестань вести себя как ребёнок», - процитировала я Смита, - и прекрати держать обиду за украденную шоколадку. Признайся, ты бы сам не съел всю коробку. Рельефное лицо сжалось в недовольстве. - Мне насрать на тот шоколад. Ты всё ещё играешь в догонялки с судьбой, - он явно не договорил, ведь увидел, как ему несут воду, так что его лицо сразу стало добрее, как и голос, - Что ж, Кира, подойди к моему кабинету чуть позже, там и договорим. Эрвин любезно принял стакан воды, ещё раз презрительно посмотрел на «жалкую» меня и скрылся. Не знаю точно, что сейчас было, да и мне уже не интересно. Жара так сильно утомляет, что я не могу ни о чём думать, кроме прохладительной жидкости. На неё я сразу же набросилась, утоляя жажду. Покинув сиё прекрасное место, я захотела посидеть в подвале у Зое. Ну и потом уже пойду развлекаться. *** Хочу сказать, что часы в подвале с Ханджи я провела не впустую, помогала ей с записями и также сортировала её книги в маленькой библиотеке, которые покрылись вековой пылью. Почему-то я уверена, майор категорически запрещает Леви прибираться в её лаборатории. Уже полдень. Солнце стояло в зените. Такой жары я не испытывала уже несколько лет, градусов 40 точно было. Из меня можно просто выдавить пот и отдать все три ведра Аккерману на хозяйственные нужды. Именно поэтому мне пришлось идти в корпус и просить у Ники и других девочек из отряда хоть какую-нибудь лёгкую одежду, ибо в плотных штанах и рубашке я ласты склею. В ходе некоторых манипуляций, мне всё-таки удалось достать лёгкую кофту и шорты. Я не привыкла такое носить, так что выглядела, кажется, нелепо. Пожалуй, опустим описание моего великолепного наряда и представим, что это что-то нормальное. (Лучше посмотрите картинку в конце главы и прочувствуйте, насколько это плохо) От жары я начала постепенно сходить с ума, так что, надеюсь, вопросов о том, зачем я сейчас иду выделываться и качать права перед Смитом, возникнуть не должно. Мне скучно и плохо, а в кабинет командира сейчас не должен вламываться сатана с кочергой, второе имя которого – солнце. Я, как обычно, постучалась, но, не дождавшись ответа, вошла. Ну, и тут началось. - И снова здравствуй, мой друг прелестный, - и что я вообще несу? - Я уже думал ты никогда не придёшь, - тот самый прелестный друг сидел за своим рабочим столом, кисти рук скрещены, и на них поставлен подбородок. Глаза прикрыты. Но когда он решил одарить меня своим взором, то почему-то сразу сломался. - Эрвин, всё нормально? – ну мало ли, может, перебрал с чем. - Да-да, - начал тот махать головой, - просто я не знал, что у тебя ноги имеются. Не, ну тут обидно стало, просто я считаю, что штаны практичнее, да и кому нужны эти бледные тоненькие палочки? - Я не за твоими издевательствами сюда пришла, Смит. Кое-кто, если припомнить, упоминал, что я с судьбой в догонялки играю. Не удосужитесь ли вы пояснить свою дерзкую позицию? – если быть честным и откровенным, сама толком не поняла, что он тогда сказал. Словно набор несвязных слов, просто звучит круто. Будет крайне интересно послушать его объяснения. - Ты постоянно убегаешь от своей судьбы, - опять этот серьёзный тон, - в последний раз с шоколадом. - Да, и кстати, он был таким себе, - начала было жаловаться я, - стоп, ты что, себя моей судьбой прозвал? - Это я тоже имел в виду. Но всё же, Кира, перестань из себя корчить хладнокровную и гордую одиночку. Я всё прекрасно понимаю, ты хочешь, чтобы за тобой гонялись, а ты оставалась всё такой же неприступной недотрогой. Также, опуская все эти прелюдии, ты всё ещё хочешь попробовать оставшийся шоколад. Он достал из выдвижного ящичка красиво обёрнутую плитку уже молочного лакомства. - Уффф, - я тяжело вздохнула, - я не хочу признавать твою правоту. Так что просто скажу, что никаких отношений не хочу, я допускаю к себе только шоколад, - серьёзно, говорила, точно дитя малое. - А как ты заслужишь этот шоколад, скажи-ка мне? - Я не собираюсь унижаться! Уже проходили такое, если недотрах – сними проститутку, - по-хамски задрала нос я. Не, ну а с хера ли? - Я сейчас очень зол, - ой-ой, а теперь его взгляд реально стал угрожающим, аж дрожь пробила, - Говоря напрямую, так бы набросился на тебя и задушил. Это меня уже начинает сильно бесить. И тут, я вспомнила одну крайне важную вещь. Я в другой одежде, а значит, все мелкие оружия, в том числе и нож для самозащиты, остались у меня в комнате. Ну что могу сказать, товарищи? Принесите мне на могилку цветов что ли. Начиная водить руками по всем карманам, я осознаю всю плачевность данной ситуации. Накала добавляло то, что он поднялся со своего стула и медленно начал приближаться ко мне. Думаю, он понял, что сейчас я безоружна. - Так, Эрвин, давай всё уладим мирно, - я выставила раскрытые ладони вперёд, как бы в знак мира. Спойлер – это меня не спасёт, - я уже признала свои ошибки, и я глубоко извиняюсь перед тобой. Ну, спокойной ночи. Я начала во время своей реплики делать шаги назад, под конец вовсе развернулась и уже хотела опять убежать, но моя рука, которая уже хотела открыть дверь, была перехвачена сильной и жёсткой кистью командира Развед-отряда. Он развернул меня к себе лицом, как какую-то избушку на курьих ножках. Вырываться смысла нет, а бежать не получится. Итак, у меня остаётся два варианта развития событий. Первый. Я молю о пощаде и заговариваю его беспокойную душу. Второй. Я не теряю свою маску равнодушия и остаюсь такой же эгоистичной тварью, чтобы ему всё быстро надоело. Ну а так как я уже испортила свой имидж последним высказыванием и показала неуверенность, то у меня остаётся лишь первый вариант. - Ну, Смит, сам подумай, да зачем я тебе сдалась? – нервно уговариваю его, - Выбешу же тебя сразу же, понимаешь. Да и мы серьёзные люди, тебе нельзя отвлекаться. Работа и должность превыше всего! Но, как оказалось, все мои слова для него, словно неразборчивое пищание мышки. Делаю я такие выводы из-за того, что выражение и без того каменного лица никак не поменялось. Он настолько сильно уверен и решим в своих действиях? Тут он положил свою вторую руку мне на плечо. Сама я уже давно была прижата к дубовой двери. Хм, такое ощущение у меня, словно такое я уже где-то видела. Дежавю. Небеса услышали все мантры, которые я начитывала про себя, ибо меня спас стук в дверь.