Слепые слышат

Рассказ Джису затянулся — Сокджин вынужденно поставил чайник и сварил всем кофе, Намджун пересел на диван поближе к своей, пока еще настоящей, жене, потому что пару раз Джису едва не потеряла самообладание и не заплакала — задумчивый Юнги поймал себя на мысли, что понимает, почему Ким Джи доверяет этим двоим. Безусловно, ее рассказ был искренним — и это чувствовалось. Она живо подкрепляла его примерами, пыталась рассказывать открыто и без утайки — и все трое поверили ей, поверили каждому ее слову. Конечно, Юнги заранее знал эту историю — большую ее часть, но для Джина и Намджуна многое открылось с другой стороны. — Поэтому ты так плохо реагировала на все… — Намджун потирал виски. — Мне стоило догадаться раньше, Джи… Ты иногда себя так странно вела… — Я просто пыталась понять, что со мной происходит… — виновато говорила Джису. — Поверь мне, Джун, я никогда не винила в этом тебя. Напротив, я схожу с ума от того, что изменяла тебя в нашем браке. И считаю, что я испортила тебе жизнь в некотором смысле. — Нет, нет, — Намджун сжал ее руку. — Не думай так. Наш брак — это лучшее, что было между нами. Даже если сейчас все кончилось… Я все равно хочу помочь тебе. — Странно только то, что ты предпочла справляться со всем сама, — у Джина сжимались кулаки. — Ты настоящая дура, Джи! — Ну… — кашлянул Юнги, Намджун тоже неодобрительно посмотрел на Сокджина. — А что такого?! — возмутился Джин. — Какой-то мудак пугает мою сестру, пытается ей угрожать, а я должен молча наблюдать за этим, да? Это по-вашему нормально? — Она просто не знала, кому доверять, — пояснил Намджун. — Мы-то с тобой от нее многое скрыли. — Для ее же блага! — Джин внимательно посмотрел на Джису. — Я за тебя отвечаю, девочка! Если мужья и парни могут прийти и уйти, брат у тебя навсегда. Понятно? — Да, да, оппа, — кивала часто Джису. — Прости, что так вышло. — Поэтому, запомни одну вещь, — Джин положил руку на ее плечо, сжал его. — Больше никакой самодеятельности, Джи. Теперь все решения будем принимать вместе. Ты ведь в помощи нуждаешься, так? Запуталась вконец? Тогда дай нам помочь тебе. — Я буду признательна, если поможете… — Джису виновато опустила глаза. — Но больше всего на свете я боюсь, что могу испортить вам жизнь. Я не хочу причинить вам боль, я… — Ты причинишь мне лично боль, если будешь продолжать свои игры в детектива, дура! — рассердился Джин. — Ты понимаешь, что рискуешь? Если ты права, и доктор Пак пропал не просто так, значит, тебя тоже пытаются вытащить куда-то. Сначала под благовидным предлогом — дескать, реабилитация за городом… А что потом? Тебя могут похитить, Джи. — Тут я согласен, — серьезно сказал Намджун. — Раз все так закрутилось, и тебе уже угрожают… Вполне возможно, что тут дело сомнительное. Они могут попробовать надавить на тебя. — Или могут вовлечь тебя в некоторые проблемы… — вздохнул Джин. — Джису, это все опасно. Пожалуйста, теперь будь на нашей стороне. Доверие должно работать в обе стороны. — Она все это понимает, — повысил голос Юнги. — Я уважаю ваши отношения, но не давите на нее. Она и без того с трудом решилась на этот разговор. Ей не так уж просто пойти на все это. Дайте ей возможность довериться вам, и она с радостью это сделает. — Кем вы ей приходитесь? — спросил Джин, внимательно посмотрев на Юнги. — Вы ее парень? — Мы можем говорить неформально, — Юнги кивнул. — Я Мин Юнги. Я ее друг. — Я не об этом спрашиваю, — Джин хмыкнул. — Какого рода у вас отношения? Это важно. Раз она притащила вас к родному брату и бывшему мужу. Я должен знать, кому отдал мою сестру. — Оппа, — укоризненно сказала Джису, — Юнги-оппа мой друг! И он друг Суен, ну, Джой, о которой я рассказывала. Они были довольно близки. Он помогает мне, и он совсем не мой парень. Мне и без того неудобно… — Просто друг, — вздохнул Намджун. Он постарался сказать это равнодушно, но на самом деле ему было неимоверно легко от того, что он услышал — он знал, что Джису не будет врать Джину. Зато самому Юнги не понравились ни тон брата Джису, ни ее ответ, но он смог сдержаться. — Я думаю, что опасность для Джису исходит от Чон Чонгука, — решительно сказал Юнги. — Этот человек гораздо более влиятельный, чем нам кажется. К тому же он не сидит на месте. Он постоянно пытается очаровать ее, делает шаги к ней навстречу и предлагает выйти за него замуж. — Мерзавец, — вырвалось у Намджуна. — Она все еще моя жена, какое право он имеет… — Это что — правда? — возмутился Сокджин. — И ты никак не пресекаешь это? — Он со мной очень мил и очень помогает мне, — Джису смутилась. — К тому же он меня ни к чему не принуждает. Что ты хочешь, чтобы я сделала, оппа? Выгнала его просто так? — А почему бы и нет? — пожал тот плечами. — Ты что — все еще влюблена в него? — Нет, — честно сказала Джису. — Сейчас я не чувствую к нему никаких чувств, кроме благодарности. И иногда — опасений. — Тогда просто отшей его и все… Одной опасностью меньше. — Я не могу! — упрямо сказала Джису. — Этот человек что-то знает обо мне. Я хочу поддерживать общение с ним, вдруг рано или поздно он все-таки расскажет… И потом он много помогал мне, и я… — Но он же водит тебя за нос, глупая! — рассердился Сокджин. — На то и рассчитана его стратегия. Ты не можешь отказать ему, поэтому он и продолжает донимать тебя. — Он меня не донимает, — Джису насупилась. — И я сама могу за себя постоять. Он не такой плохой, как кажется… Ведь, как оказалось, деньги на лечение дал он! — И семью твою тоже он разрушил, — не унимался Сокджин. — Я в этом вопросе соглашусь с твоим братом, Ким Джи, — осторожно сказал Юнги. — Этот человек опасен. Держать его подле себя — плохая затея. Он с тобой не полностью открыт. Ты не можешь быть уверена, что у него в голове. — Я не могу просто прервать наше общение, — Джису повысила голос. — И что будет с мастером Тэхеном? — С кем? С тем больным художником? — рассердился Джин. — Еще чего лучше. Этого вообще нужно держать подальше от тебя. — Почему? — Джису удивилась. — Мастер Тэхен добрый человек, он так беспокоится за меня. К тому же он со мной тоже искренен, и он не желает мне зла. — Ты в этом так уверена? — Да, — Джису поднялась с места. — Его я точно не могу бросить. Он хороший человек. — Припоминаю, — сказал Намджун. — Тот странноватый художник с потерянными глазами. Не кажется мне он преступником, но разве он не друг Чон Чонгука? Ему ты тоже можешь доверять? — Он доверяет мне, считает меня семьей… — протянула Джису. — Можете думать, что я дура, но я инстинктивно чувствую, что он не желает мне зла. Просто чувствую. Хотите верьте, хотите — нет. — Какая глупость… — Сокджин рассердился. — Джи, если рвать все, то рвать полностью. Ты не можешь общаться с одним и не общаться с другим. Они оба мутные парни. Ты еще и позируешь для него, не так ли? Я читал в интернете. — Я не могу ему отказать. — Тогда чего от нас ты ждешь? — развел руками Сокджин. — Как мы можем тебя защитить, когда ты сама подставляешься? — Я не подставляюсь, — Джису растерялась. — Я знаю, что что-то в этом не так… Но и просто так осудить людей, которые помогли мне, я не могу. Мастер Тэхен хороший человек. И Чон Чонгук… Он тоже пока что не сделал мне ничего плохого. — Тогда выйди за него и все, — Сокджин отвернулся. — Дело будет сделано. Джису вдруг подняла на него круглые глаза, не мигая, уставилась на брата. — Джин, — укоризненно сказал Намджун. — Прости его, Джи, он не это хотел сказать. — Нет, нет, он прав… — растерянно сказала девушка. — Он абсолютно прав. — В чем прав? — не понял Сокджин. — Ничего не понимаю, Джи. — Только не говори, что ты решила… — начал-было Юнги. — Это такой глупый план, он не имеет смысла. — Если Чон Чонгук знает что-то обо мне, то расскажет он только если я выйду за него, — сказала Джису. — Он мне сам так говорил. Он хочет иметь гарантии. И тогда он увезет меня в Лондон. После конкурса, понимаете? — Ты решила уехать в Лондон? — ужаснулся Намджун. — Не вздумай, там сложный климат, да и… — Я не собираюсь никуда уезжать, — перебила его Джису. — Но я могу сказать ему, что я согласна. Что я выйду за него, я начну готовиться, а он взамен расскажет мне то, что я хочу узнать. И тогда я вспомню все остальное… И правда, наконец, восторжествует. — И ты будешь замужем за Чон Чонгуком, — продолжил Сокджин. — Нет, конечно, — Джису покачала головой. — Я вовремя уйду от него. Но все это время я смогу говорить ему, что да, я буду его женой. До тех пор, пока он не расскажет мне правду. — Это такая глупость, — честно сказал Юнги. — Этот Чон Чонгук не идиот. Он сразу поймет, что ты ему врешь. — Значит, я сделаю так, что он поверит мне, — серьезно сказала Джису. — Он не идиот. Но и я не дура. Я хочу знать правду, я хочу понять, кем я была, что я знала, почему со мной произошла беда. Я уже не смогу жить просто так, как раньше. Делать вид, что ничего не произошло… Она в отчаянии смотрела на всех троих, ломая руки. — Неужели вы не понимаете… — просила Джису. — Я устала жить не своей жизнью. Я порой не могу понять, кто я такая. И я боюсь, да, черт возьми, я боюсь. Но ходить за вами троими постоянно я тоже не могу. У вас, в конце концов, есть свои жизни. Я устала зависеть от вас во всем. — Но если ты выполнишь свой план, тогда ты будешь зависеть уже от Чон Чонгука… — мягко сказал Намджун — он лучше других сейчас понимал боль Джису, хотя бы потому, что жил с ней долгое время и видел все своими глазами. — Я имею над ним власть, — Джису смутилась. — Он ведь любит меня. Неправильно делать ему больно… Я не хочу этого… Но я должна узнать правду, а он знает ее. Кроме того из-за меня пострадали невинные люди. Кто будет следующим? Чеен? Вы оба? Или родители? У меня уже нет времени ждать. — И что ты решила? — Я просто хочу сыграть роль… — Джису развела руками. — Скажем так, не роль влюбленной девушки, но роль человека, который принял решение. Я думаю, что имею на это право, учитывая то, что пытаюсь узнать не чужие тайны, а свою собственную историю. И я не собираюсь делать что-то противоестественное или неправильное. Я заставлю его рассказать мне правду. А дальше приму решение сама. — Это не совсем то, что ты должна сделать. Он может разгадать твои действия, — Юнги пытался объяснить. — И если игра зайдет слишком далеко… — Но другого выбора у меня нет, оппа, — Джису уткнулась в плечо Намджуну — он сидел ближе других к ней. — Я устала ждать, что кто-то просто принесет мне истину на блюде. Я хочу понять, почему вокруг меня умирают люди, как с этим всем связан этот Цветочник, если связан вообще. Я хочу прочувствовать все это. И я устала. Я так устала от вранья. Своего собственного, чужого. Я хочу прервать все это. — Для этого тебе придется снова соврать, — тихо сказал ей Намджун. — Ты сможешь это сделать, Джи? Может, мне лучше встретиться с Чон Чонгуком? Напомнить о нашем соглашении… Расспросить его? — Не стоит, — ужаснулась Джису. — Для тебя это и так травма, я не могу снова вешать на тебя это. — Тогда я могу попросить его рассказать все тебе… Буду умолять его. — Нет, — твердо сказала Джису. — Я не прощу себе, если тебе придется унижаться из-за меня. — Ради тебя я готов на что угодно, — честно сказал Намджун. — Я никогда не соглашусь на твою свадьбу с этим парнем, — твердо сказал Сокджин. — А я и не выйду больше замуж, — Джису отвернулась. — Но насильно меня никто не заставит. А вот узнать правду я могу. Соглашусь — а там посмотрим, что будет… По крайней мере, у меня есть шанс. — А что насчет Кенсу? — вспомнил Юнги. — Как его искать? — Оставьте это мне, — Намджун словно очнулся. — Я лучше других его знаю, я поддерживал с ним связь. Попробую понять, он ли звонил тебе, Джи, и что он хочет на самом деле. — А я тогда продолжу искать следы Пак Джинена, — недовольно сказал Джин. — Я ведь обещал тебе найти его. Значит, мне остается только искать его и все. — Спасибо тебе, оппа, — растроганно сказала Джису. — И тебе, Джун. Мне теперь намного легче, честное слово. Я словно знаю, что вы защищаете меня. — А что будет делать Мин Юнги? — вдруг словно очнулся Джин — он по-прежнему время от времени косился на Юнги, подмечая любое его движение. — Не понимаю, — сказал Юнги. — Ну… Что вы возьмете на себя? Снова будете опекать мою сестру? — Именно, — сказала Джису. — Чонгук вас обоих хорошо знает, он понимает, что вы не просто так будете рядом. Тем более, Намджун мой бывший муж… А вот Юнги-оппа ему незнаком. Я всегда говорю, что он руководит моими делами, значит, оппа всегда может быть рядом со мной. — Слишком сложно. — А я думаю, что это разумно, — неожиданно согласился Намджун. — По крайней мере, она не будет одна рядом с психом-художником и этим странным парнем. — Почему с психом? — Я недавно наткнулся на интересный материал о Ким Тэхене, — сказал Намджун. — Его написал зарубежный журнал. Он не проплаченный, как другие, статья довольно правдивая. Там есть история о гибели семьи художника. Есть кое-какие догадки… Доказательства, хоть и не прямые… — О чем? — не поняла Джису. — Ким Тэхен не простой художник, — пояснил Намджун. — Он может рисовать только когда в его душе не все спокойно. Понимаешь? То есть в мирное для себя время он рисует обычные картины, а вот в моменты стресса рисует шедевры. Говорят, что в периоды застоя он иногда ведет себя неадекватно. Есть мысль, что пожар в его доме, который убил его семью, был не из-за самовозгорания. — А из-за чего? — Его мог спровоцировать сам Тэхен. Ну… В поисках своего вдохновения. — То есть… — Джису удивленно смотрела на Намджуна. — Он сам поджег дом? — Хотел найти вдохновение, так там написано, — кивнул тот. — А вместо этого убил свою семью. После этого у него выходит целая серия картин, которая сделала его всемирно известным. А Чон Чонгук, который тоже был в доме в ночь пожара, его галереист. Он-то, возможно, знает правду, но ему выгодно ее скрыть, ведь на таланте Ким Тэхена строится его империя. Он возит его по свету, ищет ему вдохновение, музу… — Он называл музой меня… — пробормотала Джису. — Он много рисовал меня и… — Я ни на что не намекаю, — Сокджин закашлялся. — Но этот Тэхен, возможно, опаснее всех в истории. Он, наверное, не так плох, но и не полностью адекватен. Если мы хотим быть уверены, что ты, Джи, в безопасности, сначала нужно понять, что скрывает этот парень. Кто знает, что он может сделать в будущем, когда снова будет искать вдохновение… Джису ничего не смогла сказать, страшные мысли охватили ее голову — а ведь доля правды в словах Джуна и брата есть… — Я скину тебе статью на почту, — сказал Намджун. — Прочти ее сама. А еще отправлю кое-какие материалы, которые я собирал, пока ты была в коме. Я ведь тоже изучал этих двоих. — Хорошо, — кивнула Джису. — Спасибо. Я постараюсь быть осторожнее. — Не доверяй никому, кроме нас, — сказал Сокджин. — И говори обо всем, что заставило тебя беспокоиться. Только так мы можем быть уверены в твоей безопасности.