Однажды ты и я перестанем быть снами

Я проснулась и приоткрыла глаза. Тело не слушалось, будто было ватным, мне ужасно хотелось дальше провалиться в свой сон. Сон, где мы с ним вдвоем плывем на судне. На море солнечная погода, солнце ласкает лучами нашу еще светлую кожу. Он обнимает меня сзади, и мы смотрим вперед на полосу горизонта цвета морской волны. Я счастливо улыбнулась и попыталась сфокусировать свой заспанный взгляд. Сначала первое, что я увидела — не свои простынь, одеяло и подушки. И уже потом еще не проснувшийся мозг стал воспроизводить события вчерашнего вечера. Я развернула голову в противоположную сторону и увидела Финна. Спящий, расслабленный, с прикрытыми глазами и подрагивающими ресницами он был похож на ангела. Я стала вспоминать нашу вчерашнюю совместную ночь. Я не помнила, как отключилась. Я только помнила, как теплая волна накрыла всё мое тело, как он продолжал меня целовать. И на этом всё. Я не жалела, что осталась у него, и что всё так случилось. Я не знала, правильно поступила или нет, но со мной было всё хорошо, и я не переживала о нашей с ним ночи. Именно поэтому я, возможно, сразу отключилась, когда всё закончилось. Финн был очень осторожен и заботлив. Можно ли было желать лучшего в первую ночь? Сейчас, лежа на животе, повернув голову в мою сторону, он спокойно размеренно дышал, слегка раздвинув губы, его темные кудряшки разметались по подушке. Такой безупречный и восхитительный. Хотелось, немедля, поцеловать эти приоткрытые манящие губы и украсть его сон. Я провела рукой по его красивому и тонкому запястью и длинным пальцам. Он продолжал дремать. Я наклонилась к нему и стала разглядывать его веснушки, и почувствовала себя неуютно, нарушая его покой. Но не могла остановиться любоваться им. Руки сами потянулись к его скулам. Я осторожно коснулась его щеки подушечками пальцев и повела вниз к подбородку, отодвигая прядь темных волос в сторону. Финн поморщил нос, и его зрачки зашевелились под веками. Он медленно с неохотой открыл глаза, и увидев меня, немного улыбнулся. — Извини, я тебя разбудила, — сказала я. — Всё хорошо, — тихо сонно ответил он, — Как ты? — Отлично. Всё отлично. — Который час? Ты давно не спишь? И тут меня осенило, что мы должны в пять отправиться к метро. — Финн! Я не знаю, — мои зрачки расширились, — Я не… Нужны часы. Я не знаю, где мой телефон. Финн оторвал голову от подушки и стал оглядывать комнату. Наши вещи валялись разбросанными по полу тут и там. Он увидел на кресле свой телефон и встал с кровати, чтобы дотянуться до него. На нем ничего не было. То есть вообще ничего. Я уставилась на него, оценивая увиденное, и медленно сглотнула. — Еще только 4 утра, — повернулся и констатировал он, — Эй, Софи, ты чего? — он опустился рядом со мной и заглянул мне в глаза. В комнате стало вдруг жарко и душно. — Ты снова красная, как помидор. — Извини. — Тебе не за что извиняться. Я тебя что? Смутил? — Похоже на то, — я потянула одеяло выше к подбородку, — Вчера было всё иначе. Я имею в виду, была ночь, а сейчас утро. Я только сейчас перевариваю вчерашнее. И еще так светло. Я могу видеть тебя. — Ты такая смешная, — он приблизился, — Иди ко мне. Я замерла, и не двигаясь, продолжала его разглядывать. — Ты жалеешь? — он тоже напрягся. — Нет! Нет, конечно, — я потянулась к нему и взяла его за руку, — Вчера была лучшая ночь в моей жизни. Честно. Я просто до сих пор не могу принять это. Точнее мой сонный мозг. Не могу поверить, что я и ты здесь. Что ты — Финн Вулфард. И я в твоем доме в твоей постели. — Это была замечательная ночь, Софи! — он улыбнулся и поцеловал меня, — А тебе было вчера хорошо? — Замечательно, — он переживал за меня до сих пор, и я расслабилась. — У нас есть немного времени. Ты можешь принять душ. Он сразу за дверью в коридоре. Можешь брать любое полотенце на полке около душевой кабины. Я кивнула, но не шевелилась. — Что-то не так? — беспокоился он. — Да, я хочу встать, но не мог бы ты… Я не могу, чёрт. Мне сейчас неловко, но я смущаюсь. До сих пор. Это странно? На мне ничего нет, и я не могу вылезти из-под одеяла при тебе. — Тогда я не буду смотреть, — он наигранно прикрыл глаза ладонями. Я ущипнула его за бок. — Ау! — услышала я в ответ. А потом я чмокнула его кончик носа и отправилась в душ, по пути поднимая одежду, валявшуюся на полу. Я нашла душевую и залезла, включив горячую- горячую воду настолько, насколько я могла вытерпеть. Мне хотелось намыть тело до скрипа. Казалось, что когда я буду дома, мои домашние как-то поймут, что я ночевала не у себя. Будто у меня на лбу и всём теле написано, что я была не дома. Все эти размышления охватили мое внимание, и я вздрогнула, когда занавеска в душе отодвинулась и передо мной возник Финник. — Что? — я попыталась прикрыться руками, — Финн, ты чего? Что-то случилось? — Я передумал. Я хочу чтобы ты перестала меня смущаться. Я уйду, если прогонишь, — он замер и быстро провел взглядом сверху вниз по моему телу, — Или присоединюсь, если позволишь. Я стояла, прикрыв грудь руками и смотрела на него пару секунд молча. — Хорошо, — я моргнула, — Заходи. Он переступил через бортик душевой кабины и оказался под потоком воды. Его волосы намокли и прилипли к щекам. Вода струилась по скулам вниз к шее, ключицам, животу и ниже. Он смотрел на меня изучающе из-под влажных треугольников ресниц. — Ты чертовски сексуален, — я осеклась, — Я что это вслух сказала? — Ага, — кивнул он и издал тихий смешок, — Но мне нравится. Скажи еще что-нибудь. — Что? Серьезно? — я, смущаясь, опустила глаза вниз. Ой, ну, зачем я опустила туда взор, — Это заводит? — Шутишь? Ты… мокрая в моем душе… Я не мог перестать думать об этой картине. Ты с ума меня сводишь, Софи, — Он прислонил меня к стенке и прижался губами к моей шее, слегка царапая мою кожу зубами. Я охнула и вцепилась ему в плечи. Он прижался к моим губам и целовал меня страстно, проталкивая язык глубже, лаская изнутри. Я осторожно стала отстраняться, разрывая поцелуй и хватая воздух ртом. — Нам скоро выходить из дома, — напомнила я. — Да, ты права. Мне просто трудно себя контролировать рядом с тобой. — Нам нужно за полчаса собраться и выдвигаться. — Хорошо, — согласился он, — Но ты не против потом продолжить? В другой раз. — В душе? — удивилась я. — Да, — он счастливо ухмыльнулся, — Хотя это необязательно. Но я, если честно, уже начал мечтать об этом. — Хорошо. Да, — ответила я, он радостно улыбнулся и поцеловал меня в щеку. — Можно помочь тебе? — он взял с полки губку для мыла. — Конечно. Мы закончили быстро с душем и оделись. Я надела обратно свою уже сухую одежду, и мы отправились к метро. Около полшестого мы приближались к моему дому. — Нужно осторожно пробраться назад, — тихо шепотом сказала я. — Почему шепотом? — тоже спросил шепотом он. Мы тихо рассмеялись. Это было совсем не смешно, но нам было весело. Это чувство, когда ты набедокурил, и теперь выглядишь, как идиот. Мы смеялись над самими собой, потому что чувствовали себя двумя нашкодившими котами. — Лучше также через заднюю дверь? — спросила я. — Да, думаю, да. Не через окно же. Тогда мы точно поднимем шум. — Ладно. Мне нужно будет тихо пройти во двор, и если кто-то засечет меня в доме, мне конец. Потому что я в уличной одежде. — Нужно постараться не попасться на глаза. Сможешь спрятаться в ванной или еще где-то, если что? — Да. Можно. Или я могу пойти в подвал в прачечную. — Хорошо. — О, или я могу сразу туда прошмыгнуть. И там найти свою чистую домашнюю одежду. Тогда если меня и увидят в такую рань, слоняющуюся по дому, я хотя бы смогу сказать, что просто встала попить. — А ты хороша! — изумился Финн, — Хитрюшка. — Ладно. Нужно прощаться. Тебе нельзя дальше со мной. Нас могут услышать. — Тогда до встречи! Помаши мне из окна своей комнаты, когда будешь на месте. Финн обнял меня долго и крепко на прощание, поцеловал, и я поспешила в дом. Я тихо открыла входную дверь. Она была не заперта, потому что я ее оставила открытой и сразу зашагала вниз к сушилке с одеждой, чтобы переодеться в домашнее. Через пару минут я уже была в комнате и выглянула в окно. Финн стоял на улице. Я показала ему «класс» и помахала ладошкой. Он сложил из пальцев сердечко и тоже помахал мне в ответ. Я сразу легла в кровать, надеясь досмотреть свой сон. Поспала я всего пару часов, мой будильник вынуждал меня вставать и собираться учиться. Я почистила зубы, накрасилась, надела синее платье в мелкий рисунок с абстрактной текстурой и кеды. Когда я спустилась вниз, то в доме была тишина. — Анджела? — Доброе утро! Я на кухне. Я прошла на кухню на запах готовящегося завтрака. — Доброе! — Будешь омлет или свои хлопья? — Просто хлопья с молоком. Мы сели за стол, тетя включила телевизор и стала смотреть новости. Я молчала жевала завтрак. — Ты чего такая тихая? Всё хорошо? — спросила меня Анджела. — Да, всё хорошо. Где Дэн? — перевела я тему. — Он уже ушел в свой ресторан. Сегодня пораньше. Иногда мне кажется, он там живет. А сюда приходит переночевать. Он даже обедает и ужинает там. Я грустно посмотрела на тетю. — У вас всё хорошо? — спросила я. — Да, не переживай. Это так… Мысли вслух. Я кивнула и не знала, что еще добавить. — Что у тебя на шее? — вдруг спросила Анджела, — и потянулась, видимо, оттереть что-то с меня. — Погоди-ка! — она замерла, — Это что засос? — Что? — я округлила глаза и подскочила, сразу двинувшись в ванную на первом этаже. Я посмотрела в зеркало. Справа на шее, действительно, был свежая гематома размером с цент. Я тут же вспомнила Финновские укусы в его душе, и всё стало ясно как день. — Софи? — тетин тон стал беспокойным, — Я вчера точно не видела этого пятна. Тебе лучше объяснить. — Я… Я не знаю. Это просто синяк. — Не морочь мне голову. Откуда у тебя за ночь взялся синяк? Я посмотрела на тетю через отражение в зеркале, и видела как меняется выражение ее лица. Кажется, она стала что-то понимать. — Стоп! Ну-ка, скажи честно, пожалуйста. В полшестого утра я слышала, как открывалась входная дверь. Это был не Дэн, так? Я еще подумала, что это слишком рано. Даже для него. Он возможно еще был в доме. — Анджела… — Не думай мне врать. Что происходит? — Я… Хорошо. Это был Финн. — В полшестого утра? — Да, — ляпнула я. — Ну, вы даете, ребята. — Ты накажешь меня? — обреченно спросила я. — Ты итак была наказана. Толку от этого. А вот его родители куда смотрят, не знаю. — Прости меня. Пожалуйста! — Софи, я просто волнуюсь за тебя, как ты не понимаешь. — Я знаю. Мне очень стыдно. Правда. Я не знаю, что со мной не так. Я никогда себя так не вела дома, — я расплакалась, слезы сами навернулись. Мне действительно было тошно от самой себя. — Софи! — Анджела обняла меня, — Это называется любовь. Я не сержусь, я тоже была юной. Я знаю, что ты чувствуешь. Это хорошо, когда взаимно. Это просто прекрасно. Но обещай, что будете видеться со своим Финном не во время учебы или на рассвете. Иначе я с ума сойду с вами. — Обещаю, — я утаила от тети ночные гулянки. Я почему-то была уверена, что за это она меня не простит. Я расскажу ей обязательно. Но точно не сейчас. — Тебе пора на учебу, утри слезы, — она протянула мне салфетку, — И лучше тебе сегодня надеть что-то с воротом повыше.