Retro Love

      Джинки с сомнением смотрел на небольшой пакет в своих руках, держа его немного брезгливо, самыми кончиками пальцев. Нет, он прекрасно знал, что именно находится внутри, знал с самого начала, потому что сам и заказал это. И именно из знания родилось сомнение, а оно ему надо? Уши горели от стыда. Выкинуть бы, не распаковывая, да денег потраченных жалко, а возвращать... – чайные глаза на миг задумчиво уставились в потолок – брр, нет! Тогда ему станет еще паршивее! Тяжко вздохнув, молодой человек вскрыл плотную упаковку ножницами и вывалил сверток, добросовестно в несколько слоев обмотанный пупырчатой пленкой. Проклиная себя за принятое на пьяную голову решение, Джинки размотал заказ и со смесью стыдливого отвращения и интереса стал его рассматривать. Это был небольшой черного цвета вибратор в форме чуть загнутого большого пальца с кольцами отдельно для яичек и члена у основания. Пульт управления с грохотом выпал из пленки, напугав молодого человека до смерти. Нервно покусывая губу, Джинки поднял его и уселся в кресло, зашуршав инструкцией к секс-игрушке. Чем дальше он читал, тем краснее становилось его лицо. Господь всемогущий! И кто-то в здравом уме это заказывает? Одних только виброрежимов было аж девять штук! Куда так много?       М-да. До чего только одиночество не доводит. Напившись как-то вечером в своей пустой холостяцкой квартире до состояния «унылый Роджер», Джинки понял, что ему остро не хватает любви и ласки, ну, или на худой конец обычного секса. Однако с его нежно-синими предпочтениями и бешеным ритмом жизни, когда львиную долю времени отнимала работа, а все остальное – попытки не умереть с голоду и недосыпа, накладывали жирный крест на мысли о поиске половинки. Ходить же по «специализированным» клубам в поисках партнера на одну-две ночи Джинки не хотелось, мало ли чего можно там подцепить. И опять же катастрофическая нехватка времени. Вот его пьяный мозг и не придумал ничего лучше, как заказать «членозаменитель», еще и такой изощренный.       Джинки глянул на силиконового «монстра»: приятный на ощупь, гибкий, упругий, ребристый в определенных местах, он пугал его, но вместе с тем вызывал жгучий интерес поскорее попробовать. Промариновавшись во внутреннем споре между здравым смыслом, вывшем от стыда (хотя, казалось бы, кого стыдиться в собственной квартире?), и неуемным любопытством минут пятнадцать, молодой человек все же направился в ванную на санобработку. Производитель не наврал о водонепроницаемости своего продукта и, к огромному сожалению рациональной части Джинки, вибратор с честью пережил экзекуцию и послушно начал заряжаться, после подключения к ноутбуку. В это время молодой человек сам быстренько принял душ и отыскал смазку, которую купил когда-то в надежде на здоровые длительные отношения, от которых остался только этот тюбик и плохие воспоминания. Еще раз внимательно перечитав инструкцию, Джинки выпил рюмку сочжу для храбрости и принялся за работу. Его зад уже и забыл, что такое растяжка и в принципе посторонние предметы (не важно, принадлежавшие ли живому человеку, или искусственные), поэтому поначалу процесс был не особо приятным. Ему было странно растягивать самого себя не для кого-то, а просто для сексуальных утех с самим собой. Он ощущал в этом что-то неправильное и от того чувство гадливости не отпускало его все то время, что влажные пальцы скользили в заднем проходе. Но вместе с тем было безумно приятно ощущать мягкое давление на простату, электрические токи, рождавшиеся из этих касаний, будоражили тело, заставляя плоть твердеть, а дыхание замирать каждый раз, когда заветная точка сладко пульсировала внутри. Эта противоречивость страшно изводила молодого человека, заставив провозиться с растяжкой дольше, чем то было необходимо. Следующий этап вызывал у Джинки немую истерику, ему хотелось хлопнуть еще рюмку спиртного, но он отлично понимал, что тогда его чувствительность снизится еще больше и ему для достижения «результата» придется проходить с этой штуковиной все заявленные производителем четыре часа, чего уж очень не хотелось. Сцепив зубы, он на всякий случай хорошенько смазал ту часть игрушки, что предназначалась для его ануса, и принялся натягивать ее на себя. С этим возникли небольшие проблемы: хоть в инструкции указывалось, что куда и как помещать, на деле это оказалось довольно сложно. Промучившись еще минут десять, Джинки, наконец, облачил своего «коня» в «боевую сбрую» и медленно протолкнул вибратор внутрь себя. Его небольшой размер оказался на удивление на руку: особого дискомфорта игрушка не причиняла, только неприятно тянула непривыкшие еще яички и член. Хмыкнув, Джинки на пробу выбрал один из режимов и охнул от неожиданности, игрушка резво завибрировала в глубине. Молодой человек поспешно переключил еще несколько раз, пока не подобрал ровный «гул» средней интенсивности. Нервно сглотнув, Джинки откинулся на подлокотник дивана и прикрыл глаза, стыдясь смотреть на свои голые ноги и живот. Вибратор глухо жужжал, вгоняя в краску, но теперь ощущения определенно стали приятнее. Ребристая подушечка «пальца» приходилась аккурат на простату и от обилия смазки легко скользила по ней, посылая волны удовольствия. Тихо выдохнув, парень нерешительно погладил живот, ненадолго замер, раздумывая, и, сорвав очередную нравственную заслонку, накрыл член ладонью. Крепко сжав ствол пальцами, Джинки стал неспешно его поглаживать, ощущая, как плоть оживает от ласк и постепенно твердеет, увеличиваясь в размерах. Силиконовые кольца на основании больше не ощущались как чужеродные, они добавляли остроты ощущениям, концентрируя и продлевая удовольствие, не давая кончить раньше времени. Пухлые губы приоткрылись в немом стоне. Да, это оказалось чертовски приятно! Особенно если представить, что внутри не игрушка, а чужой крепкий горячий член, и дрочит ему сильная с выпирающими венами рука одного определенного парня… Пепельные волосы, уложенные в стильную неряшливую прическу, пленительные губы, сложенные в хитрую ухмылку, и низкий мягкий голос. Он урчит ему на розовое от стыда ушко всякие пошлости, обдавая терпким запахом ментола, а его рука движется все быстрее.       Вверх-вниз, вверх-вниз.       Сжимает яички, так, что спирает дыхание.       Джинки открыл глаза, силясь сбросить наваждение. В цветных мушках перед ними все еще угадывался силуэт того, кого молодой человек хотел до дрожи в коленках, боясь признаться в этом даже себе самому. Тут-то его слуха и коснулось, что кто-то настойчиво звонит в дверь. Чертыхнувшись, он подорвался с дивана и заметался по комнате, на бегу натягивая белье и домашние штаны. Скользкие пальцы мазнули по пульту, случайно переведя его в точечный режим, а после черный пластик выскользнул не хуже мокрого куска мыла и коварно затерялся в диванных подушках. Плюнув на него, Джинки, путаясь в ногах, бросился открывать. К ужасу молодого человека в дверях стояла его ожившая эротическая фантазия и по совместительству сослуживец Чхве Минхо: те самые пепельные волосы, кофейные глаза и губы, сейчас недовольно поджатые. Пуговицы шелковой рубашки расстегнуты, открывая взгляду острые ключицы и сильную шею, модный пиджак перекинут через плечо, ни дать ни взять бог, спустившийся с небес. - Хен, ты там уснул что ли? Пять минут уже названиваю. - А? Д-да… Задремал на полчасика. – Джинки посторонился, пропуская нежданного гостя в квартиру. – Что тебя привело ко мне? - Да все то же, отчеты! – Минхо, махнув толстой папкой документов, безошибочно прошел в гостиную и плюхнулся на диван. Джинки, вспомнив, что только что на нем делал, вспыхнул до корней волос и скромненько устроился в кресле напротив. – Вот вышел в выходной на работу, думал без отвлекающих звонков клиентов смогу, наконец, разобраться, но все равно ничего не сходится. Подумал, может ты свежим взглядом сможешь найти ошибку? Или… – Минхо огляделся, осознав, что ввалился в чужую квартиру в выходной и слегка смутился, поняв, что возможно отвлекает сослуживца от важных дел. – Ты ведь не занят? - Нет. Все нормально. Давай их сюда. – Ли потянулся к папке.       Следующие полчаса молодые люди старательно искали ошибку в отчетах. Однако у Джинки все хуже и хуже получалось сосредоточиться: неприлично большой вырез рубашки открывал вид на накаченную грудь каждый раз, когда Минхо наклонялся вперед, чтобы указать на, как он считал, проблемные места отчета. А гудящий внутри вибратор в своем садистском режиме заставлял икать и вздрагивать от неожиданности при получении очередного сильного разряда. Дело застопорилось. Раздосадованный Чхве откинулся на подушки, пряча усталое лицо в ладонях. В тишине комнаты громко щелкнуло, после чего зажужжало интенсивно и неприлично громко. Джинки покраснел еще больше и низко-низко опустил голову, сильно сжав ноги. Вот же черт! И ведь нет никакой возможности незаметно вытащить пульт из-под подушек! - Что за… Ты слышишь? Что-то как будто жужжит. – Минхо отнял руки и обеспокоенно завертелся, пока не уставился на мелко подрагивавшего Ли. – Хен, что с тобой? – Парень подался вперед, под задницей опять что-то крякнуло. В недоумении он запустил руку в ворох подушечек и достал оттуда маленький пульт. Лицо его удивленно вытянулось. Он несколько раз перевел взгляд с пульта в руке на красного как вареный рак Джинки и обратно, пока до него не начал доходить смысл происходящего. – Опаньки… - Я… Я с-сейчас. – Смущенно проблеял Джинки и попытался встать, чтобы скрыться в ванной и наконец-то избавиться от зудящей штуки в заднице, но ватные от возбуждения ноги подвели хозяина, и он бы рухнул, если б не подоспевший вовремя Минхо. Крепкие руки с шикарными венами под смуглой кожей, о которых недавно столь бесстыдно мечтал молодой человек, обхватили его поперек живота. - Так-так-та-а-ак! Не думал я, что ты так развлекаешься в выходные! – Блондин криво ухмыльнулся, вмиг позабыв об отчете и работе в целом. Усадив старшего обратно в кресло, он присел на корточки перед ним и с силой провел руками по бедрам, заставив чужие ноги широко разойтись. Влажный бугор, натянувший домашние штаны, предстал перед ним во всей своей красе. Цокнув языком, Чхве заглянул в лицо молящего о смерти Джинки. – Хен-хен, а ты шалун, как я погляжу. Можно посмотреть? - Нет! – Хрипло каркнул Ли, но его уже не слушали. Младший деловито потянул штаны с бельем вниз и присвистнул. Налитый кровью член, перетянутый силиконовым кольцом у основания, тяжело покачнулся, прежде чем упасть на напряженный живот. Джинки попытался оттолкнуть парня или хотя бы прикрыться, но его запястья грубо перехватили и пригвоздили к подлокотникам кресла. - Любишь вибраторы с жесткой фиксацией? Никогда бы не подумал! С виду такой скромный и тихий.       Минхо изучал молодого человека жгучим взглядом, задумчиво покусывая губу. Джинки был полностью в его вкусе: длинные каштановые волосы обрамляли лицо сердечком, пухлые губы с маленькой очаровательной родинкой посередине и на подбородке с левой стороны, немного наивный мечтательный взгляд, несмотря на то, что он был старше его на пару лет. Одним словом красивый, но отнюдь не женственный, его хотелось подчинить себе, хотелось до боли в яйцах нагнуть и жестко трахнуть. А потом еще раз, но нежно, медленно и чувственно. И так попеременно всю ночь напролет. И, кажется, у Минхо появилась эта возможность. Устроившись на полу поудобнее, он огладил чужие бедра, про себя удивляясь, какая же у Джинки мягкая кожа. Бросив игривый взгляд, он склонился еще ближе и поцеловал старшего в живот. Теплый язык скользнул в пупок, а после очертил его влажным полукругом, заставив кожу покрыться мурашками. Джинки шумно выдохнул, теряя последние крупицы решимости сопротивляться, и только мучительно агонизировал под настойчивыми ласками. Руки, нагло мявшие и тискавшие его бедра, ловко стянули футболку, оставив абсолютно нагим. Глаза Минхо стали совсем черными: покрытый испариной, встрепанный, с немой мольбой во взгляде старший доводил до исступления. Глухо рыкнув, Чхве поднялся с пола и заставил его повернуться к себе спиной и упереться в спинку кресла руками, широко расставив при этом ноги. Слабо соображавший от перевозбуждения Ли послушался, низко свесив голову, сквозь толстую подушку похоти ему все еще было стыдно. Горячие ладони заскользили по спине, расправили плечи, убрали прилипшие к мокрой шее пряди. - Ты такой красивый, – мурлыкнул Минхо своим низким сводящим с ума голосом и, обведя пальцем ушко, стер каплю пота с виска. Подушечка мягко провела по щеке, очертила линию подбородка и далее вниз по шее, пощекотав кадык, нырнула в яремную впадину.       Джинки потерялся. Он не знал, взаправду ли все это с ним происходило сейчас или это был какой-то очень яркий реалистичный сон. Затуманенный мозг отказывался работать, и молодой человек просто отдался на волю ощущениям. Минхо огладил мягкие ягодицы, чуть сжал их и, скользнув длинными пальцами во влажную ложбинку, нажал на основание игрушки, заставив Ли вздрогнуть. Подцепив ногтем край вибратора, он чуть вынул его и протолкнул обратно, любуясь, как от нахлынувшей волны новых ощущений Джинки тихо хнычет и послушно подается бедрами навстречу, сильно прогибаясь в пояснице. Ноги его дрожали от напряжения и если бы не подлокотники кресла давно бы разъехались в стороны. Он не заметил, когда его член и яйца освободились из плена, не заметил, как нагретый силикон вибратора сменили чужие пальцы. Он только тонул в головокружительном ощущении близости, насаживаясь на пальцы и тихо-тихо постанывая. Минхо прижался пахом к влажному бедру, давая почувствовать ответное желание. Свободной рукой он ласкал грудь и сведенный судорогой живот, напряженно дыша в затылок, зарывшись во влажные волосы носом, пока не взял истекающий смазкой член. Хватило всего пары движений, чтобы довести Джинки до оргазма. Излившись в руку Чхве, тот обмяк на спинке кресла и провалился в вязкое небытие. Он не услышал, как чужой телефон разорвался мелодией входящего звонка, не услышал, как, чертыхаясь от злости и досады, Минхо быстро собрался и покинул его квартиру, плотно прикрыв за собой дверь. Только глубокой ночью он проснулся от боли в затекшем от неудобной позы теле и, еле переставляя ноги, перешел в спальню.       На следующий день Джинки хотел умереть со стыда. Его память оказалась жестокой: он не только помнил все в мельчайших подробностях, но до сих пор ощущал касания горячих пальцев на коже. Первой его мыслью было придушить себя подушкой, однако спустя тридцать секунд удушья организм воспротивился и отбросил мягкий снаряд в угол комнаты. Второй мыслью стало желание сказаться больным и прогулять работу, но совесть, та самая, что грызла его сейчас не хуже стаи голодных собак, не позволила этого сделать. Молодой человек вздыхал, ныл, бил руками и ногами по постели, выкрикивая что-то нечленораздельное, но, смирившись с неизбежностью, все же встал и пошел собираться. Вибратор без раздумий был отправлен в мусорное ведро, Джинки видеть его не мог. Выпив чашку кофе на пустой желудок, ничего съестное в него сейчас не лезло, он поплелся в офис как на каторгу. Однако его страхи были напрасны, Минхо вел себя так, будто ничего не произошло. Джинки весь извелся, думая, гадая, нервничая, но никто не прожигал его взглядом в коридорах, не подстерегал в туалете и даже не вваливался на обеде, хотя его кабинет, не в пример прочим имевший непрозрачные, хоть и картонные, стены и запирающуюся на замок дверь, как ничто другое располагал к непрошенным визитам. Но ничего не произошло.       Аб-со-лют-но.       Ни-че-го.       Устав бояться, Ли плюнул на все и последний час рабочего времени посвятил пасьянсу косынке, все равно ничего путного у него сегодня сделать не вышло. Когда молодой человек покидал офис, то как бы невзначай глянул в сторону Минхо. Стеклянные стены не были скрыты жалюзи, что позволяло его рассмотреть: в этот раз хлопковая стильная рубашка, темная змейка галстука на серебряной прищепке, гладко зачесанные назад волосы. И хмурый сосредоточенный взгляд, от которого внутри просыпался вулкан. Смутившись своего порыва, Джинки потупился и поспешил домой. Не стоило даже и мечтать заполучить такого мужчину, так зачем тогда растравливать душу? Если бы тот действительно хотел, то давно бы к нему подошел, Чхве был из тех людей, кто, не стесняясь, берет свое штурмом. Но, видимо, такому чуду, как внимание со стороны рокового красавца, в жизни Ли было не место.       Как человек, следовавший принципу: «Живу, чтобы много и вкусно кушать», Джинки решил заесть свое маленькое горе. Накупив готовой еды в ресторанчике неподалеку, он завалился в свою квартиру с твердым намерением расслабиться. К черту, что еще только понедельник! Он перенес столько душевных терзаний, что заслужил отдых! Для начала он долго отмокал в ванной, слушая музыку в наушниках. Пар от горячей с душистыми солями воды клубился в маленьком помещении, заполнив его по самый потолок. Мягкая музыка медовым потоком лилась в уши, отвлекая от тревожных мыслей, на душе стало легко и спокойно. Распаренный и окрыленный Джинки накинул пушистый халат на голое тело, не вытираясь, и пошлепал босыми пятками на кухню. Полы в доме были теплыми, молодой человек заблаговременно их включил, чтобы к моменту его выхода из ванной они успели прогреться. Выложив на стол мисочки с закусками и поставив в микроволновку куриные ножки в хрустящей панировке, Джинки настроился на хороший ужин за просмотром сериала, что уже ожидал включения, как вдруг в дверь позвонили. Настойчиво так, чтобы открыли наверняка. - И кого нелегкая принесла? – Пробормотал Джинки, чувствуя подвох. Сердце екнуло и ухнуло куда-то вниз, когда на пороге своего дома Ли вновь обнаружил Минхо с бутылкой вина. - Пустишь? – Не дожидаясь разрешения, парень протиснулся внутрь, не дав Джинки опомниться, и захлопнул входную дверь. – Тяжелый сегодня день, правда? – Хозяин квартиры не ответил, продолжая во все глаза пялиться на пришельца. И почему он его сразу не вытолкал из дома? Проклятое любопытство!       Минхо вымыл руки и сел за стол, будто так и надо было. Передернув плечами, Джинки последовал его примеру, еды для одного человека было действительно многовато. Ужинали они в тишине, прерываемой только глухим постукиванием металлических палочек о посуду. Ли то и дело опасливо косился на нежданного гостя, но заговорить первым не решался. Что привело Чхве к нему в столь поздний час? Что он думает о произошедшем вчера? Что он собирается делать дальше? Столько вопросов, на которые необходимо найти ответы! Низ живота приятно скрутило от постыдных воспоминаний. Было неловко сидеть вот так в одном халате, зная, что под ним больше ничего нет, и возбуждаться от этого, молодой человек ощутил себя каким-то латентным эксгибиционистом. Проведенных в покое двух часов как не бывало, Джинки вновь мучился, ерзал и тихо вздыхал, не получая никакого удовольствия от приема пищи, что особенно огорчало. Голова его опухла от неразрешимых вопросов, и он страстно желал только одного – чтобы младший как можно скорее покинул его квартиру, потому что на бурное продолжение их (ха-ха) «романа» он не смел даже надеяться.       Пока старший прибирал посуду со стола и загружал ее в посудомоечную машину, Минхо достал два бокала и разлил вино. Рубиновое, терпкое, пьянящее одним только своим ароматом. Джинки опешил, но принял бокал, на мгновение пальцы их соприкоснулись, от чего щеки молодого человека вспыхнули. - За прекрасный вечер. – Минхо отсалютовал и пригубил напиток. Джинки сделал большой глоток и закашлялся, вино оказалось очень крепким. - Так зачем ты все-таки пришел? - Хочу продолжить с того момента, на котором мы остановились. Вчера мне пришлось уйти по срочным делам, но сегодня я абсолютно свободен. – Чхве отставил свой бокал в сторону и притеснил Джинки к столешнице, упершись руками по обе стороны от его бедер. Ли сделал еще один глоток и, разволновавшись, едва не выронил бокал, однако Минхо вовремя вынул его из дрожащих пальцев. - А ты не подумал, хочу ли я этого? – Храбрясь, спросил Ли, однако ноги не в пример хозяину начали подгибаться. И не только от выпитого вина. - Я вижу реакцию твоего тела, думаю, не ошибусь, сказав, что ты хочешь продолжения не меньше, чем я. – Минхо ухмыльнулся, прижавшись вплотную и протиснув колено между ног старшего. Полы халата опасно задрались, едва не раскрыв наготу, от чего Джинки покраснел еще больше. - Ты ведешь себя по-хамски. Не забывай, ты в моем доме, и я имею полное право выставить тебя за дверь! - Так почему до сих пор не выставил? – Минхо, дразня, провел руками по бедрам, пальцы самыми кончиками забрались под подол и замерли, обжигая. Блондин подался вперед и, коснувшись губами ушка, горячо прошептал. – Я же не слепой, хен. Я заметил твои взгляды, причем давно. И вчера ты вел себя так, будто был совсем не против отдаться мне полностью. Так в чем проблема сегодня, мм? Ты хочешь меня, я хочу тебя, мы взрослые люди и вполне можем решить этот вопрос… полюбовно.       Джинки задохнулся, каждое словно проникало под кожу раскаленными иглами, достигая сознания и сметая одну нравственную преграду за другой. Молодой человек, уступая напору, чуть повернул голову, позволяя чужому дыханию опалять свою шею. Голова закружилась. Он лихорадочно пытался найти отговорки, чтобы защитить свое сердце от ошибки, которая могла обойтись ему очень дорого. - Мы можем пожалеть об этом. После. - Не пожалеем. Я уверен.       Нежно прихватив подбородок пальцами, Минхо повернул Джинки к себе лицом. Кофейные глаза встретились с чайными во взгляде. Воздух между ними буквально заискрился. Ли замер в томлении, прикусив нижнюю губу. Сердце быстро и гулко билось в груди, грозясь вырваться на свободу из клетки ребер. Может и правда стоит вылезти из своей раковинки и рискнуть? Ведь соблазн так велик! Уловив мимолетное движение, старший закрыл глаза и позволил себя поцеловать.       Мосты сожжены и обратного пути нет.       Теперь только вперед.       Минхо целовал осторожно, едва касаясь губами чужих губ, проверяя границы дозволенного. Джинки шумно выдохнул и приоткрыл рот, призывая к более решительным действиям. Младший воспользовался приглашением и сплел их языки в горячем танце с терпким привкусом красного вина. Горячие ладони теперь настойчиво оглаживали бедра, все глубже забираясь под махровую ткань. Джинки стало жарко. Он обнял Чхве за шею и уже сам прижался к нему, тихо выстанывая в поцелуй. Прав был Минхо. Они хотели друг друга. И сейчас прекрасно чувствовали ответное желание каждого. Джинки зарылся пальцами в пепельные волосы и потянул, как давно мечтал это сделать, Минхо послушно откинул голову назад, шумно дыша и облизывая влажные после поцелуя губы. Не сдержавшись, Ли прижался к сильной шее и оставил на ней засос, напоследок ощутимо куснув зубами. Снова требовательно потянув Чхве за волосы, он впился в него поцелуем и повлек за собой в спальню. Чужие руки проникли под подол халата и сжали упругие ягодицы. Минхо удивленно выдохнул и широко улыбнулся. - Я еще вчера понял, что ты тот еще шалун! Отсидеть весь ужин без нижнего белья, при этом делая вид, что ничего такого не происходит, не каждый на это способен. Ты потрясающий, хен. - Это не то, что ты думаешь! Я… - Не оправдывайся. Мне нравится.       Блондин повалил старшего на кровать и навис сверху. Потянув узел на поясе, Чхве окончательно распахнул халат. Джинки в очередной раз зарделся, но больше не пытался прикрыться, позволяя себя рассмотреть. Легкое опьянение раскрепощало, запирая рамки морали глубоко в подсознании и выпуская наружу похотливых чертей. Минхо невесомо провел по бокам вверх, мазнул большими пальцами по соскам и остановил руки на шее. Джинки гулко сглотнул, двойной кадык царапнул чужую ладонь, пальцы которой чуть сжали горло. Глаза Минхо совсем почернели от похоти. Ли уже испугался, что его сейчас придушат в собственной постели, но младший, наконец, отпустил шею и провел руками вниз по груди к животу. - Расслабься, я не сделаю тебе больно.       Нутро сладко затрепетало от низкого тембра голоса, ощущавшегося, казалось, под самой кожей. Джинки потянулся в ответ и коснулся пуговиц на хлопковой рубашке, расстегивал он их медленно, пальцы его не слушались. Минхо ухмыльнулся, склонив голову на бок, его забавляла та сосредоточенность, с которой старший отдался своему делу. Закинув ногу любовника себе на талию, Чхве стиснул бедра до красных отметин на нежной коже. Джинки мелко задрожал, кусая губы. Схватившись за ремень брюк, он выдернул его одним резким движением и потянулся к ширинке, но тут его запястья перехватили и пригвоздили к постели над головой. - Не так шустро, зайчик. – Проурчал Минхо в самые губы и впился в них поцелуем. В этот раз страстным, жестким, подчиняющим. Джинки рвано застонал, пропуская чужой язык в свой рот, теряясь в этом поцелуе. Внутри все горело. Он так сильно хотел Минхо, что больше не мог терпеть. - Пожалуйста… Минхо, ах. – Джинки прогнулся, сладко выстанывая в поцелуй. – Смазка, тумбочка, м-мм…       Чхве понял, чего хотел старший, и, куснув его напоследок за подбородок, потянулся к прикроватной тумбе. Достав почти пустой тюбик, он цокнул языком. - Часто развлекаешься? - Н-нет. Вчера с непривычки переборщил. - Ну-ну. – Минхо выдавил прозрачную субстанцию себе на пальцы, хорошенько растер и приставил руку к сжавшемуся сфинктеру. – Расслабься, зайчик, тебе понравится.       Чхве вновь поцеловал Джинки, в то время как подушечки пальцев настойчиво кружили у входа. Младший куснул нижнюю губу, которая особенно дразнила его своей очаровательной родинкой, и протолкнул внутрь сразу два пальца. Джинки судорожно вздохнул и попытался расслабиться, неприятные ощущения быстро уходили, уступая место щекочущему удовольствию. Пальцы медленно двигались внутри, сгибались и расходились в стороны, растягивая нутро. Пепельная челка скользила по коже все ниже и ниже, пока и вовсе не достигла паха. Минхо плотно прижал язык к мошонке и повел его вверх, до самого кончика члена, заставив Джинки взвиться от взрыва ощущений, ведь в этот же момент младший нажал на простату. Губы накрыли головку и втянули ее в рот, заставив старшего протяжно застонать. Джинки вцепился в пепельные волосы и вскинул бедра, проталкивая член глубже в рот послушно сосавшего младшего. Его губы плотно обхватывали ствол, а язык юрко скользил по чувствительной коже, сводя с ума. Пальцы, уже целых три, грубо трахали его зад, пошло хлюпая внутри смазкой. Не выдержав этого водоворота безумных ощущений, Джинки с именем младшего на губах кончил тому в рот. Пока он пытался отдышаться, Минхо успел сплюнуть в салфетку и полностью избавиться от своей одежды. - А теперь, хен, я возьму тебя.       Блондин притянул старшего вплотную к себе и, устроив его бедра на своих, одним сильным движением вогнал член до основания. Джинки вскрикнул, схватившись за широкие плечи младшего, короткие ногти оставили розовые полукружия следов на смуглой коже. Чхве больно сжал талию любовника и с гортанным рыком начал вбиваться в податливое тело под собой, крепко удерживая его на месте. Властный, сильный, своей стальной волей он прогибал Джинки под себя, заставив позабыть обо всем. Старший едва дышал от обжигающей страсти, плавился как восковая свеча от огня, отдавая себя без остатка. Ему было так хорошо, что становилось страшно, что еще чуть-чуть и он умрет от переполнившей его эйфории. Ни в одном из своих мокрых снов с ним не происходило такого. Издав животный рев, Минхо согнул любовника пополам, заставив упереться коленями в подушку за головой. Джинки едва не задохнулся, дышать в такой позе было практически невозможно. Открытый, беспомощный, он судорожно хватал ртом воздух и цеплялся за плечи, ища хоть какую-то опору. И Минхо пользовался его беспомощностью. Он трахал старшего быстро, жестко, совершенно не сдерживаясь, так, как хотел еще вчера, глядя прямо в чайные полные мольбы глаза. Раскрывал ту сущность, что пряталась глубоко внутри, забитая страхом, стыдом и смущением. Свободную, бесстрашную и страстную, которая могла заставить гореть самого Минхо.       Протяжно закричав, Джинки снова кончил и почти сразу почувствовал, как внутри него растекается вязкое тепло. Перед глазами плясали пьяные звезды, которые все никак не удавалось сморгнуть. Парни заполошно дышали, вцепившись друг в друга мертвой хваткой, далеко не сразу им удалось распутаться из морского узла, в который сплелись их мокрые тела. Минхо отпустил ноги старшего и помог ему распрямиться. - Черт. Это. Было. Невероятно. – Прохрипел Джинки, все еще немного задыхаясь. Онемевшие ноги и поясницу покалывало от прилившей к ним крови.       Джинки боялся молчать теперь, когда все кончилось и возбуждение потихоньку схлынуло. Боялся, что Минхо оденется и уйдет, оставив его в одиночестве саморазрушения. У него еще никогда не было такого секса и, Ли был уверен в этом, никогда больше не будет. Ни с кем другим. Только с ним. Они подошли друг другу, словно половинки одного целого, и терять только-только обретенную половинку было страшно. Однако младший не собирался никуда уходить. Удобно развалившись на мягоньком Джинки, Минхо бесцеремонно тискал его за задницу и довольно ухмылялся. Было неожиданно приятно ощущать его немалый вес на себе. Тепло и уютно, словно за каменной стеной. - А та штучка, она еще у тебя? - Какая? – Джинки удивленно приподнял брови. - Ну, вибратор. – Минхо облизнулся, его заводило смущение старшего, вот и сейчас щеки того мило покраснели. - Нет! Я ее выкинул. - Жаль. - Почему? - Люблю секс с игрушками, они добавляют остроты. У меня дома целая коллекция, обязательно ее тебе покажу и расскажу, как пользоваться. - Как в красной комнате? – Джинки предпочел пропустить пошлый намек мимо ушей, однако низ живота кольнуло возбуждение. Что там интересно за коллекция такая? - Ты смотрел этот фильм? – Чхве снисходительно усмехнулся и совсем уж кровожадно добавил. – Нет, гораздо круче. - Не думал, что ты такой извращенец. - Какой есть. – Минхо игриво улыбнулся и скатился под бок, тут же обнимая старшего за талию. Джинки затих, напряженно думая. - Минхо, можно тебя спросить? - О чем? – Младший принялся щекотаться, хихикая точно ребенок. Ли слабо отпихивался, ему действительно было важно получить ответ. - Эй! Я серьезно! - Хорошо. – Чхве перестал дурачиться и приподнялся на руке, чтобы лучше видеть лицо старшего. – Что такое? - Ты не уйдешь от меня? - С чего бы? На улице глубокая ночь, темно и холодно, а здесь тепло, хорошо и кормят вкусно. - Минхо-о-о! – Джинки насупился. Чхве понял, что отшутиться не получится и, вздохнув, серьезно ответил. - Нет, не уйду. - Значит, теперь мы встречаемся? - А ты бы этого хотел? - Я? Ох… – Джинки бросило в жар. Смущенно потупившись, он кивнул. Он понял, что очень этого хотел, всем сердцем. И не просто потому что устал от одиночества, а потому что чувствовал, что это то самое. - Тогда, начиная с этого момента, мы официально пара. – Минхо погладил розовую от смущения щечку и заправил влажную прядь волос, прилипшую к ней, за ушко. – Наша любовь будет как в ретро-фильмах: сладкая и нежная. Но с безумным сексом всю ночь напролет до самого утра, согласен? - Более чем.       Минхо широко улыбнулся, в глазах зажглись озорные огоньки. Перевернув старшего на живот, он навалился сверху и игриво куснул плечо. Горячий стояк уперся в ложбинку между ягодиц, смущая и возбуждая до одури. - А теперь давай-ка оставим остальные вопросы на потом и займемся делом. Уж больно хочется поскорее перейти к последнему условию нашего соглашения.       Минхо оказался предельно честен, старателен и очень исполнителен, не позволив Джинки уснуть до самого утра. И их сладкая любовь была даже лучше, чем в ретро-фильмах.