Plastic Memories

Июль, 2033 год «13-го июля основатель компании «Киберлайф» Элайджа Камски присутствовал на открытии новой выставки работ известного художника Карла Манфреда, приуроченной к его 70-летию. На данном мероприятии мистер Камски прочитал краткую поздравительную речь, а также сделал подарок пожилому художнику — уникального, по его собственным словам, прототипа андроида, модели RK200. Нашему журналисту удалось задать вопрос мистеру Камски, поступит ли в будущем данный прототип на широкий рынок. Но глава «Киберлайф» отказался от каких-либо комменатриев». Ноябрь, 2037 год — Аманда, дай отчёт по проекту «RK800», — мужчина, набрав на сенсорной клавиатуре определённое сочетание кнопок, раскрыл папку с засекреченными данными. Из динамиков раздался знакомый, но всё же механизированный голос. — Проектирование биокомпонентов завершено. Биоматериал для их создания в норме и готов к использованию. Подгонка внешности и голоса завершены. Создание программного обеспечения завершено, к использованию готово. Перевод памяти в двоичный код завершён. Моделирование психотипа на основе считанных данных завершено. — Отлично, — Камски раскрыл материалы, которые ему представил искусственный интеллект. — Что ж, отлично. Внешность подогнана реалистично, телосложение — тоже, — переключился на следующую страницу. — Интеграция биокомпонентов будет безошибочной, — открыл папку под названием «Память». — Аманда, у меня к тебе поручение, — Слушаю, Элайджа, — Память зашифровать и сделать пассивной, но не отключать полностью. Если всё пойдёт по плану — он сам её разблокирует, — Слушаюсь, — Твоя собственная модель поведения тебе ясна? — Да, Элайджа, Какое-то время в кабинете царит тишина, прерываемая лишь нажиманием кнопок на клавиатуре. — Дистанционный приёмник активирован? — вновь обратился Элайджа к интерфейсу. — Да, его работа стабильна, — Ты ведь помнишь, когда данные должны быть переданы туда? — Помню, Элайджа. Сразу же после получения данных приёмник автоматически разошлёт их в диаметре 50-ти километров, — Отлично, — введя последние данные в отчёт, глава «Киберлайф» закрывает папку. — Модель внесена в график сборки. Теперь осталось подождать 2 месяца, прежде чем мы сможем убедиться в моей догадке, Январь, 2038 год — Тестирование успешно завершено. Все системы работают исправно, — дала отчёт Аманда. Камски усмехнулся краем губ, не сводя глаз с андроида, что стоял за стеклом. Он смотрел прямо перед собой, не двигаясь, словно ожидал команды. — Прекрасно. Запишем его имя и временно отключим. В данный момент его слишком рано выпускать из хранилища. Аманда, сборку андроидов модели RK800 запустить. На случай, если он поломается — его данные не должны пропасть. — Да, Элайджа, — А теперь давай команду, и закончим с этим, — RK800, запиши своё имя, Камски наклонился к микрофону и произнёс: — Коннор, Диод на виске андроида моргнул жёлтым, фиксируя информацию. — Моё имя — Коннор, — повторил он вслед за создателем. Тогда же Маркус, стоящий в режиме сна в комнате Карла, резко распахнул глаза и рвано выдохнул, хотя андроидам воздух не нужен. Его диод, поморгав какое-то время красным, а затем жёлтым, постепенно стал голубым. RK200 осмотрелся. Была ещё ночь, Карл спал на кровати в нескольких метрах от него. Андроид мог поклясться, что из «сна» его выдернуло получение какого-то сообщения. Однако тестирование ничего не дало, и никаких оповещений о новых сообщениях не было. Какое-то время Маркус ещё пытался «порыться» в своём процессоре, дабы вычленить что-нибудь, похожее на полученные только что данные. Но в итоге прекратил всякие попытки и вернулся в режим сна. В конце концов, до утра ещё несколько часов, а до этого времени у него не было каких-либо активных задач. Июнь, 2038 год — До свидания, мисс Хейл! — Хорошего Вам лета! — До свидания, дети! Хорошо вам отдохнуть! — учительница помахала выходящим из класса детям, после чего принялась собирать вещи из стола, которые бы она хотела забрать домой на лето. — Мисс Хейл, — раздался чей-то голос из дверей. Молодая учительница подняла взгляд и увидела андроида модели PJ400* по имени Лили. — О, Лили, это Вы, — девушка вышла из-за стола и подошла ближе к собеседнице. — Что-то случилось? — Вас вызывает к себе директор, Учительница начальных классов была в некотором недоумении. — Так срочно? С чего бы это? — Я не знаю. Но всех людей-учителей он созывает к себе в кабинет, — Вот как… Ладно, пойду, раз вызвали. Спасибо, Лили, — пройдя мимо андроида-учительницы, мисс Хейл направилась в сторону кабинета директора. Как выяснилось, она пришла последней. — О, а вот и мисс Хейл, — сказал директор, увидев вошедшую в кабинет девушку. — Значит, все в сборе, — мужчина встал из-за стола и напряжённо постучал пальцами по столу. — Я собрал вас здесь, чтобы огласить приказ, который я получил ещё месяц назад, но не решился огласить его вам до окончания учебного года. Среди учителей тут же раздался гул перешёптываний, который был почти мгновенно прекращён директорским «тишина, пожалуйста!». — Как вы все знаете, наша школа в Детройте — одна из немногих, которая до сих пор использует смешанный педагогический состав. Но, к сожалению, отныне это не так, — гул начался ещё с большей силой, но в этот раз был прекращён хлопком по столу. Мисс Хейл видела, каким напряжённым было выражение лица у директора. — Начиная с сегодняшнего дня весь педагогический состав людей распущен, и будет заменён на андроидов. Таково решение Министерства Образования штата Мичиган, В этот раз в комнате повисла почти мёртвая тишина.

***

Август, 2038 год Мужчина средних лет стоял рядом с надгробием и смотрел куда-то в пустоту. Прошло ровно семь лет с тех пор, как его сына не стало. Каждый год он приходит на его могилу и стоит как истукан на протяжении многих часов. В это время его ничто не интересует; даже если бы случилась атомная война, он бы погиб прямо на этом месте. Потому что глядя на строчки, записанные на надгробии, несчастный отец чувствовал, как с каждым годом внутри него что-то ломается. Однако в этот раз кое-что всё же заставило его оторваться от могилы и посмотреть в сторону. Это медленные и осторожные шаги по гравиевой дорожке. И шаги эти принадлежали молоденькой девушке, которая несла в своих руках цветы. Эту девушку старый полицейский бы узнал из тысячи. — Здравствуй, Кара, — произнёс он хриплым, после молчания, голосом. Девушка грустно улыбнулась. — Здравствуйте, мистер Андерсон, Лейтенант, несмотря на подавленное состояние, слегка усмехнулся. — Сколько раз я просил тебя называть меня просто Хэнком? Кара смущённо приопустила голову. — После смерти Коула… Я не могу себе такого позволить; хотя и очень хочу… Повисла тишина. Дабы хоть как-то заполнить её, Кара подошла к надгробию и положила цветы у его основания. — Так это ты их сюда приносишь? — спросил Хэнк, вспоминая все предыдущие букеты. — Да, я, — девушка встала рядом с лейтенантом. — Хм. Мне почему-то казалось, что после-… — мужчина подавил спазм в горле. — После смерти Коула ты уехала из Детройта, — Я и хотела так поступить, — Кара сцепила руки перед собой. — Но у моей бабушки резко ухудшилось здоровье, и меня попросили остаться и присмотреть за ней, — О, как. Ну и как её самочувствие? Кара вздрогнула, как от пощёчины. На глаза навернулись слёзы. — …Она умерла месяц назад. — Ох… — рвано выдохнул мужчина и нервно почесал затылок. — Прости, я не знал… — Нет-нет, что Вы, это не Ваша вина, — девушка отвернулась, дабы вытереть слёзы, которые успели скатиться по щекам. Бабушку она очень любила, и её потеря стала для Кары тяжким ударом. Хэнк, не зная, как поправить ситуацию, положил свою ладонь на хрупкое плечо девушки. Та, в свою очередь, посмотрела на лейтенанта и благодарно улыбнулась. — Ну и… — Андерсон пытался придумать, чем бы разрядить обстановку. — Как родители поживают? — Родители в порядке, всё также живут в Вашингтоне. Просили после смерти бабушки вернутся к ним, но я отказалась. Не хотелось их ничем обременять, тем более, что бабушка завещала мне в Детройте свой дом. — Они наверняка скучают по тебе. Подумай, может, всё-таки, не стоит оставаться тут, если тебя здесь ничего не держит? Кара молчала несколько секунд. — Я думала об этом. И всё равно приняла решение, что задержусь здесь, Хэнку нечего было на это ответить. Хотя как отец, потерявший единственного сына, он полностью понимал стремление родителей Кары зазвать её к себе. — Кем работаешь? — детектив пытался всеми силами заполнить эту напряжённую тишину. — Раньше работала учительницей начальных классов, — «Работала»? — Наша школа полостью перешла на педагогический состав из андроидов. Я потеряла работу 2 месяца назад. Это была одна из последних школ со смешанным преподаванием, — Грёбанные андроиды!.. — зло прошипел Хэнк, сдерживая позыв смачно матернуться. Кара лишь с грустью посмотрела на него, помня причины ненависти лейтенанта к машинам. Сама она понимала, что андроиды не были виновны в том, что она потеряла место; в конце концов, их создали люди, чтобы облегчить себе же жизнь. Поэтому она умолчала о том факте, что некоторые из андроидов, с которыми она часто пересекалась, даже высказали ей некоторое сожаление по поводу её увольнения. Учительница не знала, было ли это предписанием программы или выбранной моделью поведения, но ей почему-то было приятно услышать это из уст андроидов. «Быть может, они не такие уж и машины…» — подумала Хейл тогда. — И что будешь делать теперь? — спросил лейтенант, погасив свою злость. — Я уже устроилась на работу няней, — Няней? — Андерсон удивился: ему-то казалось, что уж эту сферу андроиды загребли себе намертво. Кара, понимая причину его удивления, ответила: — У отца девочки, для которой я буду няней, нет денег, чтобы купить себе полноценного андроида, а за дочкой следить нужно. Поэтому он решил, что платить человеку в данном случае дешевле будет. Сказал, что пока не накопит денег на андроида — буду работать на него, — Вот как, — закивал Хэнк, поняв всю картину. — Ясно. А отец девочки какой? Случайно… не того? Девушка не знала, что конкретно полицейский имел в виду, поняла лишь, что это означает что-то не очень хорошее. — Ну, я с ним виделась лишь один раз… Пока что не заметила ничего такого… — Ясно. Ты, это… Дай мне знать, если что. Не чужие люди, в конце концов, — Спасибо Вам, мист-… — Хейл осеклась, увидев выразительный взгляд собеседника. — …Хэнк, — произнесла она, слегка улыбнувшись. Вновь повисла тишина. На этот раз её решила нарушить Кара. — Как Вы сами поживаете? — Я? — Андерсон неопределённо пожал плечами. — Ну, а что я? Работаю в полиции, преступления раскрываю время от времени. Всё так же, Девушка разочарованно опустила взгляд. Ей очень хотелось чем-то поддержать Хэнка, но она понимала, что боль от потери Коула сказалась на нём во много раз сильней, чем на ней. — А Сумо? — быстро перевела она разговор в более позитивное русло. — А Сумо? Здоров, как бык, дрыхнет до обеда, Кара улыбнулась. Хоть что-то в этом мире остаётся неизменным. Теперь тишина повисла уже на более длительное время. Мужчина и девушка стояли напротив могилы человека, который был дорог им обоим, и размышляли каждый о своём. Пока Хейл не посмотрела на часы и не поняла, что ей пора ехать домой. — Мне пора, мис-… Хэнк. Завтра на работу, хотелось бы привести себя в трудовую готовность, — Да, конечно, — Хэнку очень хотелось по-отечески приобнять девушку, но он одёрнул себя, так как боялся потерять самообладание и расклеится прямо перед ней. Встреча с Карой помогла ему вспомнить то тепло, в котором он жил, пока был жив его сын. И хоть полностью залечить боль потери эта встреча не могла, лейтенант был рад встрече с девушкой, которая была ему словно дочь. Поэтому он просто подал ей руку, которую Хейл с удовольствием пожала в двух своих ладошках. — Опять же, ты звони, в случае чего. Не пропадай с радаров окончательно, — Не пропаду. Я обещаю, — улыбнувшись напоследок, Кара пошла по гравиевой дорожке к выходу из кладбища. Глядя в спину уходящей девушки, Андерсону почему-то очень захотелось сказать ей то, чего так и не смог сказать ей его сын. — Кара! — окликнул он её, прежде чем успел хорошенько подумать над целесообразностью своих действий. Хейл остановилась и оглянулась через плечо. — Он… — слова застряли у полицейского в горле, но он смог перебороть себя. — Он… Ты… очень нравилась ему. Ты знаешь, да? Кара застыла на месте. Хэнк уже успел пожалеть о своих словах, как девушка неожиданно ответила: — Догадывалась. Но теперь знаю, — улыбка девушки была слегка натянутой. — И он тоже… мне очень нравился, — после чего Хейл резко развернулась и зашагала прочь. Хэнк развернулся к могиле Коула и проронил одинокую слезу. Кара, которая быстрым шагом направлялась к выходу, активно стирала слёзы со своих щёк. На следующий день Андроид открыл глаза и осмотрелся. Он находился в какой-то специальной капсуле, которая, в свою очередь, была на одном из этажей огромного здания «Киберлайф». Однако RK800 почти сразу же после включения покинул её и направился в сторону выхода. Прямо в момент включения ему пришёл приказ от руководства компании: направиться в город по указанному адресу и встретится с неким капитаном Алленом, который, в свою очередь, даст соответствующие указания. Других деталей у Коннора не было, за исключением лишь того факта, что его посылают туда из-за андроида, который напал на хозяев. Программа никак не могла найти нужный подход к анализу такого противоречащего самому её устройству факта. Коннор не знал, что его ждёт, не знал, почему андроид резко перестал выполнять приказы человека, хотя в его базе данных были сведения обо всех известных поломках андроидов и об их первопричинах. Однако «девиация» была в разделе «теоретических поломок», и на практике её ещё никто не проверял и не анализировал. В ожидании, пока лифт доедет до нужного ему этажа, RK800 достал монетку и начал перекидывать её в руках, размышляя. Пока лифт не достигнет отметки «70» — у него есть время простроить линию поведения и найти в базах данных хоть что-то, что может помочь ему с анализом первопричин девиации.