Часть 1
29 сентября 2018 г., 15:59
Микки следил за чатом, задавая рукой ещё более быстрый темп. Ему было так дерьмово, что он дрочил уже третий раз за весь блядский день, а потому после этого раза уже собирался закругляться и заканчивать стрим.
Чат пустовал. Всего несколько часов назад, принимая заявки, он достиг рекордных двадцати зрителей. Теперь же ему стало абсолютно похер на то, смотрит ли за ним кто-то, не смотрит ли — за сегодня он и так поднял приличную сумму.
На стриме оставался всего один зритель, и то нихрена не писавший в чат. Да и Микки было как-то плевать, что это был за тип — реальный человек или просто бот.
Он ощутил предательское пощипывание и рыкнул, понимая, что от оргазма, к которому он стремился так долго, его отделяют лишь ничтожные блядские секунды. А затем его таинственный зритель всё-таки написал сообщение в чат.
Дам десять долларов, если ты кончишь, произнося моё имя.
Десятка за то, чтобы просто сказать чьё-то имя? Блять, ещё бы!
— Бля, да, как тебя зовут? — Микки бормотал довольно тихо, но всё ещё достаточно громко для того, чтобы задрипанный ноут мог нормально воспроизводить его голос.
Йен.
Микки кивнул, закусив губу. На экране высветилось маленькое зелёное уведомление. $5 от гостя.
— Бл… — застонал Микки, кончая и продолжая двигать рукой по своему разгорячённому и набухшему члену. — Йен, блять, Йен, — бормотал он.
Второе уведомление сообщило о ещё пяти пришедших долларах, а затем «Йен» покинул стрим, даже не дождавшись, когда Микки кончит.
***
Микки так и не смог сложить два и два, когда через пару дней ему пришло сообщение, в котором было ясно сказано, с кем и где ему придётся встретиться этим вечером. Работа (13:02): Имя: Йен Галлагер. Место встречи: 24 Викстерсорн стрит. Время: 19:00. Оплата: 1500$. Продолжительность: 5 часов. Особые просьбы: Надень костюм. Работа (13:03): Мы вернём деньги за костюм, если вам придётся брать его на прокат, Милкович. Он много платит за вас и говорит, что, если потребуется, сможет заплатить и больше, так что просим вас угодить всем его желаниям, если хотите получить процент выше, чем обычно. — Полтора ёбаных косаря за мою жопку! — торжественно объявил Микки своей сестре. — Фу, и кто только заплатил столько за твой уродский зад? — Мэнди показала ему язык. — Бля, да иди нахуй, мажоры бы за меня заплатили, — Микки рассмеялся и сел рядом с ней на диван. — Этот чувак хочет, чтобы я надел ёбаный костюм, и он оплатил пять часов. — Пять часов? Боже, не завидую я твоей заднице, — Мэнди усмехнулась. Микки легонько ударил её, прекрасно понимая, что она, скорее всего, права. Ему заплатили за пять часов — ясен хуй, что всё не обойдётся обычным десятиминутным трахом. Какое-то время они обсуждали этого «Йена». Так Микки легче было как представить, что из себя представляет этот парень, так и придумать о нём какие-то истории, потому что даже с тремя годами эскорта за спиной он продолжал испытывать мерзкую тревогу, когда у него появлялись новые клиенты. Вскоре они пришли к выводу, что этот парень был богатым, вернее сказать, охуеть каким богатым, раз он может себе позволить заплатить такую сумму за одну блядскую ночь эскорта. Ещё они решили, что «Йен», наверное, устроит какую-то ролевую игру, раз уж он просит Микки прийти в костюме. Ну, или ему просто хотелось, чтобы всё прошло очень красиво. — О-о! А может, он поведёт тебя ужинать, поэтому и попросил тебя выглядеть безупречно? — сказала Мэнди. — Ага, я бы не отказался от какой-нибудь хавки, не просто разогретой в ёбаной микроволновке. — Эй! Шеф-повар хорош настолько, насколько хороши его ингредиенты, а ты — придурок, думающий, что покупка скитлз важнее покупки блядских овощей! — Эм, вообще-то некоторые конфетки скитлз зелёные. Овощи тоже зелёные. Вывод: скитлз — овощи. Так что хуй соси, — ответил Микки. — И всё-таки, — Мэнди закатила глаза. — Неважно, съешь ли ты эту «правильную» пищу, не съешь ли, но, уверяю — ты поймаешь себя на мысли, что тебе эта херня нравится. — Ага, обязательно, — саркастически заключил Микки. Мэнди улыбнулась своему брату. — Знаешь, я всегда понимала, что ты никогда не заработаешь денег, не послав мораль нахер. Думала, свяжешься с наркотой. Но эскорт, да ещё и гейский? Сопровождение, блять? Богом клянусь, такого я точно не ожидала. — В смысле это я мораль нахер послал? Вообще-то обе стороны получают желаемое. Я — деньги, а они любуются моим, блять, хуем. И все счастливы. Мэнди грубо усмехнулась. — Да никто не хочет любоваться твоим членом! Микки поднял брови и вытащил из кармана джинсов кучку зелёных банкнот. — А они считают иначе, — он ухмыльнулся. — А сейчас мне надо купить ёбаный костюм. Увидимся.***
Микки ещё раз взглянул в зеркало. Надо признать, выглядел он ахуеть как горячо. На нём был чёрный костюм с белой рубашкой и красным галстуком, и помимо этого он надел ещё и пару дешёвых, но довольно стильных туфель. Гелем он уложил свои тёмные волосы, зачесав их назад, и сбрил всю щетину под носом и на подбородке. Он дважды проверил адрес и глубоко вдохнул, настраиваясь. Теперь точно готов. Он похрустел суставами и ушёл на работу, оставляя Мэнди в одиночестве. Приехав по нужному адресу, он понял, что их с сестрой подозрения подтвердились — этот парень был пиздецки богат. Чего только стоил его блядский замок вместо дома, глядя на который Микки просто не мог не нервничать. Ладно, это, конечно, не замок. Но всё-таки какой-то ахуенно огромный домище на Северной стороне. Он был явно лучше двух кроватей, восемнадцатого этажа и задрипанной квартиры, которую Микки делил со своей младшей сестрой. Он позвонил в дверь и сделал шаг назад, тревожно ожидая увидеть того, кто откроет ему и с кем ему придётся провести эту ночь. Пара мгновений — и дверь открылась. Бля. А он горяч. Не то, чтобы Микки часто думал о том, насколько сексуальны его клиенты, но такие мысли часто делали всё проще. Иногда возникали сложности — реально горячие клиенты возникали только в воображении, когда они напивались до беспамятства. А теперь такой человек стоял перед ним. Он тоже был в костюме, но в гораздо более привлекательном, чем Микки. Ему он подходил больше. Рубашка сидела по-настоящему правильно, подчёркивая мускулистые руки и торс. У него был чертовски пленительный взгляд и наиохуеннейшая улыбка. Он оказался охрененным высоким красавчиком. Да к тому же ещё и рыжий. Бля, а у Микки есть пунктик на таких рыжиков-активов. — Милкович? — спросил он. Ну конечно, а кто ещё-то, бля? — Заходи, заходи. Микки последовал за ним, закрывая дверь. Он опустил взгляд, хотя, признаться, очень хотел рассмотреть дом и, конечно, этого мужчину, похожего на какого-то греческого бога. Но ему нужно быть вежливым, особенно для такого богатого клиента. — Эй, посмотри, — приказал он. Микки повиновался и извинился. — Простите, сэр. Обычно он не называл никого «сэр», но красивые и богатые клиенты были исключением, потому что, если честно, они его пугали. Парень посмотрел ему в глаза и, блять, просто рассмеялся. — Можешь звать меня Йен. — Спасибо, — Микки вновь опустил взгляд, ощущая жар, находясь под таким пристальным взглядом. — Йен. — Эй, эй, посмотри сюда, — опять приказал Йен, но его голос был таким мягким и не похожим на резкие, грубые требования других клиентов. Микки снова поднял взгляд и прикусил губу, не желая ляпнуть лишнего. У него в голове сейчас просто миллиард вопросов, но задавать их клиенту было бы неприлично. — Прекрасно, — прошептал он, нежно поглаживая большим пальцем щёку Микки. Это мягкое прикосновение заставило Микки почувствовать, словно его лицо покрывается огнём. Он хотел как-то увернуться, но это действие было бы неуважительным. Микки испугался. Он не мог понять, какие чувства возбуждает в нём нежное прикосновение Йена. И подобная херня всегда заканчивается чем-то очень болезненным. Всё, что ему оставалось — напоминать самому себе, сколько денег он поднимет за эту ночь. Всё это абсолютно ничего не значит и никогда не значило. Это просто его работа. — Ты можешь говорить, если хочешь, — усмехнулся Йен. — Я не кусаюсь. — Простите, сэ… Йен. — Давай я налью тебе выпить, — Йен подмигнул и повёл его за собой через коридор и две комнаты, останавливаясь в третьей. Эта комната была намного меньше и интимнее тех, что они прошли. В ней находился камин, несколько слабо светивших ламп, две красных козетки и парочка необычных, оформленных в стиле модерн, картин на стене. Йен сел и похлопал рядом с собой, призывая Микки присоединиться. Рыжик наклонился к журнальному столику, чтобы налить им по бокалу красного вина. — Спасибо, — сказал Микки, приняв бокал. Судя по бутылке, это было не просто какое-то дешёвое вино из Walmart'а, поэтому Микки вежливо отхлебнул совсем немного, хотя на самом деле хотел опустошить бокал как можно скорее. Микки старался не морщиться. Он очень не привык к вину. Йен тихо усмехнулся, вставая и направляясь в сторону шкафа. Вернулся он уже с бутылкой Джек Дэниелс в руках. — Вот, — сказал он, забирая бокал у Микки и отдавая бутылку. Их пальцы соприкоснулись и, блять, это было похоже на удар тока или чистейшего тепла, из-за чего Микки хотел отстраниться и повторить это вновь. — Это тебе больше нравится? — Ага, да, спасибо, — Микки оглянулся в поисках стакана. — Ты ведь обычно из бутылки пьёшь, да? Ну так вперёд, всё в порядке. — Спасибо, — Микки сделал несколько глотков, обрадованный знакомым напитком. — Подожди, — он посмотрел на Йена, когда понял, что он сказал. — Ты как это узнал? Что я пью прямо из бутылки, блять? Микки сильно прикусил язык. Никакого мата перед такими пиздецки респектабельными клиентами! Но Йен, блять, просто ухмыльнулся, понимая, что если Микки позволил себе выругаться и с лёгкостью задать какой-то вопрос, то он начинает привыкать к происходящему. Ведь поначалу он боялся даже взглянуть на него. — Я иногда смотрю твои стримы. Ты один из немногих, кто пьёт дешёвый виски. Лицо Микки вмиг залилось ярким румянцем, ведь его, кажется, только что обвинили в алкоголизме. — Я… Ох. Как ты узнал, что я работаю в эскорте? Блять! Да нахуя он продолжает задавать свои дебильные вопросы? — Просто повезло. Рад, что нашёл тебя, — Йен сделал ещё один глоток своего вина. — Я обычно не смотрю за парнями, снимающими порно, и не нанимаю их. — Это ж дрочка на вебку, — ляпнул Микки. Блядство! — Прости, прости! Просто, просто это не какое-то ебучее порно, это совсем другое, прости. — Прекращай уже извиняться, Милкович, — усмехнулся Йен, не понимая, что таким образом Микки просто не хотел показаться невежливым. — Блин, прости, — Микки покачал головой и сделал ещё несколько глотков своего виски. — Погоди, в смысле ты не нанимаешь таких парней? По-моему ты прекрасно знаешь, что делаешь. — Бля, да я понятия не имею, что мне делать. У меня слишком много денег и я влюбился в какого-то парня, который ведёт стримы по ночам. Но с тобой, наверное, это часто происходит? — Происходит что? — Люди влюбляются в тебя? Не то, чтобы я в тебя конкретно влюблён, но ты, весь такой горячий и таинственный, возбуждаешь меня. — Ты… — пробормотал Микки. Этот парень нравился ему. А ему нравился Микки. И, бля, он же оплатил пять часов. За это время они могли бы узнать друг друга или трахнуться, и любой из этих вариантов был бы потрясающим. Не влюбляйся, ёбаный ты придурок. Это просто работа. — Йен, я просто выполняю свою работу. Йен ухмыльнулся и опустил взгляд. Он казался каким-то разочарованным и при этом недоверчивым. — Конечно, это так. Извини. — Нет-нет, всё нормально. Ты за мою задницу нормально деньжищ заплатил, — Микки рассмеялся. — Поэтому я могу стать тем, кем тебе захочется. — Спасибо, — сказал он и на секунду задумался. — Давай больше не будем играть в незнакомцев, потому что я хочу, чтобы ты просто расслабился. Если тебе это поможет, можешь представить, что ты мой муж, — Йен опустил руку на колено Микки. С одной стороны Микки просто мечтал о ещё одном глотке виски, а с другой стороны он понимал, что хочет быть сейчас абсолютно трезвым. — Хорошо, Йен, — ответил он, кладя руку на кисть Йена, и их пальцы идеально переплелись, как будто они, блять, были созданы друг для друга. — Пойдём в столовую, ужин уже должен быть готов, — Йен встал, и Микки пошёл за ним, оставив бутылку на столе. Йен привёл его в столовую. В центре длинного стола уже горели свечи, и на одном его конце лежали приборы для них двоих. Йен выдвинул стул и жестом пригласил Микки сесть. — Присаживайся, я на минуту. Микки повиновался, сел и вздохнул, не понимая, что ему делать, пока нет Йена. Всё было как-то иначе, да. Этот парень был охренеть как богат, он заплатил намного больше остальных, и при этом относился к нему с безумным и даже неожиданным уважением. Конечно, он бывал с клиентами, которые любили в ролевых играть в семью, он сталкивался и с другими фетишами, что уж там. Но это всегда был самый обычный трах без капли уважения. Иногда он даже чувствовал подобное со своими клиентами. Что-то вроде этой искры, согревающей тела, когда вы касаетесь друг друга. Бывали клиенты, которые были по-настоящему сексуальны и интересны, но Микки всегда был уверен, что, приблизившись к ним в рутинной ситуации, он бы даже не вспомнил, что между ними происходило. Но сукин сын, он никогда раньше не ощущал настолько чистого электричества рядом с кем-то. Всего лишь одно мягкое прикосновение руки делало его ноги ватными и заставляло живот разрываться от развевавшихся внутри него крыльев бабочек и драконов. Бизнес! Работа! Он постоянно должен напоминать самому себе, что это всё нихрена не значит. Нихрена! Это ничего не значит и ни к чему не приведёт. И пока что он может с этим справляться. Стать мужем Йена на одну ночь — разве это плохая идея? — Извини, что заставил ждать. В соус нужно было добавить немного специй, — Йен вновь появился в столовой, держа в руках две тарелки со сливочной пастой. — Не извиняйся. Выглядит потрясно. Спасибо, — Микки улыбнулся, и Йен сел рядом с ним. Поначалу трапезничали молча. Микки не хотел задавать вопросы или просто вести какую-то беседу, боясь тем самым проявить неуважение или просто-напросто всё испортить, и потому он решил держать рот на замке. — Как давно ты занимаешься пор… дрочкой на вебку? — спросил Йен. — Если ты не возражаешь, конечно. — Нет, всё нормально. Стримы веду уже четыре года. Эскортом занимаюсь три. — И тебе нравится? Это был трудный вопрос. Потому что да, порой ему нравилось. Это помогало ему чувствовать себя свободным. Свободным в своей сексуальности. Временами это вселяло в него уверенность, да и деньги многое значили. В остальных же случаях это было просто унизительно, ведь порой клиенты злоупотребляли властью. — Наверное, — ответил он. — Иногда это пиздец как выматывает, особенно когда у меня не хватает денег, чтобы купить еду и заплатить за аренду, и тогда я реально должен пересиливать себя и включать камеру, чтобы заниматься этой странной хернёй за деньги. Йен слегка усмехнулся, и этот смешок не просто успокоил Микки — он заставил его улыбнуться. — Да уж, особенно тот чувак, который на прошлой неделе заплатил тебе двадцатку, чтобы ты прочитал список покупок вслух. Пиздец он странный. Микки рассмеялся. — Блять, да, это же пиздецки лёгкие деньги, когда люди просят о такой поебени. Неделю назад я вообще устроил приватный звонок с каким-то придурком, который заплатил триста баксов за тридцать, блять, минут… Йен тоже смеялся, внимательно слушая рассказы Микки и радуясь, что ему теперь стало намного комфортнее. — Три сотни? За полчаса? И какая же хуйня произошла потом? — Он хотел, чтобы я притворился его сыном, сука. Не эта хуйня про «папочку» или что-то подобное, нет. Он реально хотел, чтобы я притворился его сыном-подростком. Он заставлял меня слушать музыку на полной громкости, а потом двадцать минут орал на меня, заявляя, что это из-за меня он и моя фальшивая мать развелись. — Чё за хуйня? — хохотал Йен. — Есть ещё истории? — А сколько у нас времени? — усмехнулся Микки. Йен взглянул на свои часы и вздохнул. — Ещё четыре часа? — Ну, это ещё не самое странное. Есть одна женщина. Да, женщины — не моя специфика, но одна платит просто дохуя за звонки по скайпу. Я нравлюсь ей полностью одетым, пока она лежит в ванне с ебучими пенными пузырями и рассказывает мне о своём дне. А я просто, блять, слушаю, иногда соглашаюсь с ней, когда она говорит, какая же Шеррон долбанная сучка. — На самом деле это мило, — сказал Йен, заполняя их бокалы. — Есть ещё один чувак в скайпе, который приходит раз в месяц. Он платит мне пятихатку, чтобы посмотреть, как я убираюсь в своей комнате. Но оно того стоит, потому что если бы не он, я бы не заставил себя что-то делать. — Вот бля, ахаха, и почему я никогда не покупал приватный сеанс с тобой? Они кажутся весёлыми. — Так, мм, как часто ты смотришь? — спросил Микки, отчего-то краснея. — Я проверяю почти каждую ночь. Всё ещё не могу разобраться с твоим графиком. — Мой график — это всегда, когда я пиздец какой возбуждённый или нуждающийся в деньгах. — Понял, — сказал Йен, доставая из кармана телефон и показывая его Микки. — Ты всегда можешь дать мне свой номер и написать мне, когда запускаешь стрим, я ведь оставляю отличные чаевые. Микки хотел согласиться. Но он не был уверен, что может доверить себе номер Йена, при этом оставляя их отношения на уровне эскорта или видео. Откажись. Просто откажись. Он заставлял самого себя, но у его рук, кажется, появился собственный разум, потому что они непроизвольно потянулись к телефону. — Ладно. Йен ухмыльнулся и начал ждать, когда Микки введёт свой номер. Закончив, Микки подписал контакт своим юзернеймом, как бы напоминая себе, что всё это просто работа, и ничего больше. Вернув телефон, он решил напомнить об этом им обоим. — Чисто бизнес? — Чисто бизнес, — повторил Йен, но этот блядский озорной блеск в его глазах сказал гораздо больше. Они болтали ещё пару часов. Микки рассказывал истории о самых странных просьбах, которые ему доводилось получать, и даже немного взболтнул про своё детство. Затем уже Микки внимательно слушал о том, что Йен — дизайнер интерьера и недвижимости, и его офисы сейчас находятся Иллинойсе, Огайо, Нью-Йорке, Висконсине, Миссури и Айове. Также он рассказал ему о планах открыть ещё один в Калифорнии и начать вести бизнес на Западе. — Конечно, есть много просто менеджеров, но топ-менеджеры вроде меня должны прожить там не один месяц, чтобы начать дело. — А я учился в колледже в Лос-Анджелесе, правда, потом всё же бросил эту херню, — Микки смеялся, вспоминая. — Почему ты уехал так далеко? — Проблемы с папочкой. Не пойми неправильно, мне было очень весело. Есть там несколько хороших мест. — Ну, если мы всё-таки устроим там офисы, тебе придётся порекомендовать мне пару мест, и показать их мне. Как думаешь, сколько будет стоить купить тебя на несколько месяцев? — Йен рассмеялся. — Ебучий миллион, — пошутил Микки и засмеялся вместе с ним. Время пролетело, и, когда, на часах была уже четверть двенадцатого, Микки понял, что сейчас произойдёт. Секс. Он всегда случается. Не то, чтобы Микки боялся его с Йеном. Во всяком случае, он всё равно с нетерпением ждал этого, чтобы увидеть, чего этот рыжик там приготовил. — Поднимемся наверх, м? — Йен предложил так, будто Микки мог отказаться. — Угу, — кивнул Микки, следуя за ним в красивую, но очень уютную спальню. — Прежде, чем мы продолжим, мне нужно кое-что знать. Как я могу тебя называть? Как твоё имя? Обычно клиенты звали его «Милкович», ну или же он придумывал себя другое имя. Но сейчас он почувствовал, что должен сказать Йену только правду. — Микки. — Микки, — повторил он, и, блять, то, как он произнёс имя, заставило Микки почти сойти с ума. — Йен, — сказал Микки, и тут до него, блять, дошло. — Охренеть, это же ты заплатил мне десятку, чтобы я назвал твоё имя. — Виноват, — усмехнулся Йен, вешая на стул свой пиджак и протягивая руку, чтобы взять его и у Микки. Микки неловко стоял посреди комнаты, наблюдая, как Йен, находившийся от него в каких-то двух шагах, снимал галстук. Йен уловил его взгляд и ухмыльнулся. — Хочешь снять мою рубашку? — Зачем? Ты пальцы, блять, переломал что ли? — Микки рассмеялся и подошёл, чтобы расстегнуть рубашку. Он нахер послал свою вежливость, потому что Йен желал его настоящего, а Микки был в состоянии его этим обеспечить. Каждая расстегнутая пуговица сопровождалась едва уловимым щелчком и открывала взору Микки чуть больше кожи, посылая по всему телу искры и теплоту, которые устремлялись прямо к его члену. Как только все пуговицы оказались расстёгнутыми, Йен стянул с себя рубашку. Этот самодовольный кретин знал, насколько он горяч, и прекрасно, блять, знал, что он вытворяет с Микки прямо сейчас. — Можно я? — Йен мягко дотронулся до галстука Микки. — Пожалуйста, — случайно попросил Микки, мысленно проклиная себя за то, что выставил себя настолько жалким. Пальцы Йена были такими длинными и аккуратными, когда он с лёгкостью снимал галстук Микки и расстёгивал пуговицы. И Микки, конечно, совсем не думал об этих пальцах внутри себя. Рубашка Микки была сорвана. — Трусы, — сказал Йен, бросив рубашку на пол. Микки подчинился и опустил взгляд на пальцы Йена, покоившиеся на поясе нижнего белья. — Оставь их. Йен взял Микки за руку и повёл к кровати. Они оба легли на простыни, и одни лишь их руки касались друг друга. Он подвинулся ближе, и Микки сделал то же самое. Он понял намёк и прижался к Йену, отчего всё его тело налилось теплом. На мгновение наступила тишина, а затем Йен грустно вздохнул. — Полночь. — О, — Микки вдруг очнулся. Это было пробуждение к реальности. Он вспомнил, что все эти чувства — абсолютное ничто. — Я… я могу уйти, если хочешь, — пробормотал он, выбираясь из объятий. Йен взглянул на уже сидевшего Микки, и прошептал: — Ты тоже можешь остаться, если пожелаешь. Чего же ты хочешь, Микки? Микки посмотрел на Йена, а затем опустил руку ему на грудь и вздохнул. — Тебя. Никто из них не понял, кто всё это начал, но в следующее мгновение их губы соприкоснулись. Мягкие губы, мягкий язык и осторожные зубы в идеальной борьбе за власть заставляли оба тела сгорать. Микки застонал в поцелуй, когда Йен отстранился. — Что произошло с этим «чисто бизнесом», а? — усмехнулся Йен. — Рабочий день закончен, кто ж знает, что теперь произойдёт, — пробормотал Микки, переворачиваясь на спину. Йен забрался на него сверху. Они продолжали целоваться, теперь уже более страстно и настойчиво. Бёдра Йена отлично скользили по Микки, позволяя им тереться друг о друга, но этого было недостаточно. Йен скользнул рукой вниз, чтобы стянуть с Микки его боксеры и сделать то же самое со своими. Микки выдохнул и притянул Йена обратно, вновь втягивая его в поцелуй. Йен потянулся к смазке и выдавил её на два пальца, пока Микки наблюдал за ним в ожидании. Микки желал как-нибудь резко прокомментировать его действия, приказав поторопиться, потому что он уже был пиздец как возбуждён, но, с другой стороны, неторопливый и нежный секс — это не то, чем он мог заниматься часто, а потому ему было любопытно. Сначала Йен вошёл в него только одним пальцем. Он толкал его туда-сюда, порой сгибал внутри, заставляя Микки стонать и задыхаться. Затем он ввёл и второй палец. Теперь он двигал ими быстрее, пару раз развёл их, находясь внутри, и Микки мгновенно заткнулся, когда он коснулся того самого блядского места, которое заставило его увидеть звёзды. — Как ты? — пробормотал Йен, едва касаясь губами рта Микки, чтобы тот мог вдохнуть. — Хорошо, просто охуенно. Войди в меня, прошу, — стонал Микки, насаживаясь на пальцы Йена. Йен вытащил пальцы и быстро натянул резинку, чем ещё больше смазал свой член. — Ты не против, если мы не будем торопиться? — тихо спросил Йен, прикусывая губу. — Йен, для тебя всё, что угодно, всё, что угодно, — Микки заткнулся, понимая, что снова сболтнул, не подумав. Но, наверное, это он и имел в виду. Йен протянул руку к бедру Микки, чтобы приподнять его ногу под лучшим углом. Он подставил свой член к влажному колечку мышц и медленно толкнулся. — Да, — выдохнул Микки, пока Йен входил в него дюйм, блять, за дюймом. Глаза Микки закрылись, и теперь он мог сосредоточиться на том, как Йен толкался в нём, выбивая из него громкие стоны. Как только он вошёл окончательно, а его член был глубоко в заднице Микки, он наполовину высунул его, чтобы вновь ударить бёдрами и толкнуться вперёд. — Блять, Микки, ты пиздецки красивый. — Йен, блять. Он толкнулся ещё несколько раз, сохраняя медленный, но тем не менее охуенный темп. Йен застонал, увидев под собой Микки — разгорячённого и такого нуждающегося в нём, и в один момент понял, что же он так желал увидеть. Йен вытащил член, а Микки, блять, хныкнул. Йен перевернулся и сел, опираясь спиной на спинку кровати. Микки точно знал, чего он хочет. Он опустился на член Йена, зарываясь пальцами в его волосы и небрежно целуя. — Блять, — выдохнул Йен. — Ты такой… такой узкий, блять. Некоторое время Микки придерживался того, о чём просил Йен — не торопиться. Он сел и снова медленно опустился, сталкиваясь пару раз с бёдрами Йена. — Ммм, бля, — простонал Микки. Йен немного подвинулся, чтобы сесть поудобнее и чтобы не затекала шея, и, судя по сорвавшейся с губ Микки ругани, получившийся угол стал идеальным. Своими короткими ногтями Йен царапал кожу на спине Микки, пока тот обрамлял его шею покусываниями, поцелуями и посасываниями. — Йен, ох, сука, — застонал Микки и опустил голову. — Ммм, Микки, Мик. Они давно позабыли о медленном движении. Бёдра Йена толкались в такт движениям Микки. Его член бился о его простату снова и снова, сводя с ума и доводя до безумия. Микки умело насаживался на него, целуя каждый кусочек кожи, до которого он мог дотянуться. Йен обхватил пальцами член Микки и начал страстно дрочить ему, и Микки мгновенно кончил. Йен был следующим — он кончил, горячо наполняя презерватив, пока Микки продолжал двигать бёдрами. Они пыхтели и пытались отдышаться. Их мокрые от пота лбы слиплись, пока они дышали воздухом друг друга. И почему-то Микки захотел просто сказать Йену, что любит его. Что, блять? Нахуя? К счастью, он прикусил язык и стал мысленно молиться, чтобы это чувство поскорее испарилось. Микки зарабатывал на жизнь бессмысленным сексом, но то, что произошло сейчас, кардинально отличалось от всего, что было раньше. Он слез с Йена и упал рядом с ним. Микки положил голову на его плечо и улыбнулся, почувствовав обнявшую его руку. — Скажи, ты тоже это ощутил? — прошептал Йен. — Ощутил что? — переспросил Микки, прекрасно понимая, что имел в виду Йен. — Будто это больше, чем просто секс. Да? Не делай этого, Микки. Не будь идиотом, не влюбляйся. Это же просто твоя работа. Но ведь его смена закончилась час назад. Так что, возможно, что-то и было… — Я понимаю… понимаю, что это твоя работа — заниматься с людьми сексом и заставлять их чувствовать себя особенными, — сказал Йен, словно прочитав его мысли. — Но ведь и в тебе тоже есть кое-что, Микки. — Я не при исполнении, это не была моя блядская работа. — Тогда это было больше, чем просто секс. Да? — повторил Йен. И несмотря на то, что он ругал и напоминал самому себе, что всё это — чисто бизнес, он вздохнул. — Да. Может быть, просто может быть, это та самая хуйня о людях, созданных друг для друга, типа родственных душ… Просто, может быть, это всё правда? И три года спустя, воскресным вечером, на кухне их квартиры в Лос-Анджелесе, когда Йен опускается на одно колено, Микки понимает, что эта тема с родственными душами была самой правдивой хуйнёй, которую он когда-либо слышал.
