ломая лёд

на всеобщее удивление Юри и Шото начинают очень хорошо общаться и со стороны можно было даже подумать, что они уже давно близкие друзья. ну или как говорит Урарака: "вы выглядите как влюбленная парочка!". ну или так. Шото действительно начал теплеть по отношению к ней, особенно когда они оставались наедине. в такие моменты он не боялся показать себя настоящего. тодороки все чаще и чаще начал искренне улыбаться и пару раз он даже весело рассмеялся на слова Моримото! она тоже с каждым днем становилась более раскованной в общении и не стеснялась проявлять инициативу. она почти всегда улыбалась и рассказывала Шото различные истории. она делилась своими мыслями и догадками, порой открывала ему личные вещи на счет семьи или прошлого. она говорила много, но Шото никогда не уставал ее слушать. он любил слушать намного больше, чем говорить, но слушать Юри Моримото он любил больше всего. она всегда была невероятно мила в своих эмоциях и жестах: поднимала брови, забавно морщила нос, надувала свои губы в наигранной обиде. когда ее захлестыли эмоции она резко крутила кистями рук, а её ресницы поддрагивали. Тодороки был готов наблюдать за ней вечно. ему было не понятно то обожание, которое он испытывал, глядя на нее. он не понимал свои чувства. порой это пугало, порой удивляло, порой дарило странное тепло. но он не мог ничего с этим поделать. он и не хотел. ~ – почему ты никогда не говорил мне про свою семью? ну или я не знаю, что-то хоть немного личное. я довольно много рассказала тебе о себе, а ты почти ничего. я не давлю на тебя, Шото, просто... это немного обидно. они сидят в кафе, том самом, куда они пошли после знакомства, когда Юри, краснея, и с опущенной головой говорит эти слова. она говорит тихо и Тодороки чувствуют, что ей правда обидно. он давно понимал, что поступает неправильно и некрасиво, но не мог заставить себя рассказать что-то про семью. Моримото не спрашивала на прямую, а он так и не решился. гребанный трус. она поднимает голову и встречается с его взглядом – абсолютно холодным и отстраненным. она не видела его таким на их разговорах с того самого дня, когда они пошли сюда, именно в это кафе. Юри пугается и понимает, что сказала что-то не то, начинает мгновенно винить себя и извиняется. – черт, Шото, прости. извини меня, пожалуйста, если я что-то не то сказала. видимо, я не должна была этого говорить, просто... договорить ей не дает холодная ладонь парня, которая ложиться поверх ее и слегка сжимает. она видит его теплую улыбку, ту самую, к которой она так быстро смогла привыкнуть. такой холодный мальчик не может так тепло улыбаться. – всё в порядке, тебе не за что извиняться. это ты меня прости, Юри, я должен был действительно рассказать тебе, хоть немного. или хотя-бы обозначить почему я не говорю на эту тему. прости. он слегка поглаживает ладонь девушки, чувствуя ее тепло. Шото глубоко выдыхает воздух, собираясь с мыслями. и он рассказывает. про детство, про отца, про мать, про шрам, про причуду, про план отца. он рассказывает, кажется, все. рассказывает все то, что никогда не говорил другим. он почти не смотрит в её сторону пока говорит, потому что так легче. потому что не хочет видеть в её глазах жалость или что-либо еще. он ведь сильный, ему не нужна жалость, даже ее. так ведь? когда он заканчивает и между ними образуется тишина, Шото вдруг понимает, что вот оно. он открылся кому-то и даже не чувствует страха. волнение, интерес, долгожданное облегчение, но не страх. когда он чувствует, что кто-то садиться рядом с ним на мягкие сидения, Шото оборачивается, но успевает заметить лишь слезы в глазах девушки и её белые волосы, перед тем, как его обнимают. Юри крепко обнимает парня, держа его за шею и шепчет на ухо: "спасибо". Тодороки чувствует в этой благодарности бесконечно много и обнимает ее за талию, прижимая к себе. они сидят так неизвестно сколько, крепко прижимая друг друга к себе, будто боясь потерять. Шото вдыхает запах ее духов, зарываясь носом в мягкие волосы и почти физически чувствует ту связь, что оплетает их. он привык всегда чувствовать холод, но сейчас ему так тепло, что внутри разливается приятное чувство спокойствия и усталости. они сидят так, боясь отпустить друг друга. оба потерянные, оба слишком одинокие. они нашли спасение в друг друге и не собираются это терять.