Трансформеры от «А» до «Я»

Мед Отсек на войне был одновременно и страхом, и надеждой. Стены именно этого отсека слышали все, абсолютно все эмоции. Страх за свой актив или актив товарища. Боль и крики от скорби, от потери. Радость от восстановления. Всё это переживали и медики. Да, им тоже было до ужаса трудно на войне, несмотря на то, что они не выходили на поле боя. Ведь именно медики должны были первыми сообщать об утрате среди автоботов, но для этого им сначала нужно было самим осознать, что случилось. Вот буквально вчера этот автобот радостно забегал к тебе в мед. отсек, а сегодня лежит с раной на грудной пластине и ты просто не знаешь, как это могло произойти и почему именно с ним. Ретчет в команде Оптимуса всегда старался держаться стойко во время своего дела, но когда на платформу в его мед. отсеке попадает товарищ, это становиться не так уж легко. Были грёзы о том, что они как были в шестером так и останутся. Ретчет всегда думал, что сможет помочь автоботам в лечении, но после деактива Клиффджампера, он понял, что ошибался. Эта потеря для автоботов была, как наказание за глупые грёзы и легкомыслие на войне. С тех пор каждый раз, когда Оптимус сообщал о раненных, у Ретчета начиналась самая настоящая паника. Даже если раной была обычная царапина. Нокаут, хоть и был десептиконом, но смог бы понять Ретчета, как медик. Ему было не только грустно сообщать о потерях, но и опасно. Мегатрон запросто мог открутить за это голову и считал, что десомедик мог постараться и добиться лучшего результата. Красный мех уже привык к своим постоянным посетителям и уже знал за кого можно волноваться, а на кого лучше не тратить нейронную сеть. Безусловно у десептиконов не была настолько большая искра, как у автоботов. Но в мед. отсеке обе фракции чувствовали себя абсолютно одинаково…